Ирина Скворцова: Путин переводил для меня вопросы Томаса Баха
Свой главный подвиг Ирина Скворцова совершила задолго до Олимпиады-2014. Она выжила после страшной аварии на санно-бобслейной трассе, которая произошла 23 ноября 2009 года. Выжила, но ее спортивная карьера оборвалась. И все же в Сочи Скворцова приехала. Церемонию открытия она смотрела из президентской ложи, сидя рядом с Владимиром Путиным. Спустя два года после сочинских Игр о событиях тех дней мы вспоминаем вместе с Ириной.
«На церемонию открытия пригласили эсэмэской»
– Ирина, кто вам сообщил, что вы будете сидеть на открытии Олимпиады рядом с президентом России Владимиром Путиным?
– Да я об этом понятия не имела до того момента, пока президент и глава МОК Томас Бах не заняли свои места около меня. За неделю до церемонии я никуда не собиралась и вообще лежала в больнице. Но тут мне пришла эсэмэска: «Администрация президента приглашает вас на открытие Олимпийских игр в Сочи».
– Смс?!
– Сама удивилась. Так меня на мероприятия еще не звали. Но согласилась, конечно, и выписалась поскорее из больницы. В день открытия в четыре утра перед вылетом из Москвы сделала прическу и макияж, а в 7 утра в составе делегации Минспорта на чартерном рейсе из Внукова улетела в Сочи.
– Это был счастливый день?
– Это был сумасшедший день. Все началось с того, что чартер на час задержали и я с трудом успела переодеться для приема у министра спорта Виталия Мутко. Не буду уточнять, где пришлось переодеваться, но в гостиницу заехать не успела.
– Для девушки в такой важный день это ужасное обстоятельство.
– Но в тот момент я даже не подозревала, насколько важным станет для меня этот день. С собой взяла только одежду на церемонию и немного косметики, чтобы подправить «красоту», наведенную в ночи. После приема у Мутко нас отвезли на стадион и пригласили на фуршет, где мне дали маленький серебряный значок с символикой Олимпиады. Его нужно было прикрепить на одежду – это был пропуск в президентскую ложу. Я удивилась и подумала про себя: «Ну и ладно, ложа большая, около президента я все равно сидеть не буду, останусь незамеченной».
– А почему вам так важно было остаться незамеченной?
– Мне казалось, что я выгляжу как-то не очень. Посмотрела на себя в зеркало, поправила прическу. Изначально она была другой. Но когда ехали, я зачем-то надела шапочку. Пришлось выкручиваться. Под рукой был только «крабик» – с его помощью заколола кое-как волосы и произнесла вслух: «Сойдет для сельской местности». Минут за 40 ко мне подошли волонтеры и пригласили занять свое место. Нужно было, чтоб все сидели к тому времени, как придет первое лицо государства. Но я-то это откуда знала? Говорю ребятам: «Нет, я еще немного в тепле посижу, успею».
– А они?
– Отошли, а минут через десять вернулись: «Все, Ирина, больше тянуть нельзя!» Ну хорошо, пошли. Они показали, где мне сесть, я убрала под стул костыли. Рядом – два пустых места. Села и думаю: «О, отличный вид! Буду фотографировать». Я же зарядила два телефона, память почистила, еще фотоаппарат взяла. Брат просил фиксировать все, что вижу. И тут мне Лина Федорова с Максимом Мирошкиным, фигуристы наши молодые, говорят: «С тобой рядом сядет президент!» «Не может быть!» – думаю. Но когда я окончательно поняла, что они не шутят, пришло другое осознание: «Боже, как я выгляжу?! Ведь сюда будут направлены все камеры!» Мне стало не по себе, потому что камер и внимания я всегда боялась. Когда церемония уже началась, Владимир Путин и Томас Бах действительно заняли два пустовавших рядом места.
– Во время церемонии вы разговаривали?
– Было несколько очень коротких диалогов. Президент спросил о моем здоровье. По его вопросам я поняла, что он прекрасно осведомлен о том, кто я такая и что со мной случилось. Но в основном он разговаривал на немецком с Томасом Бахом, Про меня Баху он тоже сказал. Тот тоже поинтересовался здоровьем. Владимир Владимирович переводил его фразы, обращенные ко мне, так как я немецкого не знаю.
«Больше не могу, убегаю в Сочи!»
– После открытия вы остались в Сочи?
– Нет, на следующий день в 10 утра я улетела в Москву. Остаться незамеченной на церемонии не получилось, поэтому на день прилета мне назначили три интервью. Всем было интересно, кто была эта девочка в красном пальто. Пока ехала домой, с моим телефоном творилось невозможное. Он разрывался от звонков и смс. Я поднимала трубку и отвечала на одни и те же вопросы три часа без остановки, пока мы ехали из аэропорта. В воскресенье мне дали отдохнуть, а с понедельника снова началось. Несколько дней я почти не спала и перед камерами буквально засыпала. Так и говорила журналистам: «Пока вы готовитесь, я посплю, а когда начнете писать, разбудите меня». Как только камеры выключались, я тоже выключалась. До кровати шла, как зомби. Все дни были расписаны по минутам, но журналисты продолжали звонить. Если говорила им, что весь день с 10 до самого вечера у меня занят, то в они стояли на пороге в 9. Я выдержала в таком режиме четыре дня и скала себе: «Больше не могу, убегаю в Сочи!»
