Зовите меня просто: Жанна д'Арк-3
Продолжаем изучать историю Коврова через судьбы и характеры отдельных людей вместе с писательницей Маргаритой лосевской. Нас ждет любимый Ковров таким, каким он был в 70-8-0-х годах прошлого века.
Окончание. Начало опубликовано в рубрике "Ковровские литераторы" 24 и 25 августа.
Жаркий день сменился душным вечером. Разбившись на стихийные стайки, мы побрели к реке. Город спал. Улицы были пустынны. Клязьма встретила нас приятной прохладой. Сидели на берегу, пели песни. Разбредались парочками, снова воссоединялись и так почти до утра. Серый предутренний туман сделал всё скучным. Стало холодно. Засобирались домой. Вдруг на деревянном мосту, ведущем в Заречную Слободку, раздался звонкий голос Жанны:
- Мой костёр в тумане светит, искры гаснут на лету,
- Ночью нас никто не встретит, мы простимся на мосту!
Все взгляды устремились туда. Над перилами белым облаком взметнулось сброшенное выпускное платье и Жанна сиганула в воду. От соприкосновения с холодной водой послышался её визг. Вслед за ней бросились в воду два её поклонника. В серой дымке мы наблюдали, как плывут трое смелых.
После школы Жанна уехала из нашего города, поступила учиться в химико-технологический институт. Мы встретились с ней в родном городе только один раз. Обе во время летнего отпуска навещали своих матерей. Страшно обрадовались друг другу. Поболтали о своих делах. Обе были замужем, имели детей, работу по специальности. Жанна работала начальником участка на Хим.комбинате. Муж её на том же производстве руководил цехом. Жанна рассказала:
- Мой муж очень удобный товарищ. Ведёт наше хозяйство, печёт пироги, блины, стирает пелёнки. Но изредка у него случаются заскоки: приходит домой поздно и явно из ресторана, где был, возможно, с бабой. В ответ назавтра я с кем-нибудь из друзей иду в ресторан и прихожу ещё позже, чем он. Так я его воспитываю и спрашиваю:
- Зачем тебе таскаться по ресторанам? Посмотри на меня, неужели я не зажигательная?!
В её глазах мелькнуло затаённое страдание. Она продолжала:
- Я ему заявила: если ещё позволишь себе явиться поздно, с тобой разведусь и выйду замуж за Женьку Маркина. Он ещё не женат. Про мою первую любовь муж знает из писем, которые мне Женька присылал в институт.
Через несколько лет от одной нашей одноклассницы узнала, что Жанна развелась с мужем, вернулась в Ковров, встречалась с Маркиным, который в это время был женат.
Евгений пригласил Жанну в свой дом во время поездки жены Кати на отдых в Сочи. Он жаловался на прозу жизни, говорил, что по-настоящему любит только Жанну. Листая семейный альбом, она увидела фото, где Женя и Катя сидят, обнявшись под цветущей яблоней. У обоих - счастливые лица и беспечные улыбки. Жанна начала кураж:
- Ты посмотри, она у тебя, как бочка. Кадушка какая-то, а не женщина. Как ты мог на ней жениться?!
Евгений взял у неё из рук фото и вложил его в альбом. Помолчав, сказал:
- Но ты первая вышла замуж. Что мне оставалось делать? Подождал тебя несколько лет, а потом женился.
Однажды утром Жанна нежилась в постели в ожидании любимого, ушедшего в магазин за очередной бутылкой. Она увидела на шифоньере фетровую женскую шляпу с бантом. «Шляпа Катьки!» - поняла Жанна. На неё нахлынула ненависть к сопернице, занявшей её законное место рядом с Евгением. Она вскочила с кровати, достала шляпу, надела её на свою голую коленку и стала молотить по ней кулаками. Шляпа сделалась бесформенной, бант отвалился. В это время на пороге появился Евгений с бутылкой шампанского.
- Что ты делаешь?! - воскликнул он.
- Уничтожаю твою кадушку! Эта корова ещё и шляпу носит!
Евгений поднял с пола то, что было шляпой, и бросил в мусорный бак.
- Как ты можешь жить с этой бочкой?! Женись на мне. Видишь, я стройная, как… ( взгляд её упал на пыльную, полузасохшую пальму) как пальма.
В это время раздался телефонный звонок. Это Катя из Сочи. Она спрашивала мужа:
- Чем занимаешься? Скучаешь ли обо мне? Оклеил ли прихожую? Не забываешь ли поливать пальму?
