Как жили цыгане при СССР
Они жили дорогой, им абсолютно не было дела ни до политики, ни до классовой розни. Власть считала их "чужаками" и с ними боролась
Вольное племя
Цыгане - закрытая система, чужаков они в свою таборную жизнь не пускают. С древних времен их система мировосприятия сохраняет кастовую ментальность. Для цыган существуют они сами ("рома") и все остальные ("гадже"). Цыгане не ведут письменной истории, все события переживаются ими в своем тесном кругу. За свою историю они перенесли не меньше бедствий, чем другие народы, но предпочитали переносить свое горе молча, особо не афишируя своей трагедии. Так было и во время геноцида рома, устроенного нацистами, и во время борьбы с цыганским образом жизни советской системы.
Коллективизация
Перепись цыган никогда не могла дать точно статистической картины, поскольку документов у цыган долгое время не было. Кочевой образ жизни также не располагал к тому, чтобы произвести точный подсчет рома. О том, насколько могли различаться цифры статистики, могут сказать такие цифры: по результатам переписи 1926 года в СССР была зарегистрирована 61 тысяча цыган, по переписи 1937 года - немногим больше двух тысяч. Очевидно, что такая разница была связана не только с кочевым образом жизни и цыган, но и другими процессами. Такими, например, как коллективизация. Советская власть вовсю "раскулачивала" цыган, отбирала у них лошадей, имущество, но все было понапрасну - они никак не хотели становиться на путь социализма. Большой проблемой адаптации цыган к новому строю стала и их религиозность. Даже те цыгане, которые волею судьбы становились красными командирами или вступали в комсомол, продолжали держать в своих домах "красный угол", крестили детей, венчались. Советская власть выпускала для рома брошюры на цыганском языке, где объяснялось, что "религия-опиум для народа", но... Не хотели цыгане становиться частью коммунистического общества, да и не могли. Поэтому подвергались репрессиям.
Паспортизация
Цыгане в первое время после революции даже воспринимались советской властью как союзники. Большевики видели их бедность и таборный коллективизм, ошибочно принимая их за признаки классовой близости. На самом деле, цыгане были органически аполитичны, они по определению не могли согласиться с классовой рознью, а уж тем более с военной диктатурой. Ошибались большевики и в том, что раз цыгане "бедные", то они должны ненавидеть "богатых". Напротив, именно существование зажиточных людей всегда помогало цыганам выживать. К тому же цыгане с пиететом относились к торговле и считали её не менее почетной, чем производительный труд. Естественно поэтому, что когда советская власть осознала чуждость рома для себя, то они сразу были причислены к "неблагонадежным элементам". 27 декабря 1932 года в СССР был введен внутригосударственный паспорт. Только при получении прописки и этого документа можно было получать продуктовые карточки. Города были разделены на "открытые" и "закрытые". Доступ в последние был цыганам закрыт. Начались массовые спецоперации по их отлову и высылке. Только в период с 23 июня по 3 июля 1933 года было арестовано и выслано 5470 цыган. Цыган высылали в Норильск, берега Оби, станцию Тайга, в Ухту. По всему Союзу проводились облавы по их отлову, цыган свозили в барачные поселки. Те, кто бежал (а их было немало), получали лагерные сроки.
Монисто как валюта
Цыган в СССР обвиняли не только по политическим статьям. В ходу также было обвинение их в незаконных валютных операциях. Доходило до абсурда. В 1934 году в Ленинграде арестовали лудильщика, цыгана-кэлдэрара. У этих цыган весь доход обращался в золотые украшения. Кроме традиционных обвинений в контрреволюционной деятельности и шпионаже цыган был также осужден за скупку валюты. Все потому, что кэлдэрары делали монисто из иностранных монет. Лудильщик был обвинен на 10 лет, конфисковал суд и его имущество. В крупных городах подверались облавам целые артели лудильщиков. То что было для цыган (прирожденных кузнецов) традиционных ремеслом, для советской власти считалось манипуляцией с драгоценными металлами. "Правонарушители" не только получали большие сроки, но и приговаривались к расстрелу.
Указ об оседлости
Коренным образом повлиял на жизнь цыган в СССР указ об оседлости, который вышел 26 октября 1956 года. Полное название документа было таким: Постановление Совета Министров РСФСР № 658 "О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством". Важно в этом постановлении как то, что впервые на государственном уровне цыган назвали цыганами, так и то, что именно по национальному признаку теперь могли проводиться репрессии. Цыган продолжили отлавливать на улицах, выносили обвинение в несанкционированной торговле (спекуляции), в тунеядстве. Однако нужно сказать, что к тому времени Постановление послужило цыганам в целом добрую службу. Многие из них уже были вполне социализированы. Не особо афишируя своей национальности, они работали на скромных должностях на предприятиях и даже в колхозах. Такой традиционный для цыган вид деятельности как коневодство стал, в силу роста механизации труда, терять свою значимость. Цыган заставляли продавать лошадей за бесценок, тех, кто оказывал сопротивление, могли арестовать. Впрочем, в целом этот этап истории цыган в СССР сейчас расценивается ими даже с благодарностью. Государство старалось помогать цыганам с трудоустройством, открывало школы , куда отправлялись учиться цыганские дети, давало дома и земли, приучая "вольный народ" к оседлости. Справедливости ради нужно сказать, что с цыганами в СССР не только боролись. Их также и любили. Стремясь их социализировать, государство как могло старалось показать, что цыгане - свои.
