Софьян Ханни в нашем клубе уже чуть больше месяца, но из-за зимних сборов и выездных матчей у него пока не было возможности узнать Москву. Вернувшись после длительной поездки по маршруту Эстепона — Бильбао — Сочи — Самара, алжирец наконец начал знакомство с российской столицей. Первым пунктом в экскурсионной программе стал спартаковский музей. Мы встретились там с полузащитником в его выходной. Как говорится, ни дня без «Спартака»…

ГОЛ НА «ОЛД ТРАФФОРД»

— Признаться, раньше вообще не любил музеи, — начал с откровения Софьян. — Но с того момента, как женился, стал их посещать. Найма, моя супруга, их очень любит и постоянно зовет меня с собой. Поначалу говорил: «Люблю играть в футбол и смотреть его. А что делать, например, в картинной галерее?!» Но жена была настойчива, и однажды я согласился пойти. С тех пор мы посещаем все музеи и галереи вместе. И мне это нравится.

— На этот раз вам, кажется, удалось полностью совместить интересы: музей + футбол = спартаковский Зал Славы.

— Точно. Мы мечтали его посетить. И как только появился выходной, с радостью отправились на стадион. Найма, еще издалека увидев «Открытие Арену», восхитилась: «Софьян, какой красивый стадион! В Бельгии таких нет… На этой арене ты должен выигрывать каждый матч!» Впечатлил нас и сам музей. Потрясающий, современный! В нем хранится бесчисленное количество экспонатов.

Особенно интересно было посмотреть на бутсы и медали Сергея Родионова, а также увидеть фрагменты игр с его участием. Теперь я знаю о Родионове не только как об одном из руководителей клуба, но и как о знаменитом футболисте «Спартака». Надеюсь, со временем мне тоже удастся внести свою лепту в спартаковскую историю. А в зале игроков мне уже захотелось изменить свою статистику, поскольку там напротив моей фамилии пока по большей части значатся нули.

— В предыдущих клубах — в Бельгии и Турции — у вас была хорошая статистика. Кроме того, в прошлом году вы выиграли чемпионский титул с «Андерлехтом».

— Победы, безусловно, лучшее, что есть в футболе. Многие говорят: когда завершишь карьеру, у тебя все будет хорошо: деньги есть, ты ведь футболист. Но для меня важны титулы. Хочу добиться успехов, чтобы потом говорить своей дочери: Камила, смотри, папа выиграл этот кубок в 2013-м, а этот — в 2017-м… Думаю, вы хорошо понимаете, о чем я. Вспомните прошлый сезон. Для «Спартака» он был фантастическим! Этой победой в чемпионате России вы осчастливили стольких людей. Просто здорово! И я очень голоден до таких ощущений и побед, поэтому выбрал «Спартак».

— А если дочка спросит вас: «Папа, какой день своей жизни ты хотел бы пережить снова?»

— Скажу, что это день ее рождения. Ну а если спросит про футбол, то расскажу ей, что с «Андерлехтом» играл на «Олд Траффорде» в четвертьфинале Лиги Европы против «Манчестер Юнайтед». «Олд Траффорд» — историческое место с особенной атмосферой. Если бы мог выбрать один матч, то прожил бы этот снова.

— Вы стали первым игроком в истории Лиги Европы, забившим «Манчестер Юнайтед» на «Олд Траффорд».

— Да. К тому же это был мой первый гол в Лиге Европы. До того момента у меня не получалось послать мяч в ворота. Перед матчем сказал себе: о’кей, Софьян, возможно, это последняя игра в Лиге Европы. Пора забивать. Будет здорово, если ты сможешь это сделать. И мне это удалось.

«ДЕСЯТКА»

— Наверное, трудно решиться на переход из «Андерлехта», в котором вы были капитаном, в «Спартак»?

— Нет, потому что понимаю: в Бельгии уже все сделал. За три с половиной года, проведенных там, выиграл чемпионат и Суперкубок страны. Поэтому размышлял о том, что пришло время двигаться вперед. Когда появилось предложение от «Спартака», не раздумывал.