- Занимаюсь хозяйством. Обои купил, но пока не поклеил. Пальму регулярно поливаю.
Когда он положил трубку, Жанна захохотала.
- Брось ты эту тёлку. Женись на мне.
Он помолчал и ответил:
- Не могу. Я выпиваю и ты выпиваешь. И что у нас получится? Моя, пусть она тёлка и кадушка, не пьёт. С ней жить можно.
Жанна вскочила с кровати, оделась, отвесила сильную пощёчину Евгению и, как вихрь, выскочила за дверь. Так оборвалась её надежда на исправление жизни и обретение счастья.
На следующий день после несостоявшегося суда решила я решила ознакомиться с уголовным делом по обвинению Козыревой в хулиганстве. После похищения Мусиного золота её гости ринулись в другой притон. По дороге сплавили зубы таксистам, у них же приобрели спиртное. В новом притоне было людно. Часть мужиков и баб спали вповалку на полу. Иные сидели за столом с остатками жареной картошки на сковороде и мутной жидкости в графине. Под крики- Ура!- Витя-Мент и Зубной рвач разлили принесённое спиртное. С пола поднялись полуголые, взлохмаченные, со следами мордобития «гости». Все они пришли в душевное расположение, и понеслось веселье. Кто-то загорланил «Мурку в кожаной тужурке». В этой компании Жанна была впервые. Зубной рвач представил её как бывшую артистку, танцовщицу. Стали просить её «сбацать». Она согласилась. Взвизгнула поднятая с пола гармошка. Отплясывая всё знакомое с детства, она постепенно сбрасывала с себя одежду. Но вот, взмахом нетрезвой руки опрокинула чей-то стакан с драгоценной жидкостью. Владелец стакана пытался ударить плясунью. За неё заступились. Разгорелась драка. Соседи вызвали милицию. Прибывший усиленный милицейский наряд быстро погрузил не успевших убежать обитателей притона в машины. Голой женщине приказали одеться. Она отказалась. Кто-то надел на неё куртку. Жанна сбросила её. Милиционеры выдернули из кроватного тряпья тонкое одеяло и пытались им укрыть Жанну, чтобы доставить в отдел. Она вырвалась. Схватила со стола графин, швырнула его в милиционера с криком:
- Руки прочь, поганые менты! Я - Жанна д'Арк.
Графин попал в лицо одного из стражей порядка, причинив телесные повреждения. Жанну повалили на пол, закрутили в одеяло, обвязали полосами рваной простыни, доставили в милицию. Документов у неё при себе не было. В первоначальном протоколе её поименовали: Жанна Даркова.
По приговору суда Козырева Жанна Степановна была лишена свободы сроком на 4 года. В материалах дела содержались сведения о предшествующем лишении Козыревой родительских прав и передаче 2-х её детей на воспитание родственникам.
Однажды мне пришло письмо от Жанны из колонии, где она отбывала наказание. Она выражала надежду, что я помогу ей исправиться. Эта идея показалась мне абсурдной. На письмо я не ответила. Недоумевала, как она могла узнать мой адрес.
Через несколько лет я узнала, что Жанна отбыла первое наказание и «сидит» по второму делу за соучастие в убийстве. Подробности не известны. С тех пор долгие годы ничего определённого не слышала о ней. Одни говорили, что она бомжует, другие утверждали, что она погибла. Как-то встретила одноклассницу, с которой поделилась грустными слухами о гибели Жанны. Зоя, не любившая Жанну за успешность, воскликнула:
- Да что ей сделается! Жива она. Её видели на станции Н. в оранжевой куртке, таскает шпалы. Здоровенная такая стала, кряжистая.
Я периодически вспоминала Жанну: весёлая школьная подруга и спившаяся преступница… Иногда испытывала раскаяние, что не ответила на её письмо. Когда мне приходилось проезжать станцию Н., передо мной всплывал её образ. Я смотрела в окно в надежде её увидеть. И вот однажды во время остановки поезда на этой станции увидела группу людей в оранжевых куртках. Среди них - женщина. Я прильнула к окну и пыталась рассмотреть её. Но она стояла спиной к вагону. Вдруг обернулась. Увидев её глаза, я крикнула:
Жанна! И хотела выскочить из вагона. Но поезд тронулся. Женщина смотрела вслед. Да, это была она!