Цыгане - закрытая система, чужаков они в свою таборную жизнь не пускают. С древних времен их система мировосприятия сохраняет кастовую ментальность. Для цыган существуют они сами ("рома") и все остальные ("гадже"). Цыгане не ведут письменной истории, все события переживаются ими в своем тесном кругу. За свою историю они перенесли не меньше бедствий, чем другие народы, но предпочитали переносить свое горе молча, особо не афишируя своей трагедии. Так было и во время геноцида рома, устроенного нацистами, и во время борьбы с цыганским образом жизни советской системы.
Коллективизация
Перепись цыган никогда не могла дать точно статистической картины, поскольку документов у цыган долгое время не было. Кочевой образ жизни также не располагал к тому, чтобы произвести точный подсчет рома. О том, насколько могли различаться цифры статистики, могут сказать такие цифры: по результатам переписи 1926 года в СССР была зарегистрирована 61 тысяча цыган, по переписи 1937 года - немногим больше двух тысяч. Очевидно, что такая разница была связана не только с кочевым образом жизни и цыган, но и другими процессами. Такими, например, как коллективизация. Советская власть вовсю "раскулачивала" цыган, отбирала у них лошадей, имущество, но все было понапрасну - они никак не хотели становиться на путь социализма. Большой проблемой адаптации цыган к новому строю стала и их религиозность. Даже те цыгане, которые волею судьбы становились красными командирами или вступали в комсомол, продолжали держать в своих домах "красный угол", крестили детей, венчались. Советская власть выпускала для рома брошюры на цыганском языке, где объяснялось, что "религия-опиум для народа", но... Не хотели цыгане становиться частью коммунистического общества, да и не могли. Поэтому подвергались репрессиям.
Паспортизация
Цыгане в первое время после революции даже воспринимались советской властью как союзники. Большевики видели их бедность и таборный коллективизм, ошибочно принимая их за признаки классовой близости. На самом деле, цыгане были органически аполитичны, они по определению не могли согласиться с классовой рознью, а уж тем более с военной диктатурой. Ошибались большевики и в том, что раз цыгане "бедные", то они должны ненавидеть "богатых". Напротив, именно существование зажиточных людей всегда помогало цыганам выживать. К тому же цыгане с пиететом относились к торговле и считали её не менее почетной, чем производительный труд. Естественно поэтому, что когда советская власть осознала чуждость рома для себя, то они сразу были причислены к "неблагонадежным элементам". 27 декабря 1932 года в СССР был введен внутригосударственный паспорт. Только при получении прописки и этого документа можно было получать продуктовые карточки. Города были разделены на "открытые" и "закрытые". Доступ в последние был цыганам закрыт. Начались массовые спецоперации по их отлову и высылке. Только в период с 23 июня по 3 июля 1933 года было арестовано и выслано 5470 цыган. Цыган высылали в Норильск, берега Оби, станцию Тайга, в Ухту. По всему Союзу проводились облавы по их отлову, цыган свозили в барачные поселки. Те, кто бежал (а их было немало), получали лагерные сроки.
Монисто как валюта
Цыган в СССР обвиняли не только по политическим статьям. В ходу также было обвинение их в незаконных валютных операциях. Доходило до абсурда. В 1934 году в Ленинграде арестовали лудильщика, цыгана-кэлдэрара. У этих цыган весь доход обращался в золотые украшения. Кроме традиционных обвинений в контрреволюционной деятельности и шпионаже цыган был также осужден за скупку валюты. Все потому, что кэлдэрары делали монисто из иностранных монет. Лудильщик был обвинен на 10 лет, конфисковал суд и его имущество. В крупных городах подверались облавам целые артели лудильщиков. То что было для цыган (прирожденных кузнецов) традиционных ремеслом, для советской власти считалось манипуляцией с драгоценными металлами. "Правонарушители" не только получали большие сроки, но и приговаривались к расстрелу.
Указ об оседлости
Коренным образом повлиял на жизнь цыган в СССР указ об оседлости, который вышел 26 октября 1956 года. Полное название документа было таким: Постановление Совета Министров РСФСР № 658 "О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством". Важно в этом постановлении как то, что впервые на государственном уровне цыган назвали цыганами, так и то, что именно по национальному признаку теперь могли проводиться репрессии. Цыган продолжили отлавливать на улицах, выносили обвинение в несанкционированной торговле (спекуляции), в тунеядстве. Однако нужно сказать, что к тому времени Постановление послужило цыганам в целом добрую службу. Многие из них уже были вполне социализированы. Не особо афишируя своей национальности, они работали на скромных должностях на предприятиях и даже в колхозах. Такой традиционный для цыган вид деятельности как коневодство стал, в силу роста механизации труда, терять свою значимость. Цыган заставляли продавать лошадей за бесценок, тех, кто оказывал сопротивление, могли арестовать. Впрочем, в целом этот этап истории цыган в СССР сейчас расценивается ими даже с благодарностью. Государство старалось помогать цыганам с трудоустройством, открывало школы , куда отправлялись учиться цыганские дети, давало дома и земли, приучая "вольный народ" к оседлости. Справедливости ради нужно сказать, что с цыганами в СССР не только боролись. Их также и любили. Стремясь их социализировать, государство как могло старалось показать, что цыгане - свои.