— В какой роли вас видит Массимо Каррера?

— Мы говорили с ним на эту тему. Он хочет, чтобы я играл так же, как в «Андерлехте». И помогал команде побеждать.

— Как охарактеризуете свой стиль игры?

— С юности играю «десятку». Это моя любимая позиция. Могу также действовать слева. Некоторые тренеры использовали меня как форварда. Да, иногда неплохо получалось. Но все же предпочитаю быть «десяткой». Хорошо вижу поле, читаю игру, создаю моменты. Всего этого от меня ждут. Ну и, конечно, голов и передач.

— Московские морозы вас не смущают?

— К ним пока привыкаю. Помню, в домашней игре против «Атлетика» сначала находился на скамейке. И было очень холодно. Смотрел на партнеров, сидящих рядом, и не понимал, как они не мерзнут. Но потом вышел на поле и сразу забыл про холод. Игра захватывает целиком, и мороза уже не чувствуешь.

Вот в снежную погоду очень трудно показать качественную игру. Мы начали весеннюю часть чемпионата, можно сказать, с «финала» — «Спартак» — «Локомотив». Разочарован тем, что не удалось победить. Ведь эта игра была за шесть очков. Но у нас впереди еще есть матчи чемпионата и Кубка России. И я верю в успех.

— Что-нибудь знаете о хабаровском СКА, с которым предстоит сыграть в воскресенье?

— Слышал, что Хабаровск находится очень далеко. Ребята уже сказали, что мне повезло. Гостевая игра с этой командой уже состоялась — мне не пришлось лететь на Дальний Восток. Что ж, теперь нас ждет встреча на «Открытие Арене», и я надеюсь показать достойную игру при своих трибунах. Нам нужна только победа.

— Вы постоянно общаетесь с Квинси Промесом. Как сблизились?

— С первого дня нашли с ним общий язык. Он гостеприимен. И несмотря на то, что прошло еще не так много времени, мы хорошо понимаем друг друга на поле. Мыслим одинаково, стиль игры похож. Однако общаюсь не только с Квинси, но и с другими ребятами. Они также помогают мне во всем. Кстати, был удивлен, что все игроки дружелюбно настроены ко мне. Думал, что русские будут в стороне, я буду больше проводить время с иностранцами, но это не так. Мне кажется, что это одна из причин, почему в прошлом году «Спартак» стал чемпионом. Хорошая команда. Все футболисты держатся вместе. Теперь стараюсь влиться в коллектив.

СТОЛ НА 14 ПЕРСОН

— У вас есть и серьезная персональная поддержка — большая семья. Родственники приедут вас навестить?

— Да. Когда сделают визу. То, что получать ее нужно будет каждый приезд сюда, было для нас сюрпризом. Но, думаю, мы это преодолеем. У меня большая семья — три сестры и брат. Скучаю по ним: мы редко видимся. В декабре собрались все впервые за более чем десять лет. Отмечали Новый год вместе в Абу-Даби. Нас было четырнадцать — все с супругами и детьми. Это по-настоящему запоминающиеся дни! Было забавно, как мы бронировали столик в ресторане. Персонал с удивлением узнавал, что придет 14 человек. Знаете, в детстве мы, конечно, не были так дружны. Как и все дети, часто дрались. Когда ты живешь вместе со всеми постоянно, иногда устаешь, понимаете? «О-о-о-о, опять вижу эти лица!..»

— Как в фильме «Один дома»? «Я хочу жить отдельно...»

— Да-да. Очень похоже. Потому что у меня две старшие сестры и одна младшая. И мне было трудно жить в доме, где одни девушки. Помню, что постоянно говорил папе: хочу братика. А если отец, например, уходил на футбол или на встречу, я всегда шел вместе с ним. Не то чтобы не любил сестер… Просто мне нравился футбол. И я считал, что он не для женщин. Сейчас смеемся, когда всё это вспоминаем.

