Министр обороны Великобритании Гэвин Уильямсон выступил с громким заявлением: «Соединенное Королевство не потерпит никакой формы агрессии. Британию не запугать, когда дело касается защиты нашей страны, нашего народа и наших национальных интересов». Поводом для столь резкой речи министра стало прохождение по Северному морю через международные воды головного корабля проекта 22350 «Адмирал флота Советского Союза Горшков», который был разработан Северным проектно-конструкторским бюро.

На сопровождение российского фрегата, который был спущен на воду осенью 2010 года и проходит заключительный этап испытаний, был выслан корабль британских ВМС HMS St Albans. Три дня фрегат Соединенного Королевства следовал рядом с нашим военным судном.

О том, что стоит за заявлением британского политика о готовности дать отпор России, мы поговорили с председателем Санкт-Петербургского Клуба моряков-подводников, капитаном 1- го ранга в запасе Игорем Курдиным.

- Наш фрегат ничего не нарушил, потому что следовал в международных водах. Некоторые неправильно называют их нейтральными водами, - говорит Игорь Кириллович. - Если необходимо — мы даем в прибрежные страны уведомление, в котором указываем, что в определенное время наш военный корабль проследует таким-то курсом.

Сопровождение военных кораблей — это общепринятая практика для мирного времени. Когда корабли НАТО заходят в Черное море, мы тоже их сопровождаем. В этом случае главное - исключить опасное маневрирование. Если сопровождающий корабль сближается на недопустимо малую дистанцию, пересекает курс нашего корабля, то эти действия можно расценивать как недружественные проявления, которые не соответствуют хорошей морской практике.

Если англичане просто сопровождали наш фрегат, то ничего необычного и странного в этом нет. А заявление министра обороны и сопровождение фрегата — это как две стороны одной медали. Политики, делая громкие заявления, проводят свою линию, а британские моряки всегда относились к нам дружески, с уважением, как и мы к ним.

Приведу пример из собственной практики. Я командовал подводным ракетным крейсером стратегического назначения. Мы регулярно, в отдельно выделенных районах в Баренцевом море, выполняли стрельбу практическими ракетами, то есть без настоящей боеголовки. И заранее происходило оповещение и гражданских, и военных, что в такой-то момент мы закрываем район и будем проводить учебные стрельбы.

И, тем не менее, когда в 1993 году мы пришли в указанный район, рядом с нами оказалась норвежское разведывательное судно «Марьята». Это корабль разведки — и радио, и электронной, и визуальной. Он начал активно мешать нашим действиям. Пришлось передать по радио, чтобы держались от нас в стороне, иначе погрузимся и пустим ракету...

А до этого они опасно маневрировали, держали свой вертолет на недопустимой низкой высоте, то есть нарушали соглашение, которое было заключено между Советским Союзом и Соединенными Штатами, в том числе и странами НАТО, о предотвращении инцидентов в открытом море и в воздушном пространстве над ним. В этом соглашении прописано, что нельзя пересекать курс, нельзя сближаться на малую дистанцию, нельзя наводить орудия на другой корабль, потому что это может быть воспринято как недружественные действия и даже как акт агрессии, который может привести к печальным последствиям. Это соглашение никто не отменял.

Поэтому я бы порекомендовал Министру обороны Великобритании Гэвину Уильямсону почитать его повнимательнее. Или прислушаться к своим советникам, которые подтвердят, что прохождение российского военного корабля в международных водах это - обычная практика.

Вечерняя рассылка лучшего в «МК»: подпишитесь на наш Telegram-канал