Что такое счастье? / Психолог Дмитрий Леонтьев об античных представлениях о благополучии, экспериментальных исследованиях счастья и зависимости удовлетворенности жизнью от материального благосостояния :: Общество
Аристотель давал такое определение: «Счастье — это деятельность души в полноте добродетели». Он считал, что понимание счастья зависит от того, кого мы спрашиваем. Чтобы выяснить, что такое счастье, мы должны спрашивать мудрых людей, потому что разные люди дадут разные ответы. Поэтому первая главная идея — счастье у каждого свое. Оно может различаться у разных людей. Словарное определение счастья таково: «Счастье — это высшее благо, доступное человеку». Но возникают расхождения относительно того, в чем это благо заключается. Аристотель и многие его современники пытались определить, что именно нужно человеку для счастья, какими свойствами и добродетелями должен обладать человек, чтобы быть счастливым.
Экспериментальные исследования счастья
Но есть и другой подход, согласно которому счастливый — тот, кто ощущает себя таковым. В этом случае под счастьем понимают некоторое эмоциональное состояние, доступное человеку максимально позитивное переживание, которое иногда описывают как оптимальное переживание. В последние 30–40 лет развернулись экспериментальные психологические исследования счастья с учетом массовых опросов по всему миру. С тех пор появилось много нового в исследовании проблем счастья. Исследователи пишут, что за последние 30 лет мы узнали о счастье больше, чем за предыдущие 2000 лет после Аристотеля.
Экспериментальные исследования начались с того, что психологи собрали вместе все косвенные данные и стереотипы здравого смысла и разработали методики оценки. Исследования показали, что примерно половина из того, что считалось очевидным, подтвердилась, а половина — нет. Например, считалось, что молодые люди счастливее пожилых. Оказалось, что счастье не связано с возрастом. У молодых людей более интенсивные положительные эмоции, но при этом и более интенсивные отрицательные эмоции. А общий баланс положительных и отрицательных эмоций с возрастом никак не связан. Примерно так же обстояла ситуация с полом. Женщины одновременно и счастливее, и несчастнее. У них больше положительных эмоций, чем у мужчин, и больше отрицательных. Но в целом в природе все сбалансировано. Со времен Екклесиаста известен стереотип «горе от ума», согласно которому чем умнее человек, тем меньше у него шансов быть счастливым. Когда психологи начали изучать эту гипотезу, оказалось, что это не так, никакой закономерной связи нет.
Уровень счастья во многом зависит от общего склада личности — темперамента и характера. Некоторые ученые писали, что счастье на 50% объясняется генетическими факторами, то есть психологическими особенностями наших биологических родителей. Но данные показывают, что это не совсем так. Эпигенетические исследования, то есть исследования, посвященные взаимосвязи генетических факторов и причин с факторами окружающей среды, говорят о том, что влияние этих факторов может варьировать в диапазоне от 10 до 40%. При этом нет какого-то одного или двух основных генов, которые влияют на субъективное благополучие. Есть целый ряд разных генов, каждый из которых вносит свой небольшой, хоть и статистически значимый вклад. В сумме с учетом взаимодействия со средой они дают достаточно увесистый вклад.
Субъективный взгляд на счастье
Счастье — это в большей степени вопрос субъективного взгляда. Были исследования, посвященные изучению того, насколько счастливы люди в самых неблагоприятных социальных группах, то есть люди с тяжелыми неизлечимыми болезнями, инвалиды, бездомные, безработные, представители низших социальных слоев. Ученые опрашивали людей, которые живут в крайне неблагоприятных природных условиях: гренландских эскимосов, масаи в джунглях Кении, уличных проституток в Индии. Ожидалось, что у них будут низкие оценки своей удовлетворенности жизнью. Но оказалось, что у подавляющего большинства был положительный баланс и люди, которые ощущают себя несчастными, даже в этих группах составляли меньшинство.
Немецкий психолог Урсула Штаудингер говорит про «парадокс субъективного благополучия»: люди могут быть счастливы независимо от наличия очевидных причин для этого. Американские психологи Соня Любомирски и Кен Шелдон обобщили результаты разных исследований и сформулировали модель, известную под названием «модель пирога». Пирог разделен на три неравные части, представляющие собой три группы факторов, которые определяют индивидуальные различия в оценке людьми их собственного субъективного благополучия или счастья.