— Забавно, ведь ваша младшая сестра — футболистка.

— Да. Жинан 22 года. Она играет в футбол с семи–восьми лет. Стала заниматься им из-за меня и моего отца (он тоже раньше был игроком). Однажды папа в шутку спросил ее: «Ты хочешь играть в футбол?» А она всерьез ответила: «Да». И с того момента ее жизнь полностью посвящена футболу. Кстати, Жинан делает успехи. Сейчас играет в первом дивизионе Франции и уже приглашена в сборную Алжира.

— Вы тоже стали футболистом благодаря отцу?

— Да. Он очень горд, что его мечта о профессиональном футболе реализовалась через меня. Когда был маленьким, каждое воскресное утро с двоюродным братом ходил смотреть матч папы и дяди. Тогда отец был очень увлечен игрой. А сейчас следит за каждым моим матчем, за встречами младшего брата и сестры.

Помню, когда появилась возможность уехать играть в «Нант», отец спросил меня, готов ли я покинуть родительский дом. Ответил: конечно, хочу играть там. Моя семья навещала меня раз в месяц. Родственники оставались на выходные. И самым трудным было провожать их обратно на поезд и прощаться. Когда они уезжали, было очень тяжело. Потом я играл в Турции, Бельгии… Сейчас — в России. Поэтому та встреча с родными в декабре была очень важной. Когда четырнадцать родственников собираются в одном месте — это может влететь в копеечку. Но я рад, что у меня была возможность это организовать.

— А помните, как потратили свою первую зарплату?

— Стал зарабатывать в четырнадцать. В «Нанте» мне платили 500–600 евро в месяц. Папа распоряжался моими деньгами, так как мне еще не было восемнадцати. Отец сказал, что выдаст кредитную карту, с которой смогу снимать наличные. Мой лимит был 160 евро в месяц. Остальные деньги просто оставались на счете. Не мог их трогать. Мои друзья, другие игроки, могли распоряжаться всеми своими деньгами и тратить их, а я — нет. Это было сильным разочарованием. Просил папу изменить свое решение, но он был тверд: никаких вариантов. А когда мне исполнилось восемнадцать, я подписал профессиональный контракт, нашел свое жилье. И был так рад, когда увидел, что на моем счете есть деньги! Сразу купил на них машину и мебель для квартиры. Спустя некоторое время стал неплохо зарабатывать в Турции. Тогда первую зарплату отдал семье. Помог брату и сестрам.

— Игроку сборной Алжира легко заиграть в любом чемпионате?

— Горд, что ношу свитер национальной команды Алжира. Игрок сборной на виду, ему легче найти себе клуб. Но не все так здорово, как может показаться на первый взгляд. У нас есть талантливые футболисты. Например, Риад Марез из «Лестера». Он выиграл чемпионат Англии, стал лучшим в лиге. Но он по-прежнему в «Лестере». И все говорят: это потому, что он алжирец. Понимаете, не все селекционеры мечтают об алжирских игроках.

А помните, как алжирцы сыграли на чемпионате мира в Бразилии в 2014-м? Они, кстати, были в одной группе с Россией. Алжирцы вышли из группы, потом проиграли будущему чемпиону, Германии, в дополнительное время — 1:2. То, как наши болельщики приветствовали команду, было незабываемо.

— Расскажите, как это было.

— Я жил в Париже. Вот представьте, если французы после победы просто выходят на Елисейские поля, то все алжирцы и марокканцы организуют на Шанз-Элизе настоящую вечеринку. Алжир выиграл! Это такое счастье! У французов таких эмоций не увидишь.

Мог выбрать Францию, но решил выступать за Алжир. К тому же в этой команде заиграть легче: конкуренции меньше. Кроме того, моя семья родом оттуда, да и я в душе алжирец. Нравится атмосфера, которую создают эти люди. Та же история и со «Спартаком». Здесь мне импонирует атмосфера. Это касается всего: и команды, и ее болельщиков, и столицы.

spartak.com