Не докатившиеся
Помните, чем кончается поэма Н. В. Гоголя «Мёртвые души»? Разоблачённый Чичиков спешно удирает из губернии. На окраине города два мужика сидят на завалинке, и, глядя на его экипаж, ведут беседу. На тему: докатится это колесо до Санкт-Петербурга, или не докатится? Пришли к выводу, что нет, не докатится.
Эту сцена пришла мне в голову, когда я в музее очищал немецкие танковые катки. (Их вы видите на снимке). Такие катки стояли на германских танках Т-3, а также на самоходках (штурмгешютце) с аналогичной ходовой частью. Нашли мы их неподалёку от музейной «линии Сталина». А это означает, что 6-я танковая дивизия вермахта понесла тут определённые потери, о которых нам было нечего не известно. Мы знали, что 5 июля 1941 года в городе Острове и его окрестностях развернулось крупное танковое сражение, и что 6-я танковая дивизия, наступавшая на Остров с юга, через наши доты, не смогла в тот день прорвать нашу оборону и придти на помощь своим. Но этим, в основном, наши знания и ограничивались. Подробностей боёв на линии Сталина было очень мало.
И вот теперь мы находим сразу три брошенных катка от немецких танков, а также каток от танковой тележки «Карден Ллойд». (Принадлежавшей, судя по всему, отходившим из Прибалтики частям бывшей латышской армии). Да, похоже, дело тут было круче, чем мы думали.
Причём на одном катке (крайний левый) явно видны следы боя: резина обгорела почти полностью, так, что внутренние реборды стёрлись о гусеницу. Несомненно, что танк получил в борт заряд огнесмеси, горел, но не мог выйти из боя. Неизвестно, погиб ли этот немец, или дело ограничилось заменой катков, но, похоже, лёгким тот бой не был. Хотя бы потому, что ремонтная служба в вермахте была на высоте, и катками они зазря не разбрасывались.
Что касается маленького катка «Карден Ллойд», то он, вероятно, английского производства. В тридцатые годы была идея использовать танки на 200 процентов: не только как танк, но и как тягач, и как бронетранспортёр. Для этого к танку прицепляли бронированную телегу с пехотой, и он должен был тащить её до нужного места. Известно, что основные потери пехота несёт, когда бежит по полю, а если посадить её в бронетранспортёр, то скорость атаки возрастёт, а потери сильно уменьшатся. Но производить ещё и бронетранспортёры казалось дорого. А что, если сэкономить, и посадить пехоту в танковый прицеп?
Увы, это оказалось дурная экономия. Танк лишался скорости и маневренности, попадал под удар, погибал сам и губил пехоту. К тому же, хотя цель у танкистов и пехотинцев одна, задачи на поле боя разные. В общем, от этой задумки все быстро отказались. (А немцы и вовсе не заморачивались, сразу стали делать бронетранспортёры). Ещё были попытки ставить легкие танки на специальные танковые тележки и буксировать их тракторами, дабы сберечь ходовую часть и дефицитный моторесурс (танк не автомобиль, для дальних поездок не предназначен). Но и тут дело не пошло, так как обычный автотрейлер оказался для этого гораздо удобнее.
Скорее всего, небольшой каток «Карден Ллойд» стоял на такой вот танковой тележке, которая принадлежала латвийской армии. Известно, что латышские дивизии (уже как части Красной Армии) отступали через наш район, а некоторые их части – через нашу линию Сталина.
Немецкая армия неудержимо рвалась в глубь России. Казалось, что нет сил, способных остановить её. Самые блестящие победы в истории этого воинственного народа были одержаны именно тогда, в 1941-м году. Численность советских войск, запертых немцами в грандиозных «котлах» (которые быстро прекращали сопротивление) исчислялась сотнями тысяч. Пленных красноармейцев было уже за три миллиона, и это при том, что часть пленных (в основном украинцев) немцы просто отпустили по домам. Казалось, всё, конец?
Но так только казалось. Очень скоро немцы поняли, что перед ними противник со стальной волей. Любая оплошность, любое отступление от устава влекло за собой болезненные удары, чего не было ни в Польше, ни во Франции. Победы были ошеломляющие, но при этом никогда ещё вермахт так не потел, как в России. И пот этот был кровавым. Уже к августу потери германских вооружённых сил на востоке превысили все потери, до этого понесённые на западе. А война только начиналась. И, в конце концов, все блестящие победы германского оружия как-то незаметно потерялись. Манштейн даже назвал так свою книгу : «Утраченные победы». Дескать, что это такое, господа: побеждали-побеждали, и допобеждались до того, что нет ни рейха, ни фюрера, а русские пришли в Берлин.
Кстати, тут прямая аналогия с Наполеоном: тот тоже побеждал русских (почти все сражения 1812 года были выиграны французами), и даже занял Москву, а в итоге оказался на острове посреди океана.
Такие вот мысли пришли мне в голову, когда я чистил эти катки. Не докатились они ни до Ленинграда, ни до Пскова, ни даже до Острова. Навсегда остались лежать в земле на линии Сталина. Три катка… казалось бы, какая малость! Ведь другие-то докатились аж до Дудергофских высот под Ленинградом! Докатиться-то докатились, а вот сил въехать в Питер уже не было. Может, как раз этих трех и не хватило.