Главное в новом году – это не забывать о том, как важно оставаться людьми

Фото: соцсети

В 2016 году навсегда ушли от нас многие великие – и родились другие, о которых мы пока не знаем. В мире происходили тектонические изменения глобального масштаба, но небольшие и локальные радости для многих оказались важнее. Уходящий год стал тяжелым високосным годом, но на его излете особенно ценна вера в то, что мы сможем оставаться людьми несмотря ни на что.

Фактологических итогов года можно предложить множество и на любой вкус. Уходящий 2016-й оказался богат на непредсказуемые и яркие события. Формальный референдум о членстве в Евросоюзе обернулся громким «Брекзитом», а убедившая весь мир в своей неминуемой победе Хилари Клинтон проиграла кандидату, из которого американские медиа слепили образ настоящего монстра. При этом достойно проиграть не удалось – новые санкции против России, высылка дипломатов из-за «хакерского скандала» и другие действия уходящего президента Барака Обамы и его администрации сложно назвать иначе, кроме как «агония». И по-своему это тоже – сюрприз.

Кстати, за оставшиеся до инаугурации Дональда Трампа три недели Обама может еще многое успеть – широкий фронт работ новому американскому президенту обеспечен. Элегантный ответ Владимира Путина на новое обострение ситуации – отказ от предложенных Смоленской площадью «зеркальных мер» и приглашение детей американских дипломатов на ёлку в Кремле – поставил красивую точку в российско-американских отношениях в 2016 году. Но три недели у Обамы ещё есть.

Под искусственную истерику о «холокосте Алеппо» России удалось добиться нового перемирия в Сирии, но главный вопрос, насколько оно будет крепким – слишком многие заинтересованы в том, чтобы мира на Ближнем Востоке не было. США заключать перемирие вообще не позвали – и обиженных на это в Вашингтоне немало, причем, не только в уходящей демократической администрации.

С Сирией связана и самая свежая, для многих – самая болезненная трагедия нашей страны этого года. Именно туда направлялся Ту-154 с хором Александрова и Доктором Лизой на борту, но рухнул в Черное море вскоре после вылета из Сочи. В связи с этой трагедией неоднократно ставился вопрос – а стоят ли все эти жертвы возрождения статуса России как великой державы (напомним, что в этом году американский президент впервые после развала СССР обозначил нашу страну таким образом). Беда в Иркутске, где более 70 человек отравились спиртосодержащей дрянью, тоже стали поводом для открытых вопросов: можно ли деньги, которые Россия тратит в Сирии, потратить в Иркутской области?

В целом подобные сопоставления мало чем отличаются от «детских» предложений в стиле «давайте все деньги из бюджета отдадим бедным, а чиновники пусть работают бесплатно». Но если нужно ответить, придется ответить – нет, нельзя. Это совершенно разные статьи бюджета, деньги в котором расписываются заранее. Могут ли жители Иркутской и любой другой области добиться увеличения финансирования на различные региональные программы из федерального бюджета? Да, могут – для этого у них есть губернатор и депутаты, в чьи задачи входит лоббировать интересы родного края.

Кстати, еще один сюрприз: избирательную кампанию в Государственную думу часто называли скучной. Новых интересных политических сил на горизонте так и не появилось, несмотря на серьезную либерализацию (по сравнению с 2011 годом) условий участия в кампании. При этом старые силы не предложили особенно ярких ходов. Но очень возможно, что именно такими и должны быть очередные выборы в стране, граждане которой заинтересованы в стабильном развитии, а не шараханиях из стороны в сторону, примером чему является, в частности, Украина. И это, к сожалению, не всё, что нужно сказать про Украину.

Отдельные события уходящего года, но в особенности как раз трагедии хорошо продемонстрировали, что главное разделение в России сейчас проходит не по идеологическим параметрам. И «левые», и «правые» вроде бы согласны с тем, что революций нам не нужно, а «крымский консенсус» не разделяют только политические маргиналы. Раздел идет по отношению к оппоненту, по готовности видеть в нем человека – или полном отказе делать это.

Неприкрытое злорадство у граждан соседней с нами страны вызывала любая связанная с Россией трагедия. Случаи искреннего сочувствия и соболезнований терялись на фоне откровенного глумления в связи с убийством российского посла, падением Ту-154 и даже массового отравления в Иркутске. Причем – невозможно, неслыхано – глумлением были заняты не просто блогеры, не только чиновники, недалеко ушедшие от блогеров, но и кадровые дипломаты (например, действующий посол Украины в Финляндии).

За месяц до этого аналогичная трагедия произошла в Харьковской области – там от «паленой» водки умерло более 50 человек. Разумеется, никакого злорадства в России это не вызвало – и вызвать не могло. Зато украинцы не поленились принести к российскому посольству несколько пузырьков аптечного «Боярышника».

Украина уже не Россия, поэтому наблюдение за тем, как стремительно дичает и погружается в пучину первобытной морали ближайший сосед, само по себе неопасно. Но безумие, к сожалению, оказывается заразным – и вот уже в самой России появляются люди, готовые радоваться чужим смертям. Точнее, они были всегда. Глумящиеся сейчас над погибшими украинцы почти всегда готовы в оправдание собственного скотства привести ссылку на какого-нибудь маргинала с российским гражданством, выражавшего положительные эмоции по поводу трагических событий на Украине или в какой-нибудь другой стране. Но проблема в том, что радость по поводу чужих трагедий перестает быть маргинальной - и вот уже одни российские журналисты публично радуются смерти других российских журналистов, считая это своим неотъемлемым правом.

О чем явно не думали люди в XX веке, так это о том, что в российском обществе XXI века будет дискуссионным вопрос «можно ли радоваться чужим бедам». Даже во время Великой Отечественной войны, несмотря на зашкаливавшую жестокость гитлеровцев, несмотря на стихи и статьи «Убей немца!» советские люди с жалостью относились к пленным, и радость от случайной смерти немецких граждан (не путать с гибелью солдат в бою) никогда не считалась нормой. Даже не слишком человеколюбивая советская пропаганда переключилась с враждебности по отношению к немцам и их союзникам к враждебности по отношению к фашизму в целом еще до конца войны, хотя пострадавшим от оккупации было что предъявить и венграм, и итальянцам, и испанцам, и финнам.

Сейчас же войны нет (точнее, она есть лишь на востоке Украины и по вине Украины), но ненависть и расчеловечивание врагов есть. И, увы, не только на Украине.

Но даже если противник теряет человеческий облик, это не повод становиться зеркалом. Владимир Путин убедительно продемонстрировал красоту и многогранность «незеркальных» мер. В отказе создавать ответные проблемы американским дипломатам есть и рождественская христианская добродетель, и вполне человеческое снисхождение к уходящему президенту США, и отказ переносить желание конфликта со стороны ряда политиков на всё американское государство.

В 2017 году будет много разных событий – и перед каждым из нас снова встанет выбор, оставаться ли цивилизованным человеком или с радостным уханьем броситься в манящую пущу первобытности с ее «глаз за глаз, нос за нос, у соседа корова сдохла, какой восторг!»

Очень хочется верить не только в то, что цивилизованных людей будет больше, но и в то, что они будут заметнее.

С Новым годом! Пусть он будет лучше предыдущего. Пусть грань между цивилизацией и дикостью больше не будет подвержена штурмам. Пусть каждый из нас сможет оставаться человеком всегда – и несмотря ни на что.

Текст: Антон Крылов