– Вы поехали туда как зритель?
– Нет, слава богу, у меня была журналистская аккредитация, а вот билетов на самолет не было. И они оказались дорогими. В оба конца выходило тысяч сорок. Тогда я позвонила в свою федерацию и попросила купить мне билет хотя бы в одну сторону, иначе мне пришлось бы отдать за него всю пенсию. И мне в федерации не отказали.
– Какие спортивные события Сочи для вас стали незабываемыми?
– Обе победы бобслеистов. Эмоции были невероятные. Впервые в истории российские экипажи выигрывают золотые медали Олимпийских игр – это казалось чудом. Когда Саша Зубков завоевал первое золото, мне казалось, что я запрыгаю без костылей. С другой стороны, все рассчитывали на это золото: трасса ведь своя и она отлично подходила нашим экипажам. Другого расклада мы и не представляли, так как по всем показателям Зубков считался фаворитом соревнований.
– Кроме санно-бобслейной трассы удалось куда-то выбраться?
– Нет. Никуда больше не ездила. Хотелось попасть на биатлон, но мне непросто было туда добраться, плюс там с погодой было не все в порядке. Шли разговоры о том, что гонки могут перенести, и я могла бы зря приехать. Тем более я жила в Зеленой роще, за Адлером, ближе к Сочи. На костылях такие крюки делать было бы тяжеловато.
– А в Сочи вас так не атаковали, как в Москве?
– Было дело. Как-то от канадского домика до пресс-центра – это небольшое расстояние – я шла два с лишним часа. Меня все время останавливали на интервью, сфотографировать
«Получаю штрафы за превышение скорости»
– Та популярность была кратковременной или история с приглашением в президентскую ложу отразилась на вашей жизни?
– Меня какое-то время готовили на роль ведущей спортивных новостей. Но учеба закончилась, а с работой не сложилось. Честно говоря, наверное, мне такая работа не сильно подошла бы. Лицо в камере должно появляться стабильно, а я много времени провожу на операциях. Сейчас я тоже нахожусь в клинике. Бывает и такое, что требуется экстренная госпитализация, и я лечу в Мюнхен первым же рейсом. Однажды вместо января пришлось улететь 28 ноября и сделать пять внеплановых операций, а шестой была плановая, ради которой должна была ехать туда изначально. С 2013 года я регулярно делаю пластические операции. Их было уже пятнадцать. В этот приезд – сразу пять. Завтра снимают швы, во вторник встреча с врачом. Он меня посмотрит и скорее всего отпустит в Россию.
– Как долго вы в Германии?
– С 10 января.
– Вам кто-то помогает оплачивать лечение?
– Никто. Я лечусь на те деньги, что выиграла по суду.
– Кто вам помог найти врача?
– Ганс-Гюнтер Махенс – тот самый доктор, который «собирал» меня после аварии. Если вы помните, в Мюнхен я попала через 2,5 недели после аварии, и с тех пор он меня ведет.
– Наверное, он был счастлив видеть вас на открытии на таком почетном месте.
– О да, в клинике это произвело фурор. Меня же там знает весь персонал, я приезжаю туда, как домой. Когда в марте 2014 года приехала туда снова, каждый подошел ко мне со словами восхищения. А однажды, когда перед операцией анестезиолог попросил меня кратко рассказать свою историю, одна из сестер воскликнула: «Как?! Вы не знаете?! Это же та самая девушка…» И выложила всю мою историю. Я даже рот открыть не успела.
– Между операциями вы все же успеваете заниматься другими делами. Мы вас регулярно видим на конкурсе для журналистов «Энергия побед» в качестве ведущей. Как вы туда попали?
– В 2011 году мне пришло на почту письмо-приглаше
– Сейчас вы еще и студентка. Какова ваша будущая профессия?
– Спортивный психолог. Я учусь в педагогическом институте физкультуры. Дипломную работу мне разрешили сдать в декабре. Надеюсь скоро буду с корочкой. Скорее бы уже.
– У вас не так мало забот – как вы передвигаетесь по городу?
– На машине. В 2012 году я получила права и прямо на следующий день уехала в Подмосковье за Дмитров в гости к друзьям.
– Водите аккуратно?
– Ну как сказать. Уже в первую неделю на дороге мне пришли штрафы за превышение. Не успевала сбавить скорость. Мама с братом раскритиковали меня сразу: «Эй, шумахер, аккуратнее». Сейчас стараюсь не гонять.