Российский посол: в Риге полно брошенных домов и отвратительных дорог

Полномочный посол Российской Федерации в Латвии Евгений Лукьянов в интервью программе Латвийского радио 4 заявил, что Латвия живет в состоянии апатии. Это связано с экономическими реалиями. А в Риге полно брошенных домов и отвратительных дорог.

Ведь, в общем-то, экономика — экономикой, а люди — людьми. И если, допустим, в Риге зарплата в тысячу евро считается хорошей (хорошей, да?), то сама по себе сумма же ничего не значит. Нужно смотреть индекс цен: стоимость услуг, стоимость продуктов, стоимость транспорта, культуры, развлечений — всего, чего угодно. И вроде звучит хорошо — тысяча евро, а если разложить это на расходы домохозяйства, то ситуация уже другая. А если уйти в Латгалию, то там в три раза меньше. Но есть базовые цены, которые универсальны.

 

— Вы допускаете мысль, что, возможно, речь идет не то чтобы об апатии, а о падении доверия к политикам? На бытовом уровне все жители Латвии настроены на добрососедство, на нормальные взаимоотношения. Политики говорят одно, а общество — другое.

 

— Я читал об этом. Вполне понятный процесс. Потому что правящая элита Латвии как бы самодостаточна. Она живет в своем мире, в своих реалиях, в своих полномочиях. Если даже смотреть на это все как-то так отстраненно, из-за забора, кажется, и ничего страшного-то нет вообще. Все нормально, вроде бы, все скромно. Но посмотрите даже на Ригу. Сколько здесь брошенных домов? Сколько здесь отвратительных дорог? Сколько здесь других каких-то видимых...

 

— Господин посол, ну, это в любом городе, особенно в любом бывшем городе Советского союза можно увидеть такую картину.

 

— Поезжайте в Москву, это бывшая столица Советского союза. И давайте сравним. Давайте просто сравним. Потому что это несравнимые вещи, конечно.

 

— Мы не будем сейчас сравнивать Ригу, Москву — там разные реалии, разные вопросы собственности... 

 

— Коллега, момент... Вы разбудили мою память. Первый раз в Риге я был в 1970 году. И достаточно регулярно приезжал сюда на отдых. Я из Петербурга родом, и петербургскому студенту на юг Черного моря добраться было достаточно сложно. Мы ездили в Прибалтику, в частности, в Ригу, как в малую Европу. И качество этой жизни здесь тогда и состояние этих городов, этих дорог, извините меня, было оч-чень неплохим.  

 

— Коллега, Вы разбудили мою память, причем, моя память гораздо более короткая в данном случае. Новогодние праздники прошли, [были] длинные каникулы в России, когда мы в Риге, в Юрмале наблюдали огромное количество российских туристов. Огромное количество автомобилей с российскими номерами...

 

— ...И что?

 

— ...сюда ездят граждане граждане России, как в малую, как в ближнюю, как в западную, как в северную, — какую угодно, но только — Европу.

 

— Мо-мент, мо-мент. Мы географией сейчас заниматься не будем, насколько я помню, Европа у нас до Уральских гор, если Вы не оспариваете этого обстоятельства (хотя у Вас, может, свой глобус). Да, безусловно. Россияне сюда приезжают.

 

— С удовольствием.

 

— И с удовольствием приезжают! Потому что здесь есть цена-качество. Здесь дешево для россиян и, в то же время, близко. И относительно качественно. Хотя, уж извините, опять-таки, не будите во мне беса сравнения, россияне за последние 25 лет насмотрелись на все. И сравнивать теперь могут очень конкретно. И уровень обслуживания, и качество обслуживания, и возможности любого курорта, любой страны...

 

— И при этом с удовольствием приезжают в Ригу.

 

— Разумеется. Потому что мы соседи. Потому что здесь русский язык. Здесь удобно нам. Не нужно говорить на каком-то малайском или еще на каком-нибудь. Здесь люди свои, если так можно сказать. Знакомые, понятные. Дружелюбные. И вот это хотят испортить. Этих людей... Понимаете, вот мне интересно было бы посмотреть, какие опыты надо над Вами произвести, чтоб Вы перестали быть русским человеком. Вы же русский человек?

 

— Да, абсолютно.

 

— Русский! Так вот, что нужно сделать, чтобы Вы стали латышом?

 

— (пауза) Я думаю, ничего...

 

— Вы знаете латышский язык?

 

— Я знаю латышский язык. 

 

— Знаете, отлично.

 

— Я не понимаю сейчас Вашей логики, к чему Вы это ведете?

 

— Я веду это к тому, что если бы Вы с детских лет, с детского сада учили бы латышский язык, Вы бы не знали русский. Или знали бы его плохо. Плохо. И Вы не сдали бы экзамен.

 

— Я готов Вам возразить...

 

— ...Обождите, Вы учились в московском университете на факультете журналистики? И сдавали экзамены на русском языке?

 

— Да.

 

 — А вот если Вы завтра должны будете сдавать экзамен в латышском вузе на латышском языке, Вы его сдадите?

 

— Я не знаю, я не буду пробовать. Я Вам могу о другом сказать, есть официальная статистика. Заключается [она] в том, что у русских школьников нет проблем в освоении латышского языка сегодня.

 

— Абсолютно. Но у них не должно быть проблем и в праве изучать и говорить на своем родном языке. Вот и все. Здесь все очень просто.