"Боль и надежда" светлоликих и рукопожатных
Есть в России вот уже полторы сотни лет некая категория людей, которая присвоила себе право давать указания народу и власти, определять, кто "на светлой стороне", а кто ужас и Мордор. При всех видах и устройствах власти - в Российской ли Империи, в СССР или в России - Россия и её власти у них числятся в разряде обвиняемых, кроме одного случая, к которому мы вернёмся.
Теперь вот к числу обвиняемых, с подачи мадам Алексиевич, наши светлоликие причислили и власти Белоруссии, выступив с коллективным обращением в поддержку протестов, открыто направляемых Западом. Точно так же, как они защищали и защищают "онижедетей" на украинском майдане, теперь они выступили в защиту таких же "онижедетей", которые взялись сносить ещё одну страну - Белоруссию.
Для начала напомню, кто такая Светлана Алексиевич, на чей вопль они срочно ринулись в подписанты.
Уроженка Ивано-Франковска, дочь белоруса и украинки, на заре карьеры опубликовала очерк о Феликсе Дзержинском под названием «Меч и пламя революции», в котором были такие строки: «Когда у меня вырастет сын, мы обязательно приедем на эту землю вместе, чтобы поклониться неумирающему духу того, чье имя – Феликс Дзержинский – «меч и пламя» пролетарской революции».
В 2020 году, накануне 75-летия Победы она занялась модной на Западе темой: пересмотром итогов Великой Отечественной войны.
В интервью порталу «Медуза» писательница и нобелевский лауреат заявила: «Я всю жизнь прожила в стране полицаев. А что такое Беларусь, по-вашему? Тысячи белорусов служили в полиции. Не надо думать, что у нас все уходили в партизаны и только отдельные предатели… Это ведь как происходило? В село заходят немцы, забирают всех молодых ребят – и те становятся полицаями. К тому же дают им еду, хорошую одежду, а рядом мучаются голодные матери, братья, сестры…"
Дальше госпожа Алексиевич решила пройтись и по партизанам: «Ведь кто такие партизаны? Они ведь далеко не сразу сложились в какое-то подобие военных отрядов. Поначалу это просто были полубандитские группы. Просто мужики с оружием, вот и все. Хорошо, если во главе оказывался бывший окруженец с нормальными взглядами, а так-то…"
Вот эту "неправильную" Белоруссию, с помощью западных послов, мадам направляет теперь на "правильный" путь.
И тут же, по первому зову, к ней на помощь ринулась вся наша рукопожатная рать с подписями и одобрямсами наперевес.
Сегодня объявили о том, что к этой компашке подписантов в поддержку белорусских протестов присоединилась дочь Ельцина - Татьяна Юмашева: "С болью и надеждой следим за событиями".
Когда её отец из танков расстреливал Белый дом с живыми людьми, где были её "боль и надежда"?
Ничего, кроме омерзения, такие подписанты не вызывают, потому что сразу вспоминаются их вопли в поддержку расстрела Белого дома в 1993-м:
https://www.youtube.com/watch?time_continue=4&v=5Iz8IX0XygI&feature=emb_logo
Вспомним эти слова:
"Где были те службы, которые должны предвидеть подобные ситуации? Я смотрю хронику и вижу, как милиционеры идут безоружные среди этой обозленной черни. Их просто положили под нож. По кадрам кинохроники можно сразу определить, где какая сторона. У защитников «Белого дома» перекошенные зло ой лица, столько ненависти в глазах! Это либо фанатики, либо их наняли и заплатили, либо они под действием наркотиков".
Литераторы, режиссеры, артисты написали тогда в поддержку Ельцина знаменитое "Письмо 42-х", написали и подписали тогда, когда уже было известно о множестве погибших - оно было опубликовано в газете "Известия" 5 октября 1993 года:
"Нет ни желания, ни необходимости подробно комментировать то, что случилось в Москве 3 октября. Произошло то, что не могло не произойти из-за наших с вами беспечности и глупости, - фашисты взялись за оружие, пытаясь захватить власть. Слава Богу, армия и правоохранительные органы оказались с народом, не раскололись, не позволили перерасти кровавой авантюре в гибельную гражданскую войну"...
Некоторые были более откровенны. В январе 1994 года журнал «Огонёк» опубликовал статью Валерии Новодворской «На той единственной гражданской», где она с нескрываемой радостью писала: "После 4 октября мы, полноправные участники нашей единственной гражданской, мы, сумевшие убить и не жалеющие об этом,- желанные гости на следующем балу королей у Сатаны. Утром 4 октября залпы танковых орудий разрывали лазурную тишину, и мы ловили каждый звук с наслаждением.
Мы уже ничего не имеем против штыков власти, ограждавших нас от ярости тех самых 20%. Мы хотим, чтобы митинги наших врагов разгонялись мощными водометами.
Мы вырвали у них страну".
А потом, в 1996-м, вся эта светлоликая публика ринулась по стране с концертами "голосуй или проиграешь", поддерживая того, кто отдал приказ на расстрел Белого дома.
И весь Запад этот расстрел поддержал, назвав "необходимым злом". Примерно как "наш сукин сын". «Мы чувствуем, что Борис Ельцин — это лучшая надежда для демократии», — заявил тогда в интервью журналистам вице-президент США Альберт Гор.
Итак, в октябре 1993 года вся российская светлоликая публика была на стороне власти, жёстко и жестоко, с многочисленными жертвами подавившей выступление своих оппонентов.
В сентябре 2020 года они же выступили на прямо противоположной стороне - на стороне тех, кто оппонирует и белорусской, и российской власти. При этом действия белорусских властей не идут по своей жёсткости ни в какое сравнение с тем, что сотворила ельцинская команда в октябре 1993 года.
Где логика? Логика есть, она проста и понятна.
Сторону, на которой надо стоять и которую надо объявлять светлой, для наших светочей выбирает Запад. Они всегда на стороне Запада.
Всё остальное - мелочи, не имеющие никакого серьёзного значения.
Поэтому за тех, кого расстреливали из танков, им не было больно ни тогда, в 1993-м, ни сейчас.
А вот на тех, кто срывает маски с белорусского ОМОНа, кто калечит молодых милиционеров, кто готов снести Белоруссию так же, как была снесена Украина, - они смотрят с "болью и надеждой".
Ведь в числе подписантов те же лица, которые признают Крым оккупированным Россией, а майдан - победой демократии.
Они всегда болеют за тех, кто против России.
Что и продемонстрировали в очередной раз.
Прихожанка