Борьба с коррупцией - лишь медиа-показуха? Мнение эксперта Алексея Бочарова

Генпрокурор Юрий Чайка еще накануне майских праздников выступил с ежегодным докладом о состоянии законности в Совете федерации. Политконсультант и медиаэксперт Алексей Бочаров, изучив документ, обнаружил в нем «тревожные моменты». Приводим мнение эксперта ниже. «Цифры доказывают, хорошо или плохо управляется мир». Знаменитое высказывание Гете, записанное его секретарем и тезкой Иоганном Эккерманом, разошлось по тысячам цитатников. Но мало где упоминается, что в 1830 году великий немецкий мыслитель произнес его в контексте самой что ни на есть коррупционной тематики. Так многозначительно Гете комментировал газетную статью о непомерных зарплатах английских церковников. Антикоррупционная цифирь и по сей день красноречивее любых лозунгов, громких расследований-разоблачений или даже десятков репортажей о показательных задержаниях, обысках и прочих процессуальных «маски-шоу» в отношении очередного мздоимца, пусть даже весьма высокопоставленного. По объективным статистическим показателям можно относительно честно ответить на вопрос, насколько системным трендом является провозглашаемое с трибун «противодействие коррупции»? Перед нами медиа-показуха или реальная борьба, подкрепленная политической волей высшего руководства? Профессионалы согласятся - цифра цифре рознь. Например, число выявленных «коррупциогенных факторов» в нормативно-правовой базе можно при настойчивости раздувать по экспоненте. Знакомые из прокурорской среды в откровенных разговорах часто не без службистского юмора сознаются и в других способах того, как накачать антикоррупционную отчетность. Такие пузыри лопаются уже публично. Вспомним, как недавно замгенпрокурора ЮрийПономарев отчитал прокурора города Серов Свердловской области Андрея Аржаховского за явный перегиб. Территориальный надзорщик умудрился за год внести главе муниципалитета 400 требований и 80 представлений. «Администрация занималась только тем, что отписывалась», - констатировал Юрий Александрович. Почти полтысячи актов прокурорского реагирования одному и тому же адресату напоминают пустую формалистику. Зато на бумаге прокуратура и чиновники дружно «противодействовали коррупции». Так что зашкаливающие показатели могут говорить лишь об имитации кипучей работы. Подобная «борьба» вполне годится для воздействия на непосвященную или невъедливую аудиторию. Пиарщики одного чиновничьего, депутатского или бизнес-лагеря всегда подхватят очередной официозный пресс-релиз силового ведомства (достаточно хотя бы слова «коррупция» в связке с политическим оппонентом), прикрепят к нему хлесткий заголовок. И вот готов пиар-продукт для пошлых игрищ в СМИ, не более. К действительному преодолению злоупотреблений такие технологии не имеют почти никакого отношения. Если все-таки более правдиво копнуть статистику, то не могу не остановиться на том, что резануло глаз за последнее время. И не только в докладе генерального прокурора. Позвольте несколько лаконичных, но, по-моему, кричаще ярких примеров. Первое. Трудно верить в эффективное противодействие коррупции, когда взят курс на увеличение государственных и окологосударственных кормушек. Из наиболее известных – система «Платон» и региональные фонды капремонтов жилья. Готовые очаги коррупции. Вместо более прозрачных форм решения проблем (например, спецкредитов на ремонт старых домов, по принципу: сегодня ремонт – завтра расчет за него), всех владельцев квартир обложили, по сути, новым налогом. И что имеем? В Югре руководитель регионального оператора Сергей Макаров (теперь уже бывший) забрал себе в карман 10 миллионов рублей из капремонтных денег на личную зарплату. При этом, как недавно озвучила депутат ГД Галина Хованская, главные неплательщики сборов на капитальный ремонт – это государственные силовые ведомства, собственники огромного жилфонда. Какие могут быть претензии к гражданам-неплательщикам, когда само государство игнорирует закон? Второе. Менее заметная государственная черная дыра – Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства, который, по выражению генпрокурора Юрия Чайки, «фактически обирает бизнесменов». Вместо льготного кредитования – дикие проценты. Драконовские тарифы. Увод миллиардов на покупку облигаций частных банков. Еще есть государственное АО «Особые экономические зоны», оно тоже развитием не занимается, а «прокручивает колоссальные бюджетные средства на депозитах» (опять по Чайке). Процентный навар – 29 миллиардов, из них 180 миллионов на премии сотрудникам. Чем больше подобных институтов, под вывеской государства монопольно аккумулирующих финансовые потоки, тем сладостнее условия для коррупции. Третье. Казалось бы, святая святых – гособоронзаказ. Но и здесь обосновалась «многоуровневая система посредников», которые получают миллионы и миллиарды, но при этом и «гвоздя не вбили». Оглушительная цифра – выявлено более тысячи (!) фирм-однодневок, «зарегистрированных на подставных лиц, имеющих финансовые связи с предприятиями ОПК». Это тоже цитата из недавнего доклада генпрокурора на заседании Совфеда. Тысяча помойных юрлиц присосалась к военному бюджету! Если такое признается официально, то о фактическом размахе коррупции в ВПК даже думать страшно… Четвертое. Странная гуманность Фемиды к обвиняемым в коррупции. По итогам 2015 года доля оправдательных приговоров по таким уголовным делам почти вдвое (!) выше, чем в среднем по судебной системе. Удручающе-красноречивый индикатор. И, пятое. В родной для меня Свердловской области за прошлый год выявлено 271 преступление по ст. 291 УК РФ (дача взятки) и почти втрое меньше (!), всего 96, – по фактам получения взяток (ст. 290 УК РФ). Опять искусственное улучшение «палочной» статистики в ущерб реальному качеству антикоррупционной работы наших правоохранителей?