Когда вина растет из мыльных пузырей, или еще раз о докладе Макларена
Буквально на днях Ричард Паунд, основатель Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) и член Международного олимпийского комитета (МОК), дал эксклюзивное интервью «СЭ», в котором выразил непоколебимую уверенность в виновности российских спортсменов в допинговых нарушениях на олимпиаде в Сочи. Причем на вопрос журналиста, уточнил, что его уверенность основывается на итогах того расследования, что было проведено Ричардом Маклареном. И вот на этом стоит остановится более подробно. Но прежде все же ответим на вопрос: зачем это было нужно?
Да, ритуал «Козел отпущения» не потерял своей актуальности и по сей день, как это доказывает случай с Россией, которая обвиняется мировой общественностью во всех грехах — как смертных, так и тех, что помельче. Главное — повесить по максимуму, не упустив ни одного. И при таком раскладе вполне симптоматично, что за повсеместное применение допинга расхлебываться пришлось тоже России. И началось все с сочинской Олимпиады, когда Россия дала отличный повод — заняла первое место в медальном зачете. Что, по всей видимости, было воспринято как пощечина всей мировой общественности. Но в особенности, думается, щека горела у США.По своей значимости Олимпийские игры стоят выше Чемпионатов Мира и Европы по тем же видам спорта и общекомандный зачет — одна из важнейших причин их особого положения: победа на Олимпиаде — это, прежде всего, торжество духа нации. Исходя из этого, можно смело говорить об их политическом статусе. Поэтому допинговый скандал — это прежде всего политическая провокация, направленная на то, чтобы пошатнуть позиции России на международной политической арене. О чем, собственно, и говорил Путин в своем комментарии еще на первую часть доклада: «Сейчас мы наблюдаем опасный рецидив вмешательства политики в спорт. Да, формы такого вмешательства изменились, но суть — прежняя: сделать спорт инструментом геополитического давления, формирования негативного образа стран и народов».
И в этом отношении с президентом не поспоришь, хотя полностью исключать употребление допинга все же не стоит. Уж слишком это выглядит фантастично: остаться без подстраховки (и это при современном-то развитии «химии»!), когда ставка, что называется, больше, чем жизнь. Но это касается всех стран и спортсменов без исключения. Вот поэтому-то и понадобился козел отпущения. Одним ударом двух зайцев: и грешки списать, и политическая провокация. Но вернемся к докладу Макларена, на основе которого и держится фанатичная вера Паунда в виновность российских спортсменов и, более того, в существование допингового заговора на государственном уровне.
Итак, что там у нас насчет доклада? Изучи его хоть вдоль, хоть поперек, но не отыщешь ни одного не то чтобы убедительного, но вообще никакого доказательства, не говоря — доказательств, что российская команда, включая высших чиновников и не только спортивных, замешена в допинговых махинациях, «добро» на которые они получили якобы от самого кремлевского руководства. А что, в таком случае, есть?
А есть подпольные лаборатории, специальные холодильники для хранения допинг-проб и сотрудники ФСБ, бесшумно пробирающиеся в сгустившемся мраке с пробирками в руках через дыру в стене — именно так, бесхитростно и примитивно, осуществлялась подмена результатов анализов. Спортсмены же, пока спецагенты выполняли свою опасную работу, точно персонажи второсортных голливудских боевиков, заправлялись коктейлями из алкоголя и стероидов. Только вот странность: почему ж не все «золото» наше? Но это, видимо, для отвода глаз: чтоб не было подозрительно и чересчур фантастично. Как и сам доклад. Официальный документ, между прочим.«Теория» Макларена основывается на сведениях, полученных от бывшего главы московской антидопинговой лаборатории Григория Родченкова, который обвинил российских спортсменов в употреблении допингового коктейля, кстати говоря, его же, Родченкова, детища. И это не абстрактные нападки — Родченков, как бы в подтверждение, привел фамилии тех спортсменов, что вливали в себя этот целебный напиток, состоящий из трех запрещенных ингредиентов — метенолона, тренболона и оксандролона — смешанных со спиртным, чтоб лучше всасывался.
Как все осталось в тайне — остается только развести руками. Родченков объясняет это жесточайшей конспирацией и шпионским мастерством: он, как оказалось, не только создавал эликсир силы и выносливости, но и лично участвовал в операциях по подмене. По его словам, каждую ночь представитель Министерства спорта России отправлял ему депешу с указаниями, чьи анализы нужно подменить. И Родченков, переоблачившись из лабораторного халата в свитер сборной России, направлялся в святая святых — официальное хранилище допинг-проб спортсменов. И совершал подмену. Отметим, что по информации «The New York Times», где и были опубликованы признания Родченкова, он, как истинный диверсант, обязательно проверял, «свободна ли дорога».
Сведения, согласитесь, с запашком, точно пересказ второсортного детектива. Плюс сама фигура господина Родченкова не внушает особого доверия: репутацию-то перебежчик успел подмочить еще на Родине. Не стоит забывать, что химик в свое время приторговывал допингом, а после шантажировал попавшихся спортсменов. И уголовное дело, которое было возбуждено, стерлось из памяти. Также не лишним будет напомнить, что еще совсем недавно Всемирное антидопинговое агентство настаивало на отставке Родченкова. А теперь его радушно и гостеприимно приняли США, где он и выступает в качестве ценного свидетеля. Очень интересно, не правда ли?
И вот на основе этой «теории», называемой «доклад Макларена» №1 и №2, что, в основном, базируется на показаниях Родченкова, Ричард Паунд и выносит свое суждение. Что, в свою очередь, характеризует его как человека, оперирующего сугубо проверенными фактами. Видимо, поэтому он и признается: «Как вы знаете, перед Маклареном не стояло задачи проводить расследование в отношении отдельных спортсменов. Его просили определить, была ли в России система господдержки распространения допинга. И Макларен пришел к ясному выводу, что была».
Отсюда — весьма грустные следствия. Во-первых, Россию едва допустили на Олимпиаду в Рио-де-Жанейро и неизвестно, допустят ли в Пхенчхан. Во-вторых, вопрос статуса: как можно доверять стране, которая мухлюет с допинг-пробами? В-третьих, сильно пострадали отношения России с международными спортивными организациями. Насчет последнего Паунд, правда, милостиво успокоил: «Я имел в виду изменение отношения к допингу в стране в целом, отсутствие вмешательства в дела антидопинговых структур. За всем этим, уверен, нужно наблюдать несколько лет, прежде чем мы удостоверимся, что система действительно поменялась. Когда мы это увидим — конечно, Россия важная страна, – мы примем ее назад в семью. Но никак не на прежних условиях».
После этого стоит ли говорить о какой-нибудь объективности в политике, когда даже на уровне спорта — сплошные жульничества и мыльные пузыри? Или наоборот: все исходит как раз из политической установки загнать Россию в угол, превратить в страну «третьего мира»? Неважно. Актуальным в данном случае остается только один вопрос, правда, риторического характера: как прийти к конструктивному диалогу, когда, чтобы раздуть скандал мирового уровня, достаточно доклада Макларена и показаний Родченкова?