Такое разное побережье
Открывает сборник рассказ Андрея Битова, который сразу переносит нас в далёкое прошлое: 46-й год, рисовое зёрнышко, а на нём трудолюбивый китаец, с которыми русские в то время были братьями навек, выгравировал письмо благодарности. Короткие детские воспоминания на двух страничках – известный писатель на удивление лаконичен и сдержан.
Этим не могут похвастаться некоторые молодые авторы, у которых из текстов бьёт молодой задор и лингвистическая избыточность, как у Анастасии Комаровой в рассказе «Дикари». Она явно поставила цель передать не просто хмельную летнюю молодость, но сделать это так, чтобы у читателя вырисовывалась чёткая картинка и скулы сводило от кислого винограда, ступни чувствовали острые крымские камни и волосы грубели от высохшей соли.
При всех этих особенностях читать Анастасию, в общем-то, легко и то, что она хотела передать, получилось.
Есть некая натяжка в том, что все авторы предоставили рассказы с обязательной темой Крыма, который, как известно, опять наш.
Роман Сенчин удивил своим выбором – полуостров в его рассказе присутствует лишь потому, что так потребовалось. Сам текст, посвящённый будням учительницы в далёком и маленьком северном городке, без Крыма не потеряет вообще ничего: то есть отсеки заключительную часть рассказа, в которой учительница пытается поехать на море, но так и не может, – и читатель этого даже не заметит. Да, рассказ. Да, про Север. При чём тут Крым? А не при чём. Нужно было вставить для тематического сборника – вот его и вставили.
Интересно, что косвенно русский Север присутствует в сборнике крымских рассказов ещё у одного автора – не совсем молодого и достаточно известного: у Данэля Орлова.
Он, геолог по образованию, сумел перебросить мост из своего таёжного прошлого в Крым 90-х годов прошлого века, самое начало смутного времени, когда деньги постепенно начали вытеснять из нашей жизни всё – память, историю, научный поиск. Но возрождающаяся вера даёт надежду на то, что не всё потеряно и в итоге всё равно будет лучше.
Один из самых странных, запутанных и невнятных рассказов сборника принадлежит Вадиму Левенталю. В один текст умещён изуродованный Юстиниан, современность в виде рассуждений о сексе на берегу и прочие вещи, способные заинтересовать нетребовательного читателя. Причём одно переходит в другое без всякого предупреждения, и приходится гадать, что относится к чему, что хотел сказать автор таким странным изменением сюжета и получилось ли это у него. На мой взгляд – нет, не получилось, рассказ неудачен.
Не менее странное ощущение после прочтения оставляет текст Елены Крюковой («Зодиак»). Писательница вообще не слишком утруждает себя хоть какой-то логикой. Лежащие на морском берегу девы ведут необязательную и ненужную беседу, потом рассказчик резко перепрыгивает в детство, потом – в Стамбул, появляется турок-убийца – и повествование на этом заканчивается. Короткие, будто обрубленные фразы, смысловая недоговорённость и запутанность, не связанное с сутью название оставляют не очень хорошее впечатление от прочитанного.
Рассказ Геннадия Шалюгина удивляет какой-то позабытой надёжностью – это как раз то, что в недавние времена называлось «крепким текстом». Его не портят даже постоянное морализаторство, простенькие аллегории, должные показать сложный внутренний мир героини. Основную идею рассказа можно уместить в двух словах – пробуждающаяся почка. Точная аллегория, которую подробно развивает героиня произведения, волею судьбы столкнувшаяся с самым, пожалуй, болезненным явлением современности – дети-сироты и отказники.
Из общего фона сборника выделяется рассказ Платона Беседина «Последняя крепость». Прочитал название, ждёшь, что речь будет идти об обороне Севастополя, но с первых же строк становится ясно, что оборона немного другая. Рассказ жесток и натуралистичен, сюжет закручен в манере хорошего детектива: сначала автор погружает читателя в действие, не давая ему расслабиться, нагоняя жути, и только во второй половине становится ясно, за что идёт борьба, что за конфликт и как он будет разрешён. Впрочем, останется ли победа за героями рассказа или у них ничего не получится, неясно до самого последнего момента. И переворачиваешь страницу, переходя к другому автору, с чувством облегчения: да, было понятно, что добро должно-таки победить зло, но кто ж его знает. И хорошо, что мои ожидания как читателя оправдались.
После текста Беседина хочется отдыха – и поставленный сразу вслед за ним рассказ Людмилы Коль «Роза» позволяет расслабиться.
Написанный в реалистичной манере, он посвящён отдыхающей, которая из года в год снимает комнату у этакой живописной хозяйки – Розы. Забавные сценки быта отдыхающих, типичная речь южной глубинки, которую не спутаешь ни с чем, оставляют хорошее ощущение от прочтения – то, что у дегустаторов называется послевкусием. Чем-то необъяснимо родным и очень знакомым веет от рассказа, хотя кончается он грустно – эмиграцией и неожиданной скоропостижной смертью. Может, потому ещё, что в этом рассказе приведены восхищающие героиню стихи легендарного крымчанина, поэта Максимилиана Волошина.
Живая зыбь как голубой стеклярус.
Лиловых туч карниз.
В стеклянной мгле трепещет серый парус.
И ветр в снастях повис.
Произведение Евгения Степанова «Школьники в Евпатории» может стать лидером сборника по простоте и лаконичности. Детские воспоминания о крымской здравнице выявляют конфликт, причём, по меркам того времени, совсем не шуточный, – кража дорогого фотоаппарата. Но при всей серьёзности ситуации заканчивается она просто и быстро – оболгавший героя мальчик тут же раскаивается и получает в наказание бойкот – самое страшное, чем мальчишеский коллектив мог наказать.
Да, всё это было, всё узнаваемо, всё близко и по-хорошему просто. Бывают такие тексты, от которых, при всей их ясности, тяжело оторваться и хочется перечитать.
В заключение можно сказать, что книга, объединившая в себе писателей самого разного уровня известности, таланта, политических и литературных взглядов, бесспорно, заслуживает как минимум внимательного читателя.