SCMP: как Россия и Китай преодолевают зависимость от доллара

Очередная отсрочка во внедрении системы двусторонних расчетов показывает, насколько трудно создать альтернативу доллару США.

Но, по словам аналитиков, рост объемов российско-китайской торговли означает, что эти две страны не станут отказываться от своих намерений.

Россия и Китай планируют отказаться от американского доллара и перейти на расчеты в национальных валютах, однако очередная отсрочка во внедрении новой системы прямых расчетов в юанях и рублях показывает, насколько трудно создать альтернативу доллару США.

Россия, Китай и некоторые другие страны намереваются уменьшить свою зависимость от доллара, поскольку Вашингтон использует доступ к долларовой платежной системе в качестве оружия, чтобы наказывать отдельные страны или людей за нарушение законов США — даже за пределами США.

В ноябре министр финансов России Антон Силуанов сказал, что Москва и Пекин заканчивают работу над меморандумом, предусматривающим увеличение доли расчетов в рублях и юанях.

По некоторым данным, эти две страны также вели переговоры по вопросу внедрения новой международной системы, позволяющей облегчить прямые расчеты, а также по использованию китайской кредитной карты «Юнион пэй» (UnionPay) в России и российской карты «Мир» в Китае.

Но в конце декабря российские СМИ процитировали слова Силуанова, который заявил, что Москва решила отойти от предложенного Пекином плана.

Российские СМИ сообщили, что переговоры между центробанками двух стран, а также между министерством финансов России и министерством торговли Китая продолжатся, хотя их детали пока неизвестны.

По словам аналитиков, учитывая увеличение объемов российско-китайской торговли и оппозицию этих двух стран санкциям США, Пекин и Москва, вероятнее всего, продолжат разработку такой системы, которая устроит обе стороны.

Подобно другим странам, число которых продолжает расти, Китай и Россия хотят создать альтернативу, чтобы защитить свои банки от вторичных санкций США, которые угрожают тем, кто ведет бизнес с компаниями и лицами из России, Ирана и Венесуэлы.

Но другие страны, такие как Индия, стремятся заключить двухстороннее соглашение, чтобы уменьшить свой растущий торговый дефицит с Китаем. Однако это непростая задача: непосредственно перед тем, как сделка с Москвой была отсрочена, Пекин отверг предложение Индии о внедрении системы расчетов в юанях и рупиях.

Отсрочки во внедрении новой платежной инфраструктуры показывают, насколько трудно отказаться от существующего статуса-кво, в котором доллар играет ключевую роль.

Главный экономист банка Ай-эн-джи (ING) по России Дмитрий Долгин сказал, что меморандум между Китаем и Россией должен был улучшить инфраструктуру для расчетов в валютах этих стран. «Отсрочка в заключении этого соглашения означает, что проводить расчеты в иностранных валютах в ближайшее время проще не станет», — сказал Долгин.

Американский доллар — это предпочтительная валюта в международной торговле, потому что он является одной из наименее волатильных валют, то есть он в меньшей степени подвержен внезапному обесцениванию. Российский рубль — более волатильная валюта, что отчасти объясняется действием американских и европейских санкций, а также тем, что ее главная статья экспорта — это энергоресурсы, то есть курс рубля зависит от колебаний цен на нефть.

Евгения Слепцова, старший экономист «Оксфорд экономикс» (Oxford Economics), отметила, что более заметная стабильность юаня по отношению к рублю — это плюс для российских экспортеров и минус для китайских экспортеров, у которых нет никаких причин идти на дополнительные валютные риски с учетом того, что цены на их товары и без того неустойчивы.

И хотя китайская инициатива «Один пояс, один путь» и Евразийский экономический союз помогают укреплять экономические связи между двумя странами, Китай быстро вытесняет Россию в качестве доминирующей экономической силы в регионе, что в свою очередь может отбить у России охоту принимать финансирование и проекты Китая, о чем рассказала Отилия Дханд (Otilia Dhand), старший вице-президент лондонской аналитической компании «Тенео интиллидженс» (Teneo Intelligence).

«Россия и Китай расширяют сотрудничество в нескольких областях, и это укрепляющееся сотрудничество отчасти обусловлено их общим стремлением выступить против господства США в мире», — сказала Дханд.

Но, по ее словам, экономическая выгода оказалась весьма скромной, и некоторые инвестиции китайцев не принесли желаемого результата даже в самых многообещающих областях, таких как энергетический сектор.

Кроме того, Китай замедлил попытки сделать свою валюту международной из страха перед возможным оттоком капитала на фоне замедляющегося экономического роста. Пекин жестко контролирует заграничные инвестиции китайцев и китайских компаний, одновременно с этим призывая иностранных инвесторов вкладывать средства в Китай.

Тем не менее, за последние несколько лет роль юаня и рубля в финансовых и торговых сделках России выросла, и стратегическое партнерство с Китаем продолжит углубляться, особенно если США будут и дальше занимать враждебную позицию по отношению к этим двум странам, как сказал Долгин.

Укреплению связей способствовало внедрение в 2017 году китайской системы PVP (payment versus payment, «платеж против платежа») для расчетов в рублях и юанях. Это позволило Китаю использовать системы PVP для расчетов в юанях и других валютах со странами, принимающими участие в инициативе «Один пояс, один путь». Эти системы позволяют сократить расчетный риск, а также риски, связанные с проведением трансакций в других часовых поясах, и повысить эффективность валютного рынка.

В 2014 году Россия и Китай подписали 38 сделок в области энергетики, торговли и финансов и соглашение о валютном свопе на 150 миллиардов юаней (22 миллиарда долларов). Россия стремилась укрепить свои торговые связи с Китаем после аннексии Крыма, которая испортила ее отношения с США и Евросоюзом.

В двусторонней торговле России и Китая около 14% всех платежей уже производятся в юанях, а 7-8% — в рублях, о чем сообщает министерство финансов России.

Российский центробанк также наращивает долю юаня в своих валютных резервах: во втором квартале 2018 года он купил китайскую валюту на сумму в 44 миллиарда долларов и при этом продал более 100 миллиардов долларов. К середине 2018 года в запасе у России было юаней на сумму в 67 миллиардов долларов, что составляет 15% ее золотовалютных запасов. Китайский юань стал четвертым по величине компонентом золотовалютных запасов России после евро (32%), доллара (22%) и золота (17%).

Россия хочет, чтобы к 2020 году объемы ее двусторонней торговли с Китаем увеличились до 200 миллиардов долларов.