Фото: предоставлено пресс-службой ТПП

По данным мониторинга ВШЭ, с октября 2014 года по ноябрь 2016 года розничный оборот товаров и услуг сократился на 15,4%, что говорит о снижении потребительских стандартов. О том, как изменилось поведение российского потребителя, отличаются ли наши покупатели и продавцы от западных, какие категории товаров в нашей стране наиболее проблемные и что ждет в наступившем году недобросовестных производителей и торговцев, в интервью корреспонденту «Известий» Дарье Филипповой рассказал президент ТПП РФ Сергей Катырин.

— Изменился ли портрет покупателя за последние годы?

— Да, но это произошло не за год и даже не за десятилетие. Потребитель серьезно изменился за последние 25 лет — он стал более грамотным, у него есть выбор, он понимает, где и как должна стоять маркировка, читает состав.

— К каким товарам он наиболее внимателен и какую продукцию можно назвать наиболее проблемной?

— Спиртные напитки и продукты питания. То, что легко фальсифицируется и продается. Порой это приводит к самым тяжелым последствиям — вспомните массовое отравление «Боярышником» в Иркутске. Не думаю, что кто-то специально заменил этиловый спирт на метиловый. Но то, что люди занимаются страшным бизнесом, — это факт. Это погоня за высокой нормой прибыли при минимуме затрат.

— Как решить проблему?

— Необходим более жесткий контроль. Мы выступаем за повышение меры ответственности до уголовной для производителей некачественного алкоголя. Уже готовится законодательная инициатива, предполагающая введение уголовной ответственности для «черных» производителей алкоголя. И Торгово-промышленная палата ее поддержит.

Сейчас наказание в виде маленьких штрафов не соответствует ущербу, который наносится некачественным алкоголем. При этом на черном рынке спиртной продукции есть и подпольные заводы, где разливают то, что опасно для жизни и здоровья, и официальные производители, которые работают во вторую нелегальную смену. Они скорее наносят экономический ущерб, не выплачивая налоги.

— Проверок производителей станет больше или меньше?

— К сожалению, многие ведомства контролируют одно и то же. К одному производителю могут прийти и из Роспотребнадзора, и из пожарной охраны. Поэтому необходимо навести порядок. Большое количество проверок — серьезная нагрузка на бизнес. И моральная, и организационная, и финансовая. Уже практикуется риск-ориентированный подход к проверкам: тех, кто представляет наибольшую опасность — экологическую или пожарную, —проверять нужно чаще. Других — реже или вообще не проверять. Еще один вариант — сделать проверки нацеленными на конкретные проблемные точки, опасные для общества, человека и окружающей среды.

В 2017 году торгово-промышленные палаты начнут сертифицировать некоторые виды продукции российского зернового рынка. Однако такая сертификация будет иметь сегментарный характер и касаться только продукции, экспортируемой в страны Европейского союза.

— Кстати, насчет Европы. Там существует негласный «налог на розовое» — женские товары стоят дороже мужских. Цена отличается, даже если вещи идентичные (например, рубашки, пальто). Наблюдается ли такая тенденция в России?

— Да, ведь женщина считается лучшим покупателем. Так называемый налог на розовое —общемировая тенденция. Какие-то категории товаров для женщин стоят дороже на 10–15%. Другие — лишь на 1–3%.

— Когда это явление возникло в России?

— Понятно, что в советское время «налога на розовое» не было. Зато был госплан: цены рассчитывались исходя из реальной стоимости, а не с точки зрения гендерного различия. Новая тенденция зародилась одновременно с выходом во внешний мир. В 1990-е годы в нашу страну пришел западный рынок со своими законами. Тогда и появился «налог на розовое».

Ведь женщина — более активный покупатель, чем мужчина. Она любит разнообразие. А производитель и продавец, которые об этом знают, никогда не откажутся от лишней прибыли. Сначала наши торговцы были привязаны к вещам, произведенным на Западе, но потом и отечественные производители стали ориентироваться на общемировые тенденции.

— А что надето на вас? Вы носите одежду российского производства?

— Я долгие годы покупал зарубежные костюмы, а теперь — только российские. Становится обидно, что раньше приходилось тратить больше — по качеству наша одежда сопоставима с немецкой или итальянской, но стоит отечественный костюм на порядок дешевле. Сейчас, например, на мне костюм, сшитый на фабрике в Пскове.

— Еще одна общемировая тенденция — этичное потребление. Не считаете ли вы, что предложение некоторых марок одежды сдать на переработку вещи, чтобы получить скидку, а потом купить еще несколько предметов гардероба, скорее пиар-акция, а не забота о природе?

— Согласен, это лишь пиар и инструмент борьбы за покупателя. Поэтому каждый из нас должен спрашивать себя: нужна ли ему еще одна вещь? В Европе люди давно более прагматично относятся к потреблению. Большого изобилия вещей у европейцев нет. Но и современная российская молодежь, как и на Западе, стала считать, что лучше потратить средства на путешествия или образование, а не на очередное платье и кроссовки. А вот люди более старшего поколения привыкли к широкому выбору в гардеробе.

Истинно этичная марка — это в первую очередь соотношение цены и качества. Хорошая вещь прослужит долго. А это — забота о природе. Мы планируем поддерживать всё, что будет способствовать защите окружающей среды. Тем более что 2017-й — это Год экологии.