Мои обстоятельства отвлекли от мыслей о Жанне на несколько лет. Когда жизнь стала более спокойной, я решила поехать на станцию Н. и разыскать Жанну. У станционной служащей спросила, работает ли у них Козырева Жанна Степановна.
- Работала раньше. А вы кто ей будете?
- Родственница, двоюродная сестра, недавно приехала из Уренгоя, - солгала я.
- А вы что не знаете, что она умерла лет пять назад?
- Впервые слышу. Родственников здесь нет. Сообщить некому. Как это случилось?
- Погибла на пожаре. Да вы пройдите на улицу Садовую, дом 2, Воробьёвы, единственный новый дом на всей улице. Отстроились после пожара. Собеседница вышла следом за мной, показала тропинку и направление.
Жанна появилась на станции в группе бомжей. Однажды в сильном подпитии она почти замёрзла на улице. Из маленького, старенького домика вышли старик и старушка, с трудом перетащили несчастную в дом. Она ожила, оклемалась, обмылась и прижилась у сердобольных людей в крохотной утеплённой терраске. Жанна не скрывала, что отбывала срок в лагерях. Но родных, якобы, нет, идти некуда. Пообещала бросить пить, устроиться на работу. На станции требовались дорожные рабочие. У Жанны не хватало каких-то документов. Старик-хозяин, бывший путеец, похлопотал за неё. Она стала работать. Через год заболели старики. Ближних родственников у них не было. Единственная внучка жила где-то на Урале. Жанна ухаживала за больными. Вела хозяйство. Иногда она выпивала, но брала себя в руки. Старики были плохи, и соседка вызвала внучку Татьяну. Та приехала с мужем и 3-х летней дочкой Ирочкой. Похоронив стариков, сказала, что поселится здесь. Соседи рассказали Татьяне, что жиличка хорошо относилась к хозяевам, во всём им помогала. Новая хозяйка пока мирилась с присутствием постоялицы в доме. Молодые вскоре нашли работу, но дочку в садик не смогли устроить. За ней присматривала Жанна, которую уволили с работы за очередную выпивку. После этого она довольно долго держалась без спиртного. Искренне привязалась к весёлой, белокурой, голубоглазой девочке. Она напоминала ей собственную дочку. Это была последняя любовь Жанны. Однако, выпивки её возобновились. Хозяйка отказала ей в жилье.
Стоял сентябрь. Жанна ютилась в заброшенном садовом домике коллективного сада, соседствующего с улицей Садовой. Как-то в середине дня она увидела поднимающийся над улицей чёрный дым, густой и тревожный. Пошла туда. Горел дом Воробьёвых, её дом! На улице стояли зеваки. Ждали пожарную машину. Она не ехала. Пламя жрало заднюю часть дома. Входная дверь была охвачена огнём. Окна домика - низко над землёй. Одно не занавешено. К окну с громким плачем метнулась фигурка ребёнка.
- Ирочка! - Воскликнула Жанна и бросилась к дому. Огонь витал над крышей, охватывал углы. Жанна разбила окно, влезла внутрь. Горел потолок, начали корёжится и отслаиваться синтетические потолочные плитки. Она схватила потерявшую сознание девочку, прижала её к себе, согнулась. Прикрывая ребёнка спиной, пыталась вылезти из окна. Сверху упали, плавясь и сливаясь с её кожей, пластиковые плитки. Волосы и одежда её пылали. Она выбросила девочку через разбитое окно на улицу. Кто-то из толпы подхватил ребёнка. Пыталась вылезти сама. Но обвалившаяся потолочная балка придавила ей ноги. Она погибла в огне.
Таня рассказала, что похоронили Жанну по христиански на местном кладбище, но нет фотографии. Ирочка учится во втором классе. Со слов родителей знает историю своего спасения и свою спасительницу.
Возвратившись домой, я нашла в альбоме фото Жанны. 17-летняя Жанна с косами, в платье с крылышками сидит на стуле, повёрнутом спинкой вперёд, положив на неё нежную девичью руку. Лицо её задумчиво, глаза серьёзно и тревожно смотрят как бы вдаль своего мятежного и трагического будущего. Я заказала в фотоателье увеличенный портрет и отвезла его Воробьёвым. Вместе с Таней, Сашей, Ирочкой мы посетили кладбище. Саша прикрепил к памятнику портрет нашей школьной предводительницы, умершей так, как подобает Жанне Д Арк.
Маргарита Лосевская.
В материале использованы иллюстративные фото.