Алексей Николаевич КРЫЛОВ (1863 —1945)
выдающийся русский и советский математик, механик и караблестроитель, основатель современной русской школы кораблестроения, автор классических работ по теории колебания корабля на волнении, по строительной механике корабля, теории вибрации судов и их непотопляемости, по теории гироскопов, внешней баллистике, математическому анализу и механике в приложении к кораблестроению, по истории физико-математических и технических наук и пр.
Академик Петербургской Академии Наук / Российской Академии Наук / Академии Наук СССР, профессор Морской академии, почётный член иностранных научных и инженерных обществ
генерал флота (1916), генерал для особых поручений при морском министре Российской империи (1911)
Заслуженный деятель науки и техники РСФСР, Лауреат Сталинской премии (1941), Герой Социалистического Труда (1943).
( Проектный Центр "Новая Реальность", Проект "БИБЛИОТЕКА" )
ИЗ КНИГИ МЕМУАРОВ "МОИ ВОСПОМИНАНИЯ"
Глава "Заказ Металлическому заводу установок для 6-дюймовых пушек береговой обороны"
"В августе 1912 г. присылают за мною автомобиль Металлического завода с просьбою директора В. О. Сонгина немедленно приехать на завод по делу неотложной важности. Приезжаю. Оказывается, завод получил предложение от Артиллерийского ведомства спешно внести существенные изменения в изготовляемые заводом 60 установок для пушек 6-дюймового калибра. Контрактная цена этих установок была по 60 000 руб., т. е. весь заказ был на 3 600 000 руб.
Заводу предлагалось на следующий день к 12 часам дня командировать своих представителей в Главное артиллерийское управление на заседание Артиллерийского комитета, причем прилагались материалы, подлежащие обсуждению на предстоящем заседании.
Начальником Главного артиллерийского управления был великий князь Сергей Михайлович, только что вернувшийся из Англии; там ему в числе разных артиллерийских новостей показали такое прицельное приспособление для береговых орудий, где простой наводкой прицельной трубы на ватерлинию цели орудию автоматически придается и надлежащий угол возвышения.
Англия применяла такие приспособления для Адена, Гонконга и прочих колониальных местностей, где орудия ставились на высоте свыше 1500 м. При таких условиях эта система была применима и могла давать довольно точные результаты, а у нас эти орудия предназначались для низменных побережий Финского залива с высотою не более 15 м — погрешность была бы примерно в 100 раз больше, и система абсолютно не могла быть применена.
Вернувшись с завода, я написал записку, в которой расчетами и формулами в 12 пунктах показал непригодность предложения.
На следующий день поехали с директором Федоровым в Главное артиллерийское управление. Ввели нас в зал Артиллерийского ученого комитета. Стали постепенно сходиться артиллерийские генералы, пришел и Н. А. Забудский. Началось заседание, прочел я свою записку, и, вместо ее обсуждения по существу, начали артиллеристы-генералы судить и рядить о том, как бы все это скрыть от Сергея; нельзя же ему доложить, что он внес нелепое предложение.
Решили отложить рассмотрение до следующего заседания через неделю под предлогом, что не было генерала А. А. Маниковского, начальника артиллерии Кронштадтского района, для которого главным образом и предназначались эти пушки.
Через неделю опять приехали, приехал и А. А. Маниковский, которого я знал уже лет десять:
— Ваше дело совершенно ясное, это только не по разуму ученый Забудский мог разную ерунду городить.
На этот раз нас с Федоровым в зал заседания не пустили, а предложили подождать в приемной.
Примерно через час выходит капитан, ученый секретарь комитета:
— Решено снабдить установки прицелами вашего завода, можете продолжать изготовление, но журнала с этим постановлением вам прислать не можем: надо дождаться, пока Сергей уедет в отпуск, нельзя же этот журнал поднести ему на подпись. Вы себе вообразить не можете, какой скандал был. Генерал N. стал возражать Маниковскому и говорит:
— Я не усматриваю, почему обыкновенная прицельная труба не будет давать требуемой точности.
Маниковский и ляпни:
— Ваше высокопревосходительство, если вы эту трубу всунете окуляром себе в ж..., тогда, может быть, усмотрите.
Такая поднялась ругань, что пришлось закрыть заседание.
— Но как же быть заводу, ведь дело миллионное и срочное, нельзя же работать, не имея журнального постановления.
— Попробуйте устроить так, чтобы Сергей поскорее поехал за границу, где сейчас сезон, — в Трувиль или в Ниццу, — посоветовал ученый секретарь.
Едем с Федоровым обратно на завод.
— Вы поняли, что посоветовал капитан? — спрашивает меня Федоров.
— Понял, поднесите пачечку штук в сто «катенек» (сторублевок) Матильде (балерина М. Кшесинская, метресса Сергея), пусть она увлечет Сергея с собою купаться в Трувиль, тогда и журнал получите.
Отсюда ясен вред, который бессознательно приносили великие князья, стоящие во главе управлений. Знаниями они не обладали, но все должностные лица боялись «огорчить» великого князя оспариванием его мнения: к празднику припомнит строптивость, да из наградного списка и вычеркнет.
Дворец Матильды на углу Каменноостровского проспекта и Дворянской улицы привлекал всеобщее внимание. Еду как-то на Металлический завод мимо этого дворца, извозчик на козлах и отпускает философское замечание:
— Дом-то какой, слышь, царская фря построила,… нажила, — причем он выразился чисто по-извозчичьи.
Но он, очевидно, не знал, что Матильда обладала и другими способами наживы. На артиллерию тратилась в то время сотня миллионов в год; один процент комиссии — вот уже миллион."
ИСТОЧНИК - Проектный Центр Максима Шалыгина "НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ"