Круче Че. Как приказчик Сидор Ковпак стал эталоном партизана
130 лет назад, 7 июня 1887 г. в селе Котельва Полтавской губернии родился человек, портрет которого не печатают на футболках только по досадному недосмотру. Его звали Сидор Артемьевич Ковпак, и, право же, он достоин украсить собой майки и толстовки ничуть не меньше, а то и больше, чем его чрезмерно раскрученный коллега Че Гевара.
На той единственной Гражданской
Книга аргентинского революционера Эрнесто Гевары де ла Серна «Партизанская война» считается чуть ли не азбукой любого уважающего себя смутьяна и мечтателя о мировой революции. Она издаётся ураганными тиражами. Надиктованный советским партизаном, крестьянским сыном Сидором, мемуарный труд «От Путивля до Карпат» такой популярности не снискал, а когда в последний раз переиздавался — уже и не понять.
И совершенно напрасно. Потому что, если уж судить по гамбургскому счёту, то получится следующее. Че Гевара, конечно, герой и видный теоретик, да вот только вся его красивая теория на поверку оказалась не такой уж верной. И в результате привела его и его отряд к славному и героическому, но всё же поражению.
А вот Сидор Ковпак, несмотря на своё смешное имя и вопиющую безграмотность — известно, что на полях своих мемуаров он оставил лишь одно слово: «Четал» — был и остаётся победителем. И свою партизанскую стратегию и тактику, может, и не так красиво описанную, претворял в жизнь гораздо эффективнее, чем заморский конкурент.
Возможно, причиной тому неплохой довоенный бэкграунд нашего героя. Родившись в крестьянской семье, он в 11 лет пошёл в коммерцию — был «отдан мальчиком» в местную лавку. Спустя 10 лет Сидор уже уважаемый человек — приказчик в той самой лавке. Карьера для паренька, с грехом пополам окончившего церковно-приходскую школу, весьма неплоха.
Эта коммерческая жилка по-настоящему проявилась позже. И парадоксально. Во время Гражданской войны Сидор Ковпак, ветеран Первой Мировой и Георгиевский кавалер, попадает в дивизию Василия Чапаева. И становится там начальником трофейной части. Надо полагать, что справлялся он очень даже неплохо. О чём свидетельствуют такие, например, полезные штуки, как 10-тонный броневик «Гарфорд», несколько маневренных «Остинов» и целый ряд бронемашин поменьше. Все они были сведены в 17-й бронеотряд чапаевской дивизии. И все были взяты с бою. Не говоря уже о ярко-красном «Паккарде», гордости американского автопрома. Его добыли у белых специально для Василия Чапаева — тот после ранения в бедро не мог ездить верхом. Всё это — заслуга Сидора Ковпака.
Мэр Путивля уходит в лес
К моменту Великой Отечественной умение Сидора Артемьевича обеспечить матчастью своих бойцов достигло просто феноменальных высот. Впоследствии он и его отряд бросят в массы один из самых дерзких и залихватских партизанских лозунгов той войны: «На иждивении у Гитлера!»
Собственно, сама партизанская деятельность Ковпака началась как раз с предварительной подготовки матчасти. В 1941 г. немцы взяли Путивль. Председатель горисполкома Путивля, а по-нынешнему — мэр, Сидор Ковпак, уходит в лес. Но не просто так. Загодя в этом лесу, площадью всего-то 8 на 15 км, старым и хитрым снабженцем была устроена база-схрон. Вокруг которой и собралось ядро отряда. К середине октября он насчитывал 57 человек.
А к лету 1942 г. — почти 2 тысячи бойцов. Уже не отряд, а маленькая армия. К тому моменту Сумское партизанское соединение Ковпака прошло с боями по оккупированной территории 6047 км, уничтожило 12 эшелонов, 25 танков и бронемашин и до 5 тысяч солдат и офицеров противника.
Почти везде и всегда ему сопутствовала удача. Так, во всяком случае, казалось со стороны. Однако секретов из своей стратегии Ковпак не делал. Просто его подход немногие могли освоить как следует. Вот основные положения и приёмы Ковпака, сформулированные им самим: «Рейдами мы достигаем связи с населением, поднимаем у него дух борьбы с оккупантами, заставляем население переходить на нашу сторону; рейдами мы принуждаем противника оттягивать свои силы от других объектов, оставляя их без защиты; рейдами мы не даем противнику возможности применять тактику уничтожения партизан путем их окружения в месте дислокации. Партизанское формирование должно стремиться достигнуть такой численности, которая дала бы ему возможность отбить нападение крупной части противника и сохранить при этом свою мобильность».
«Немецкая сволочь разбегается»
В общем, это было новаторством. Как правило, партизаны той войны вообще ни о чём таком не задумывались. На топе был самый вульгарный подход — «за обрез, и в лес». На чём погорели очень многие. В том числе и партизаны с другой стороны — целый кулёк националистически настроенных украинских бандформирований.
За такой примитив «крестьянский недоучка» Ковпак их откровенно презирал. И, столкнувшись с ними во время своего знаменитого Карпатского рейда, велел занести в дневник следующее. «Бегут в лес, организуются в банды и нападают на невооруженных поляков. Жгут сёла, убивают и режут народ, забирают хлеб, мясо, сало и все имеющиеся продукты и тикают в курень, в лес. Нажрутся и спят. Ходят панами, чего еще? "Сало з салом iв, на соломi спав, зубами чухався". Идеи? Самостийна Украина? Бульбовцы говорят, что их идеи передовые, а бандеровцы говорят, что их; а мельниковцы говорят: пошли вы все к ...... матери, наши идеи самостийнишие. В общем, собрались Иван Гимно да Семен Залупа...»
Сам же Ковпак провёл Карпатский рейд блистательно. Вот сухая статистика. Пройдено по оккупированной территории 4 тысячи км, взорваны нефтепромыслы, уничтожено 14 железнодорожных и 38 шоссейных мостов, пущено под откос 19 эшелонов. Безвозвратные потери партизан — 228 человек. 150 ранено. Среди них — Сидор Ковпак. Этот рейд оказался для него последним — больше он сам не воевал, ограничиваясь удалённым руководством. Это, конечно, минус. Но есть один плюс, который всё перевешивает. Краткая запись из дневника партизанских действий: «Услышав о нашем появлении, немецкая сволочь разбегается».