Первая группа — внешние факторы, которые не зависят от нас, условия, в которых нам повезло или не повезло родиться и жить.
Вторая группа — факторы, связанные с устойчивым складом личности. Есть люди, которые счастливы по складу своего характера. Ничто не может вывести их из позитивного состояния. Но есть люди несчастные, как ослик Иа-Иа. Ничто не может сделать их счастливыми.
Третья группа — это то, что мы сами строим своими руками. Это наши цели, которые мы ставим и достигаем, отношения, которые мы выстраиваем с другими людьми.
Оказалось, что распределение веса этих групп факторов очень сильно отличается от того, что подсказывают стереотипы. Внешние факторы, связанные с географией, социальными условиями, обеспеченностью, образованием, объясняют 10–12% индивидуальных различий уровня счастья. От них зависит меньше, чем может показаться.
Зависимость счастья от материального благосостояния
Начиная с 1990-х годов проводятся массовые опросы многотысячных выборок в разных странах с периодическими повторами, чтобы выявить, какова динамика изменения счастья в разных странах и от чего она зависит. На поверхности лежит вопрос: в деньгах ли счастье? В какой степени счастье зависит от уровня дохода, валового внутреннего продукта на душу населения и так далее? Обнаружилось, что кривая зависимости делится на две части.
В первой, нижней части кривой, где мы имеем дело с самыми бедными странами, эта прямая идет вверх по мере повышения уровня благосостояния на уровне нации, происходит резкое увеличение оценок субъективного благополучия. Эта закономерность очень четкая и проявляется не только на уровне наций, но и на уровне отдельных людей. Когда базовые потребности не удовлетворены, человек не очень хорошо питается и у него нет уверенности в собственной безопасности, нет крыши над головой, жилища и так далее, то у него есть много причин для отрицательных эмоций. В жизни возникает фрустрация, которая мешает ему быть благополучным.
Удовлетворение базовых потребностей примерно соответствует тому, что в наше время обозначается понятием «средний класс». Этот тот уровень благосостояния, при котором люди имеют возможность хорошо питаться, вести здоровый образ жизни, иметь медицинское обслуживание, крышу над головой, образование для себя и своих детей. Это вполне конкретные и имеющие пределы насыщения потребности.
Дальше оказывается, что зависимость счастья от материального благополучия меняется. Кривая резко переламывается. Она становится гораздо более пологой. Были дискуссии на протяжении последних 5–8 лет, перестает ли благополучие расти после точки перелома, или продолжает расти, но гораздо медленнее, или, наоборот, начинает идти немного вниз.
Самые последние данные, которые были опубликованы на эту тему, говорят о том, что дальнейшее повышение материального благосостояния положительно связано со счастьем, но эта связь опосредуется тем, на что именно вы тратите ваши деньги. Это связано с искусством тратить деньги, которые у вас есть, на удовлетворение своих действительно глубинных личностных психологических потребностей, а не просто на некоторое примитивное потребительство. И оказывается, что важно не столько само богатство, сколько то, какое значение вы придаете деньгам. Люди, которые большее значение придают деньгам, менее счастливы, чем люди, для которых деньги не самое главное в жизни.
Счастье — не точка назначения, а путь
Русские философы Серебряного века много критиковали идею счастья и стремления к счастью как главного принципа человеческого поведения. Николай Бердяев, в частности, отмечал, что в состоянии счастья человек останавливается и ему больше ничего не нужно. Вся мотивация обнуляется. Счастье — это состояние полного слияния желаемого с действительным. И в этом смысле стремиться к счастью — значит стремиться к остановленному мгновению. Не случайно часто о состоянии счастья говорят, что в этот момент можно или даже хочется умереть, потому что уже ничего больше не нужно. Но счастье не может длиться долго по ряду причин. Мы всегда обречены двигаться в направлении к желаемому. Только на очень короткое время мы можем полностью достичь этого слияния, а потом мы вновь живем на некоторой дистанции от желаемого. И эта дистанция создает то напряжение, которое приводит к тому, что в отдельные моменты жизни мы испытываем состояние счастья, а остальное время мы пытаемся найти это состояние заново.
Источник: postnauka.ru