Михаил Шемякин поздравил памятник Петру I с юбилеем
"Все вопросы к Господу Богу"
Эта история началась с прижизненной маски Петра I, которую снял Растрелли для будущей скульптуры.
- С маски было снято несколько копий, - рассказал Михаил Шемякин. - Когда-то я работал такелажником в Эрмитаже, и мне подарили одну из них. Позже она была доставлена ко мне в Париж, стояла в мастерской. Владимир Высоцкий, бывая у меня в гостях, спрашивал: "У тебя столько изображений Петра Первого, а почему ты его не лепишь?" Мне казалось, что это сложно, я не понимал, какие должны быть пропорции. Высоцкий как-то вскочил на табуретку, маску поставил себе на голову. "Вот какие пропорции должны быть!" Позже я вспомнил наш разговор. Сделал эскиз по точным размерам императора. С расстояния пяти метров он не выглядел высоким человеком. Я стал искать. Сделал восемь моделей. Пока не пришел к пропорциям святых на русских иконах, где голова составляет одну десятую, а иногда и одну четырнадцатую часть тела. Спустя годы, когда памятник был установлен, он многим не нравился, кого-то возмущала маленькая голова. На что я всегда отвечал: "Все вопросы - к Господу Богу" и советовал посетить храм и посмотреть на иконы.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
"Это должно стоять в Ленинграде"
Памятник в пластилине был готов в 1980-е. Михаил Шемякин не надеялся, что когда-нибудь его Петр I окажется в Ленинграде. Но однажды в мастерской у скульптора и художника Шемякина оказался академик Дмитрий Лихачев.
- Дмитрий Сергеевич увидел пластилиновую модель и сказал: "Это должно стоять в Ленинграде." - вспоминает Михаил Михайлович. - Чтобы Петр I, сделанный изгнанным из Советского Союза Шемякиным, совсем не похожий на традиционное изображение императора, оказался в СССР? Это было невероятно. Тем более, что я его делал для себя, для своего парка скульптур. Я рассмеялся. Дмитрий Сергеевич обиделся и сказал: "Вы меня плохо знаете." И вдруг через два года раздался звонок. Кто-то из больших чиновников ЦК Партии сообщил мне: "Решением Центрального Комитета СССР ваш памятник принимается в город-герой Ленинград." Я обалдел.
Михаил Шемякин попросил сотрудницу Музея истории Санкт-Петербурга Анастасию Беляеву посидеть на коленях у бронзового Петра I для фотосессии.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
Место для бронзового императора
Бронзовый Петр I оказался в Ленинграде, стали искать для него место.
- Установить в Петропавловке предложил скульптор Михаил Аникушин, который симпатизировал моему императору, - продолжает Михаил Шемякин. - Сказал, что я нашел те нужные пропорции, которыми он потом будет пользоваться. Михаил Константинович был очень милым человеком, подарил мне несколько своих скульптур. Когда я был у него в мастерской, увидел очаровательную работу - голый Чехов держит в рука шляпу. "Хотите что-то в подарок?" - спросил Аникушин. Скульптура небольшая, сантиметров 20 высотой. Я ответил что мне нравится голый Чехов. Через какое-то время, я тогда жил в Америке, мне приходят громадные ящики. Я распаковываю первый, там действительно голый Чехов. Распаковываю другой - там Антон Павлович в пиджаке. В третьем - в длинном пальто. И еще большая голова писателя. Звоню Михаилу Константиновичу: "Скажите, а почему столько Чеховых? Я просил одного." "Ты же в парке будешь их ставить? - уточнил Аникушин и, получив утвердительный ответ, продолжил: - Понимаешь, люди придут, посмотрят на одного голого Чехова и скажут: "Что же он лепит такого писателя голым?" Чтобы не было неприятных слухов обо мне, я тебе прислал в подарок еще и одетого Чехова. Вот такой Аникушин был человек.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
Левая рука - к деньгам, правая - к духовному богатству
Долгое время памятник Петру I в Петропавловской крепости не был огорожен. Его полюбили петербуржцы и туристы. Гладили ему руки, обнимали, садились на колени.
- Кто-то якобы нашел по левую сторону от памятника то ли кошелек, то ли несколько купюр, - рассказывает Михаил Шемякин. - И тут же возникла легенда: если потереть руку, рядом с которой нашли деньги, они у тебя тоже появятся. Люди, склонные к метафизике, придумали продолжение: "А если другую руку потереть, то ты обретешь духовное богатство." Руки стали натирать. Потом девушки полюбили садиться к Петру на колени. И возникла другая легенда: если посидеть у императора на коленях, то потеряешь девственность безболезненно. В конце концов, Петр стал становиться золотым. Мне это нравилось. Но все-таки решили, что так можно протереть скульптуру до дыр. Памятник огородили, и теперь на коленях у него не посидишь.
Первый демократ
Памятники российскому императору, сделанные Михаилом Шемякиным, также установлены рядом с Константиновский дворцом в Стрельне, в Лондоне на берегу Темзы и во Франции - в городе Сен-Жермен-ан-Ле.
- Петр I был одним из первых настоящих демократов, - считает скульптор. - Это человек, который владел 14 профессиями. Для него главное было ни из какого рода ты произошел, а что ты можешь делать своими руками и насколько хорошо шевелишь извилинами.
90 рисунков для сказок Гофмана
Друзья Михаила Шемякина филолог Ольга Юркова и заслуженный артист России Леонид Мозговой на презентации книги.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
В Центре Михаила Шемякина художник представил новое издание "Сказки Э. Т. А. Гофмана. Иллюстрации Михаила Шемякина", выпущенное к 250-летию со дня рождения Эрнста Теодора Амадея Гофмана.
Художник на презентации книги в Центре Михаила Шемякина.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
В сборник тиражом 10 тысяч экземпляров вошли четыре произведения: "Щелкунчик и мышиный король", "Крошка Цахес, по прозванию Циннобер", "Золотой горшок: сказка из новых времен" и "Песочный человек".
Михаил Шемякин впервые собрал для книги более 90 своих работ, созданных за 60 лет. Значительная часть иллюстраций никогда не выставлялась на суд публики, зрители могли наблюдать лишь эскизы костюмов и декораций, созданные для постановки "Щелкунчик" в Мариинском театре.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото:
– Моё детство проходило в Кенигсберге – городе, где родился Гофман, - рассказал Михаил Шемякин. - В это время, в результате апрельских боёв 1945 года, город был превращён в руины. Возможно, маленьким мальчишкой, бродя среди развалин средневековых строений, я столкнулся с опечаленными духами-домовыми, которые решили развлечь одинокого мальчугана, явив ему удивительный мир, описанный Гофманом. Гораздо позже, в Ленинграде, мне посчастливилось приобрести полное собрание произведений этого удивительного писателя. Я все прочел, был ошеломлен. Моя мама тогда работала в Театре марионеток имени Деммени, и мне предложили там что-то сделать. Я предложил поставить кукольный спектакль на тему моей любимой сказки "Королевская невеста". Это история про трансформированного короля морковок, он вышел из земли вместе со своими приближенными и войском и пытался заключить брак с девицей, которая ему понравилась. Мне кажется, замечательный мог бы получиться спектакль. Но этот проект не осуществился. Зато получилось многое другое. Гофман всегда был рядом со мной, помогал в работе, вдохновлял и вел за собой.
Алёна Бобрович, "Metro"
Фото: