Кандидат КПРФ нашел штаб "Единой России" прямо в администрации Автозаводского района Тольятти
Рассказывает Алексей КРАСНОВ:
«Я не смог получить удостоверение кандидата в депутаты Губдумы в день регистрации, то есть 1-го августа. Не смог, потому что мне позвонили из областного избиркома: в моих документах на Госдуму не хватало данных об образовании, и мне пришлось срочно ехать в Самару – дополнять пропущенные сведения. Посему фотографии торжественного вручения удостоверения у меня нет. Впрочем, я не расстроился.
Несколько дней я порывался заехать на Новый проезд, 2, в комиссию, чтобы забрать-таки удостоверение. Вдруг да понадобится? Но то одно, то другое – в общем, не смог. А тут подоспело 5-е августа – время снова ехать в Самару, на регистрацию в Госдуму. И я подумал: поймаю двух зайцев в один день – получу оба удостоверения сразу!
И вот с утра я запланировал: часов в 11 заеду-таки минуток на пять на Новый проезд, заберу удостоверение кандидата в депутаты Губдумы, а потом сразу рвану в Самару. Пятница. Пробки. Поэтому лучше уж выехать пораньше.
Где-то без десяти 12 подъезжаю к зданию администрации Автозаводского района, где на 3-м этаже, в кабинете №315а расположилась избирательная комиссия. Вокруг здания администрации дорожки все демонтированы – ремонт. Осторожно крадусь по дощатым настилам, которые, в силу экономии на толщине доски, периодически срывают с ног сандалии. Смотрю, на лавочке напротив какая-то женщина в бейсболке разложила кипы ярких листовок. Прохожу рядом: на бейсболке различаю надпись «Команда губернатора». Крадусь по «играющему» настилу дальше.
Добрался до крыльца, предъявил охране паспорт. Мимо меня проходит ещё одна дама бальзаковского возраста. Снова кепочка «Команды губернатора», снова пачка листовок толщиной сантиметров 20.
Поднимаюсь по лестнице. Мимо меня, словно трудолюбивые муравьи, крепко держа в руках пачки листовок, ниточкой тянутся женщины примерно одного возраста – от 40 до 60 лет. Лица их воодушевлены и озабочены. Бейсболок на головах нет.
Наконец, добираюсь до кабинета №315а. Стучусь, захожу. Член комиссии ведёт приём. Извиняюсь, говорю: «Я – кандидат Краснов. Зарегистрированный. Мне бы… удостоверение…» Член комиссии отправляет меня к Нине Ивановне, в кабинет №210.
Иду к лестнице. На лестничной клетке встречаю очередную даму-муравья. Лицо озабоченное. Листовок много, в руках не помещаются. Она кладёт их на стол, стоящий посреди лестничной площадки. Смотрю на листовки: во всю ширь формата на меня с бумаги смотрит кандидат в Госдуму от партии «Единая Россия» Владимир Бокк и обещает мне спасти АВТОВАЗ. А внизу листовки – выходные данные и всё такое.
«Оба-на!» – Думаю.
Спрашиваю женщину:
- Вы где такие взяли?
Она машет в конец коридора:
- Вон там, в 306-м кабинете!
Иду к 306-му кабинету. Читаю табличку у входа: «Начальник отдела территориального мониторинга Ягудина Татьяна Васильевна» и ниже – «Часы приёма. Понедельник: 14:00 – 16:00. Среда: 14:00 – 16:00». Значит, получается, приёма нет.
Захожу в кабинет №306. Внутри – три женщины. Одна ведёт себя по-хозяйски. Вторая суетливо ей помогает. Третья – явно гостья. Вокруг – на столе, на подоконнике – залежи агитационных материалов кандидата в Госдуму от партии «Единая Россия» Владимира Бокка. Тут тебе и листовки, тут тебе и буклеты, и афиши на плотной бумаге. И всё – с выходными данными, а значит – из типографии. Много невскрытых упаковок.
Интересуюсь:
- Это что вы здесь – буклетики раздаёте?
- Да-да! – Кивает помощница хозяйки. – Берите скорее!
- А можно я вот отсюда возьму? – Начинаю набирать себе по два-три экземпляра. – И вот отсюда?
- Конечно, берите!!! – Возбуждённо произносит помощница и, видя, что я взял всего-то с десяток экземпляров, удивляется: - А что это вы так мало берёте?
- Да мне вообще-то достаточно… - Говорю. Убираю листовки в сумку. Достаю чистый лист бумаги, кладу на стол, беру шариковую ручку и говорю, обращаясь к гостье. – Вот вас как звать?
- Потуткина Татьяна!
- А кто вы, собственно?
Гостья гордо выпрямляется:
- Я – «монитор» из сорок четвёртой школы!
- Да я понял, что вы агитацией в школе занимаетесь. Вы должность школьную скажите.
- А! – Радостно восклицает Потуткина. Я – завуч!
- Может быть, вы ещё и член УИКа?
- Нет…
- Ну, хоть это радует… - Перевожу взгляд на хозяйку кабинета. Наверное, это и есть эта самая Ягудина Татьяна Васильевна – аж целый начальник отдела территориального мониторинга администрации Автозаводского района города Тольятти. Но на лбу, как говорится, не написано. Спрашиваю: - А вы кто? Представьтесь, пожалуйста?
- А вы кто? – Парирует женщина.
- Я – кандидат Краснов. – Отвечаю. – И я фиксирую здесь нарушение выборного законодательства. Вот у вас, в кабинете администрации, складируется и раздаётся гражданам печатная продукция кандидата от «Единой России» Владимира Бокка. А значит, тут незаконная агитация происходит. Так как вас звать?
Хозяйка молчит. Поворачиваюсь к помощнице.
- А вас как звать?
- Я не буду отвечать на ваши вопросы! – Помощница, нервничая, начинает перекладывать с места на места листочки на столе.
- Ну, ладно… - Пожимаю плечами и достаю сотовый телефон. Нажимаю на режим фотографирования.
Все три незадачливые собеседницы пулей выбегают из кабинета. Помощница, на ходу, кричит:
- Вы не имеете права здесь фотографировать!
- Имею-имею… - Успокаиваю я распространительницу агиток Бокка. – Вот, смотрите, фотографирую!
Подробно снимаю агитки Владимира Владимировича: на подоконнике, на столе, в пачках и отдельно. Затем звоню своему помощнику. Прошу вызвать на Новый проезд наряд полиции – для фиксации нарушения законов РФ. Потому звоню кандидату в Госдуму Леониду Калашникову, рассказываю о ситуации. Он советует позвать на помощь других кандидатов КПРФ – мало ли какая провокация может быть. Звоню кандидатам Павлу Туркову, Вячеславу Шепелеву. Прошу приехать, поддержать.
Тем временем, к распахнутой настежь двери кабинета подбегает сотрудник охраны Светлана Иванченко. Срывающимся от негодования голосом пытается запретить мне снимать:
- Вы не имеете права! Покажите ваше разрешение на съёмку!
- Да не нужно мне никакое разрешение на съёмку! Я здесь фиксирую нарушение выборного законодательства!
- Выйдите из кабинета, иначе мы вас здесь закроем!
- Не закроете! – Отвечаю. Начинаю снимать Светлану на телефон. Она отворачивается. – Не закроете, потому что я – кандидат от КПРФ Краснов Алексей Геннадьевич, и я фиксирую здесь нарушение закона.
- А! Вы из той партии, которая за деньги покупает голоса! – С негодованием кричит мне затылок охранницы Иванченко.
- А вот сейчас уже вы нарушаете закон: занимаетесь клеветой!
- Я закон не нарушаю! – Опешив, бормочет охранница и медленно вдоль стеночки отступает в сторону лестницы.
Я тем временем фотографирую внутренности кабинета снаружи, из коридора. Стараюсь, чтобы в кадр попали и агитки, и табличка кабинета. Потому что понимаю: через пару часов здесь не останется и следа от листовок Бокка.
В другой части коридора появляется Павел Турков. К нам не подходит. Я догадываюсь: фиксирует ситуацию со стороны. Ждёт провокации.
К кабинету 306подбегает девица с нервным лицом и ключом в руках. Начинает истерично запирать дверь. Следом за нею в коридор забегают двое крупных мужчин в чёрном, с пистолетами и наручниками. А дальше начинается викторина «Весёлые вопросы».
- Так! Вы кто? – Спрашивает меня старший ЧОПовец.
- Нет, это вы кто? – Спрашиваю я в ответ.
- Мы – группа быстрого реагирования. ЧОП «Былина». Вы кто?
