Личная и творческая драма Николая Гумилёва в крымских эпизодах
«ЛЮБОВЬ И ЖИЗНЬ – ОДНО»
Крым не раз становился для Николая Гумилёва местом, куда он возвращался в переломные моменты своей жизни. В этом году исполнилось 140 лет со дня рождения поэта трагической судьбы.
«Путь конквистадора»
Так называлась первая книга Гумилёва, увидевшая свет в конце 1905 года. Стихотворения 19-летнего гимназиста раскрывали романтический образ отважного воина и отчаянного авантюриста – завоевателя и исследователя новых земель.
Экземпляр книжечки автор отправил в Евпаторию, где обосновалась семья Горенко. Николай пылал чувствами к 15-летней Анне, но она не отвечала взаимностью.
Впрочем, не чуждая дара муз барышня внимательно изучила творчество начинающего поэта и уверенно расшифровала тайнопись адресованных ей строк, отметив их на полях лаконичным: «Мне». Переписка возобновилась, и летом 1906 года Коля примчался в Евпаторию с решимостью изменить свою судьбу: сделать возлюбленной предложение и вместе с ней уехать в Париж.
Однако замыслу не суждено было осуществиться. Покорять Францию Николай уехал в гордом одиночестве, а Аня Горенко осталась дома: «Проходила курс предпоследнего класса гимназии и писала великое множество беспомощных стихов». Звезда Анны Ахматовой взойдёт на поэтическом небосклоне много позже.
Свинка, дельфин и жираф
В 1907 году Анна приняла решение: «Я выхожу замуж за Николая. Он любит меня уже три года, и я верю, что моя судьба – быть его женой». Объясняться на этот раз Гумилёв отправился в Севастополь: здесь невеста намеревалась поправить здоровье, поскольку, помимо невроза сердца, врачи начали подозревать чахотку.
Коля полагал, что теперь они с Аней окончательно свяжут свои судьбы. Однако «зеленоглазую колдунью» словно подменили, причём буквально. Невесть откуда она подхватила детскую болезнь, в народе называемую свинкой. Лицо и шея опухли и очень болели. Николай пытался развлекать бедняжку, но ей было не до шуток.
Прошло две томительных недели. Прогуливаясь по берегу моря, друзья увидели мёртвого дельфина. Впечатлительная девушка посчитала это дурным предзнаменованием и сдавленно прошептала: «Нет».
Личная драма поэта нашла отражение в посвящённом Анне Горенко сборнике «Романтические цветы», куда вошли стихотворения «Отказ» и «Жираф». Помните: «Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд. И руки особенно тонки, колени обняв. Послушай: далёко, далёко, на озере Чад изысканный бродит жираф…»
Но я другому отдана
– Путешественником он стал, чтобы излечиться от любви ко мне, и Дон Жуаном – тоже, – откровенное признание Ахматовой проливает свет на образ жизни Гумилёва.
В 1908 году он снова очутился в Севастополе, чтобы хоть ненадолго «увидеть надменный профиль». На этот раз сцены разворачивались на фоне башен Балаклавы.
– Улыбнулся, вставши на пороге. Умерло мерцание свечи, – записывает Анна. «Окончательный разрыв» сопровождался возвращением друг другу «всех подарков». Правда, недоставало... паранджи. Невеста утверждала, что давно избавилась от непонятно зачем подаренной ей одежды, скрывающей истинное лицо.
Николай уехал в Париж в расстроенных чувствах. Но жизнь в столице искусств била ключом, и Гумилёв становится своим в модернистской тусовке. Он подружился со старшими собратьями по ремеслу Максимилианом Волошиным и Алексеем Толстым, юной поэтессой Елизаветой Дмитриевой.
И кто бы мог подумать, что через несколько лет судьба снова сведёт их вместе и заставит сыграть трагикомические роли уже в новых декорациях.
Молодая, звонкая страсть
Вернувшись в родные пенаты, Гумилёв начал обдумывать планы покорения российского Парнаса. В начале 1909 года он повстречал Волошина и Дмитриеву. Добрая душа Макс пригласил молодых друзей погостить в Коктебеле. И по весне Лиля и Гумми, как они называли друг друга, отправились навстречу судьбе. На киммерийских холмах, украшенных огоньками тюльпанов, пламень любви разгорелся с новой силой и вскоре поглотил всех трёх.
