В 1893 году будущий медиум совершил роковую ошибку, то ли перепутав, то ли не вовремя отправив важные телеграммы. Оказавшись без работы, он уехал в Киев. Там жил его дядя, занимавший высокий пост в управлении Юго-Западной железной дороги. У него Самбор и остановился, чтобы не тратить деньги на гостиницу.

Дядя и его знакомые увлекались спиритизмом, собираясь каждый свободный вечер вокруг круглого столика. Однажды у них что-то пошло не так. Столик не двигался, хотя цепь из сомкнутых рук вокруг него была составлена по всем правилам. Кто-то предложил включить в цепь свежего человека. Самбор согласился присоединиться.

Тут началось что-то невероятное. Столик в присутствии бывшего телеграфиста крутился, взлетал в воздух и на каждый вопрос немедленно выстукивал ножками ответ.

Потрясённые участники сеанса на следующий день разнесли молву о чудо-медиуме по всему Киеву. Стефана Фомича и его дядю уговорили устроить публичный сеанс в доме железнодорожного управления. Там чудес было ещё больше. Предметы двигались, летали по воздуху, люди чувствовали касания невидимых рук.

Ощутив свою силу, Самбор провёл несколько сеансов в гостинице «Метрополь» и частных домах. В гостинице появлялись блуждающие огоньки, с шумом двигались столы. Из одного номера в другой переместились пепельница и книга, играла невидимая скрипка.

На частном сеансе «дух» вытащил стулья одновременно из-под всех участников, играл на невидимой скрипке в разных углах комнаты, поставил бутылку на свечу и разлил вино по бокалам, не пролив в полумраке ни капли на скатерть. В другом доме «дух» надел шапки на людей, поднял стол в воздух и показал «большую полосу фосфорического света».

Во время сеанса Самбор оставался включенным в цепь за столом. Он просил соседей крепко держать его за руки и прижимать его ступни своими ногами во избежание подозрений в фокусничестве. Самые строгие меры контроля не мешали «духам» доставать предметы и баловаться сними.

Попытка разоблачения

Пресса наперебой принялась описывать спиритические чудеса. Репортёр из газеты «Киевлянин», посетив медиума в январе 1894 года, писал:

«Самбор — мужчина выше среднего роста, на вид лет 30 с небольшим, блондин. Во время сеанса двое из присутствующих держали медиума за руки и своими ногами близко касались его ног. Сеанс состоял из пяти отделений, во время четырёх из них я сидел рядом с медиумом и держал его за руку.

Как известно из описаний сеансов, спиритические опыты требуют полной тишины. Наш медиум не только все время разговаривал, но и пел и просил нас петь вместе с ним. Он запевал, мы подтягивали.

«Дух», шаливший около нас, очевидно, весёлый. Когда мы пели печальные мотивы, он ничего не делал, при веселом мотиве начинались «явления». Мы ощущали холодную струю воздуха, точно кто-то веером махал над руками. Некоторые чувствовали дуновение в лицо, но я его не чувствовал…

Затем что-то упало на стол. Вслед за этим господин X, почувствовал, что его кто-то душит за горло и оттаскивает от стола. Кто-то с такой силой потащил X., что все мы, сжав крепко руки, сдвинулись со своих мест.

Зажгли свечу. X, тотчас же почувствовал освобождение от объятий незнакомца. На столе лежал сюртук медиума. Державшие медиума за руки заявили, что не почувствовали, когда сюртук был снят с него.

Когда человека держат за руки, незаметно снять с себя сюртук невозможно. Рукава помешают. Одежда, по-видимому, прошла сквозь тело медиума.

Один из киевских докторов решил во что бы то ни стало разоблачить Самбора. Что он только не вытворял с ним от имени науки! Сначала он решил, что медиум симулирует транс, и во время сеанса втыкал в него длинные шпильки. Самбор не пошевелился.

Тогда доктор подумал, что Стефан хорошо умеет терпеть боль, и решил зайти с другой стороны. Чтобы лишить его возможности орудовать зубами, рот и лицо медиума прочно залепили пластырем, а руки и ноги связали с такой силой, что на них потом остались синие полосы. Явления от этого не исчезли».

Визиты в Петербург

Доктор не успел доконать несчастного: слухи о киевских чудесах дошли до Санкт-Петербурга. Издатель журнала «Ребус» Виктор Прибытков пригласил Самбора приехать в столицу и остановиться у него. За каждый сеанс Самбор получал по 25-30 рублей. Вскоре он стал профессиональным медиумом.

— Судьба сыграла с ним шутку, — вспоминал писатель Андрей Зарин. — Безвестный телеграфист, не видевший никого выше начальника станции, побывал в салонах у графов, князей, министров. Его окружали поклонники и поклонницы, эти страстные психопатки, которые ищут, кому бы поклоняться.

Я видел, как настоящие барыни наперебой уступали ему место, несли ему стакан чаю, готовы были поднять оброненный платок и жужжащим роем окружали его при появлении в обществе. Он стал зарабатывать по 900-1000 рублей в месяц сидением вечерами на сеансах.

И он злоупотреблял этим трудом. Приезжая осенью здоровым и крепким, он уезжал весной совершенно разбитым и усталым, смутно понимая, что жадные до развлечений люди растрачивают его силы, за деньги покупая его здоровье.

Был ли он шарлатаном, обманщиком? Нет. Слишком он был для этого прост. Когда по мере ослабления его силы к концу сезона явления становились всё слабее и ничтожнее, ни разу не случалось, чтобы они вдруг получили свою прежнюю силу.

Напротив, нередко, просидев целый вечер, участники сеанса, ничего не увидев, расходились разочарованными и даже раздражёнными. Будь он фокусником, он сумел бы утешить каждого каким-нибудь явлением.

Успехи и разочарования

Среди устроителей сеансов были не только жаждущие экзотики дамы, но и учёные, желающие лично познакомиться с чудесами спиритизма. Граф Михаил Петрово-Соловово в эмиграции вспоминал о своих попытках изучить медиума:

— Я присутствовал на 105 сеансах с участием Самбора длительностью не менее трёх часов каждый. Несколько зим я участвовал в спиритическом кружке, членом которого был полковник Алексей Брусилов. Позднее он дослужился до генерала и прославился во время войны успешным прорывом австрийского фронта.

Одной из особенностей Самбора было прохождение материи друг сквозь друга, что обычно выражалось в надевании стульев на руку соседа медиума, который при этом ни на секунду не разрывал цепь, и в завязывании узлов на верёвках с запечатанными концами. В одном случае узел возник на кольце без швов, выкроенном из единого куска кожи. Кольцо вдобавок оказалось надетым на мою руку, хотя я хорошо держал медиума.

Я создал кружок из людей, которых хорошо знал, чтобы проверить его способности в максимально контролируемых условиях. Два сеанса вышли столь замечательными, что я наконец почувствовал себя полностью убеждённым.

Увы! Позднее оказалось, что человек, который «контролировал» Самбора на этих сеансах, не был вне подозрений. Он был моим другом, коллегой по канцелярии министерства иностранных дел, отважным альпинистом, известным писателем и в целом весьма приятным джентльменом. Впоследствии доказали, что он подбрасывал различные предметы на сеансах. Камергер Икс так и не сознался, что обманывал нас.

Граф не назвал негодяя по имени, но вычислить его, зная всех участников, не очень трудно. Доверие коллег обманул действительный статский советник Николай Поггенполь, альпинист с 30-летним стажем. Самбор, пребывающий в глубоком трансе, не знал, что ему кто-то «помогает».

Подлинные феномены

Проделки камергера не смогли дискредитировать исследования. Петрово-Соловово говорил, что без его участия происходили не менее интересные чудеса:

— Обнаружение роли, которую сыграл камергер Икс, обязывает меня с величайшим сожалением отбросить самые лучшие явления. Тем не менее кое-что остаётся: феномены с надеванием стульев на руки, которые я исследовал в 1899-м, остались этим не затронуты.

Там Самбора контролировали другие люди, в том числе я лично. Нам нужно было следить лишь за его руками, не обращая внимания на ноги или голову. Сами стулья принадлежали мне и, естественно, оставались вне подозрений.

Кружок провёл 17 сеансов. Мы предприняли все предосторожности: не гасили свет до того, как образовалась цепь, а услышав, что на чью-то руку наделся стул, проверяли это со светом. Мы лично убедились в том, что явление происходило при условиях, когда руки медиума держали очень надёжно.

Однажды стул наделся мне не на руку, которой я держал Стефана, а на другую, которой я держал соседа по цепи. В другой раз на мадам Юденич, держащую Самбора, наделось сразу два стула. Она, не отпуская медиума, согнула руку так, чтобы зажать их спинки, но стулья прошли сквозь её тело и упали на пол!

Тёплое время года Самбор проводил в городе Радомышль под Киевом. Но и там ему не было покоя. К знаменитому гостю толпами приходили крестьяне, приносили увечных и парализованных. Многих он излечивал, причём бесплатно.

Такой образ жизни не прошёл даром. Самбор буквально сжёг себя за несколько лет, израсходовав все внутренние резервы. В 1902 году он умер, едва дотянув до 40 лет. Тайна его удивительного дара навсегда осталась неразгаданной.

Михаил Герштейн