Ты кто? Жак–Ив Кусто!
Рижанин Михаил Рыбенко запросто плавает с китовыми акулами, гигантскими скатами и прочей подводной экзотикой 52–летний рижанин Михаил Рыбенко уже много лет работает инструктором по дайвингу. Где он только не погружался — и в Египте на Красном море, и на Мальдивских островах в Индийском океане.
Впрочем, в свое время Михаил окончил юридический факультет Латвийского госуниверситета по специальности правоведение. Однако жизнь решил посвятить совсем другому занятию. Свою роль тут сыграло то, что в детстве родители возили его в Крым. Там он грелся на солнышке и купался в теплом Черном море. Ему очень нравилось плавать с маской и нырять, чтобы можно было поближе рассмотреть подводных обитателей.
— В те далекие семидесятые годы по телевидению шли фильмы знаменитого француза Жака Ива Кусто «В мире безмолвия», которые оказали на многих, в том числе и на меня, сильнейшее влияние. Я стал искать любую литературу, связанную с погружениями под воду. Выходило популярное в Советском Союзе периодическое издание «Спортсмен–подводник». Особенно хочется упомянуть книжку «Внимание, глубина» известного советского врача — подводного физиолога Виктора Ивановича Тюрина, в которой в легкой и доступной форме были изложены основные правила безопасного нахождения человека под водой.
А непосредственно с дайвингом я познакомился в конце 90–х. На турецком курорте Мармарис мне представилась прекрасная возможность в современном снаряжении погрузиться под воду. Плавание с аквалангом называется scuba diving. На тот момент у меня не было практически никакого опыта в данной области. В результате мое первое погружение продолжалось всего 20 минут. Инструктор был чрезвычайно недоволен, что я израсходовал полный баллон за столь короткое время. Но я так волновался! Постепенно выработалось нужное дыхание. Появилась уверенность в себе, а движения стали плавными. Время погружения увечилось до часа и более.
После Турции я принял для себя решение стать инструктором. Отправился в Санкт–Петербург, где последовательно прошел обучение вплоть до уровня дайвера–спасателя. Затем отправился в египетский курорт Хургада для прохождения первой профессиональной ступени — дайвмастера. Этот курс был очень жестким. Каждый день — три погружения плюс теория дайвинга. Да еще все на английском языке. В конце курса — строгий экзамен. Затем уже и в Риге у меня появились первые ученики, с которыми мы погружались на Слокском карьере, а также в озерах Литвы, Латгалии и на морском побережье Курземе. И все же меня тянуло на экзотику.
Четыре года отработал инструктором на курортах Египта. Больше всего мне понравилось в Шарм–аль–Шейхе. Там я устроился в большую итальянскую дайвкомпанию. У нее были центры во многих гостиницах. Большой интернациональный коллектив. Только русских инструкторов было шесть человек. Разумеется, большинство дайверов — мужчины. Хотя и женщины встречаются. А среди учеников у нас были как десятилетние дети, так и сениоры за семьдесят. Инструкторы в центрах не только обучают, но и выполняют роль подводных гидов для уже сертифицированных дайверов.
Конечно, интересно работать в теплой стране. Каждый день видишь кораллы и всякую необычную живность. Хотя от этого тоже устаешь. Когда ты в течение долгих месяцев делаешь по три, а то и четыре погружения в день (а это минимум три часа нахождения в воде), то постепенно романтика переходит в прозу, а то и в рутину. Значит, нужен перерыв. Но потом тебя опять тянет под воду.
— Говорят, не бывает двух одинаковых погружений. Кстати, вы не подсчитывали, сколько их у вас всего?
— Более 4 тысяч. Да, каждое погружение уникально по–своему. Хотя постоянную новизну дают прежде всего занятия с людьми. К каждому будущему дайверу в процессе обучения нужен свой индивидуальный подход. Как бы там ни было, проработав 4 года в Египте, я решил сменить место. Выбор пал на Мальдивы. Так я оказался на маленьком островке Хорубаду: 900 метров в длину и всего 300 — в ширину. Мальдивы расположены на экваторе, поэтому климат отличается от египетского. Повсюду — тропическая зелень с высокими кокосовыми пальмами. Правда, есть и сезон дождей — с ливнями и сильными ветрами.
В этом райском уголке я прожил 5 лет. С двумя наездами в год домой в Ригу. А прибыл я туда в августе, когда вода полна планктона. Поэтому видимость оказалась отвратительной. К тому же было очень облачно. После Красного моря с его прозрачной водой и великолепными кораллами я был разочарован. Однако буквально следующее погружение меня потрясло. С десяток гигантских скатов — мант — кружили вокруг, едва не касаясь нас своими плавниками. Их рты были раскрыты и поглащали воду вместе с планктоном. Мы сели прямо на песчаное дно (глубина позволяла) и просто замерли, наблюдая.
Из обычных хищных акул в наличии были серые рифовые, акулы–няньки, акула–гитара, черноперые. Слава богу, мы их особо не интересовали… А в конце лета туда еще приходят и самые большие на планете рыбины — китовые акулы. Они безопасны для человека, поскольку, как и манты, питаются планктоном. В длину китовые хищники могут достигать десяти метров. Отмечу одно примечательное место — Ханифару–Бэй, где расположена великолепная лагуна. Течение наносит в нее целые тучи планктона, и тогда там начинается настоящая пищевая вакханалия, в которой участвуют сотни мант с китовыми акулами в придачу.
Очень интересны погружения ночью. Можно найти пещерки со спящими в них черепахами. «Общались» мы и с лобстерами, вылезшими из своих укрытий. Да и кораллы, освещенные лучами фонариков, выглядят гораздо эффектнее, чем днем. Современное оборудование для дайвинга очень надежное, хотя, к сожалению, даже самая лучшая техника все равно может подвести. Впрочем, причина обычно одна и та же — человеческий фактор. Например, моя группа из четырех дайверов погрузилась на глубину 20 метров. Вдруг один из них стал мне показывать, что у него нет подачи воздуха. Я быстро подплыл и дал ему свой резервный источник дыхания.
Посмотрел на показатель давления. Стрелка говорила, что баллон вроде бы практически полный. Взял регулятор и принялся дышать. Стрелка на манометре тут же заколебалась. Оказывается, вентиль баллона не был до конца открыт! Значит, плохо проверили снаряжение перед погружением. На маленькой глубине такой промах не заметен, но когда давление становится больше, то не полностью открытый вентиль сразу дал о себе знать. Хорошо, что быстро разобрались в причине ЧП. В итоге дайвер продолжил «романтическое подводное путешествие», дыша из своего баллона. Но ясно, что все неисправности со снаряжением начинаются на поверхности.
А моя личная неприятная история связана не с аппаратурой, а с… медузой. Я получил от нее сильнейший ожог обеих кистей. Испытал при этом жутчайшую боль. Тяжелое, прерывистое дыхание. Руки смочил уксусом, убрал остатки щупалец. Немного полегчало. Постепенно все прошло. Но до сих пор вспоминаю те неприятные ощущения.
Впрочем, бывало, что меня кусали за пальцы и мурены — если сунешься не туда, куда следует. Очень агрессивная рыба — титановый спинорог. То и дело старается цапнуть. В целом мне больше нравятся мелкие подводные создания — крабики, креветочки, всякие беспозвоночные. Очень забавные и трогательные существа — осьминоги.
Дмитрий МАРТ