– Я узнала, что Максимилиан любит меня уже давно, – признаётся Дмитриева в «Исповеди». – К нему я рванулась вся, от него не скрывала ничего. Он мне грустно сказал: выбирай сама. И я попросила Николая уехать.
Гумилёв отнёсся к неудаче с виду спокойно. Разве что подолгу уходил в степь, откуда возвращался вместе... с тарантулами. Приносил пауков в свою комнату и устраивал жестокие бои. Затем заперся и за несколько дней написал поэму «Капитаны» – гимн дальним странствиям и искателям истины. И немедля двинулся из Коктебеля в «дерзостный путь» – в очередной раз просить руки и сердца Анны. А Лиля провела в обществе Макса «лучшие дни» своей жизни.
Невольник чести
Поверив, что уязвлённый Гумилёв распускает о девушке непристойные слухи среди питерской богемы, Волошин прилюдно влепил Николаю пощёчину. Вызов был принят: оскорбление надлежит смыть кровью.
Соперники – неисправимые романтики! – назначили местом дуэли Чёрную речку, где стрелялся Пушкин с Дантесом, нашли пистолеты той эпохи... Всё это напоминало плохой спектакль, разве что пули были настоящие.
Стояла промозглая осень, и природа решила придать ситуации черты трагифарса. Пока участники дуэли, изгваздавшись в грязи, выталкивали завязший автомобиль Гумилёва, Волошин потерял в трясине галошу. Выяснять отношения с мокрыми ногами Макс отказался категорически, и соперники были вынуждены тратить время на поиски. Подавая оружие Николаю, секундант поскользнулся и грохнулся в лужу...
Наконец собрались. Первым стрелял Гумилёв. То ли умышленно, то ли случайно он промахнулся. Древний пистолет Волошина дважды дал осечку.
Эпохальный поединок закончился, к счастью для отечественной культуры, бескровно. И нет худа без добра: Анна согласилась стать женой Николая.
Как сладко жить!
Казалось бы, в душе должен был наступить мир, но теперь всячески противилась натура Гумилёва. Масла в огонь подлила война, разразившаяся в 1914 году. Николай Степанович немедля записался в армию, был зачислен в кавалерию и к концу следующего года стал кавалером двух Георгиевских крестов – высшей награды за личную храбрость.
Судьба хранила бравого гусара от пули, но тяготы и лишения привели к проблемам с лёгкими. Врачи настояли на длительном лечении. Летом 1916 года офицер стал пациентом «Массандровской санатории Её Величества Александры Фёдоровны».
Дальнейшие события развивались как будто по сюжету будущего фильма «Гусарская баллада». Ольга Мочалова, в ту пору 17-летняя студентка, начинающая поэтесса, вспоминала: «Он нёс атмосферу мужской властности, неожиданных суждений, нездешней странности. Читал мне стихи. На закате были поцелуи – требовательные, бурные».
– Я не говорю «прощайте», – пишет Гумилёв Ольге. – Твёрдо знаю, что мы встретимся.
«Рыцарю счастья» и «девушке-оруженосцу» действительно будет суждено встретиться летом 1921 года, когда в недрах ЧК уже вовсю фабриковались обвинительные материалы.
Посередине странствия земного
В попытках обрести себя в условиях советской власти Гумилёву вновь улыбнулась судьба, сведя его с Владимиром Павловым. Молодой офицер занимал высокую должность, был адъютантом командующего Военно-морскими силами, к тому же писал стихи. Польщённый вниманием к нему самого Гумилёва, Владимир предложил своему кумиру развеяться в путешествии в летний Крым. Кроме того, он гарантировал, что в Севастополе будет возможность напечатать новую книгу Николая Степановича, поскольку тамошняя военная типография располагает дефицитной бумагой.
Действительно, через несколько дней автор держал в руках сборник «Шатёр».
В рамках культурной программы решили прогуляться на катере вдоль побережья. Гумилёв предложил добраться до Феодосии. Как чувствовал: в порту он неожиданно встретил Волошина. Разговор был очень коротким, но знаковым: бывшие дуэлянты пожали друг другу руки.
В Петроград 35-летний Гумилёв вернулся полный планов и надежд. Чувство радости бытия отразилось в заголовке ещё нерождённой книги. И никто не знал, что спустя месяц чекистская пуля прервёт «земное странствие» поэта-воина.
Иван КОВАЛЕНКО, крымовед.
Напомним, В Крыму стартовал Гумилёвский поэтический фестиваль «Коктебельская весна – 2026»