- Документы ваши покажите!
- Сначала вы!
- Нет, вы!
- Я не знаю, кто вы такие! С какой стати я буду показывать документы непонятным людям?
- Ну ладно! Здесь происходит незаконное фотографирование! Вы не знаете, кто фотографирует?
Меня разбирает смех:
- Конечно, знаю: я фотографирую!
Дальше начинается дежавю. Старший гордо расправляет плечи:
- Где ваше разрешение на съёмку?
- Какое разрешение?
- У вас должно быть разрешение на съёмку!
- Не нужно мне никакое разрешение на съёмку. Конституцию почитайте! А потом – Гражданский Кодекс. К тому же – я зарегистрированный кандидат. Фиксирую здесь нарушение законов Российской Федерации.
- Это нас не касается! – Отрубает старший. – Мы сюда на вызов приехали.
- Ну, приехали – и приехали… - Я пожимаю плечами и присаживаюсь на стульчик. – А я наряд вызвал. Жду вот.
Павел Турков приближается к нам. Здороваемся. Ситуацию Павел знает. Рассказываю ему подробности, показываю изъятые агитки. Звоним в областную комиссию, заявляем о нарушении выборного законодательства в Тольятти. Звоним в Центризбирком, снова делаем заявление. Подходит мой помощник. С ним кандидат Вячеслав Шепелев. Караулим кабинет. ГБР караулит с нами. Ждём полицию…
Появляется участковый. Я представляюсь, объясняю ситуацию, показываю изъятые листовки Бокка, фотографии, сделанные мною в кабинете Ягудиной. Участковый Дмитрий Гурьянов – первый день как вышел с отпуска, а тут – такая катавасия.
- Надо бы дверь открыть. – Резонно замечает Дмитрий Юрьевич.
- Хорошо бы… - Соглашаюсь я.
Участковый направляется в сторону кабинета руководителя администрации Автозаводского района Ладыки. Возвращается через десять минут, хмурясь:
- Ладыка в отпуске. Его заместитель Хвостов уехал на обед, а потом у него срочное совещание в мэрии. Сказали, что сюда он уже не вернётся.
- Аяяй! – Качаю я головой. – Кто бы мог подумать!
- На рабочем месте должен быть следующий по иерархии сотрудник. – Резонно замечает Павел Турков. - Пусть он выдаст ключи!
Участковый кивает и снова уходит. Теперь его нет уже минут тридцать. Время от времени мы видим Дмитрия Юрьевича, бегающим то за одним, то за другим сотрудником администрации, которые бросают ему из-за плеча: «Это не моя компетенция!», «Я не работаю в этом отделе!», «Я не знаю, где ключи! Я за них не отвечаю!»
Прошло сорок минут. Порядком взмыленный участковый снова подходит к нам:
- Никто не сознаётся, где ключи! – И уже, обращаясь ко мне: - Давайте, вы пока заявление напишете, и протокол опроса составим, что ли?
- Давайте! – Соглашаюсь я. Пишу заявление, затем – заполняю бланк протокола. Прикладываю к протоколу несколько экземпляров изъятых агиток. Всё это занимает у меня минут тридцать. Пока я пишу, участковый занимается отловом шмыгающих по коридору сотрудников администрации Автозаводского района с целью получить от кого-нибудь ключ от кабинета №306.
Дмитрий Юрьевич возвращается, читает заявление, оформляет протокол.
- Что будем дальше делать? – Спрашиваю я его.
- Дверь взломать я не могу. – Отвечает инспектор. – Можем остаться у кабинета и ждать.
- Да нет никакого смысла тут сидеть! – Подал голос Павел Турков. – Ясно же: пока тут мы и полиция, ключи от кабинета никто не найдёт! Взломать дверь мы не имеем права, да это и не нужно – Алексей зафиксировал всё, что там находится, на фото. Предлагаю ехать в приёмную и писать обстоятельную жалобу в избирком.
С юристом в такой ситуации не поспоришь. Мы снялись с боевого поста и направились в сторону лестницы.
- А останусь здесь, - сказал участковый Дмитрий Юрьевич, - мне нужно ещё охрану опросить, и других свидетелей!
Мы вышли из здания Администрации. В Самару я, как вы понимаете, безбожно опоздал. Но в этом, как вы понимаете, моего умысла совершенно не было…»