Как Пушкин в Одессе воевал с саранчой
Ссылка
Весной 1820 года состоялась встреча Пушкина с военным генерал-губернатором Санкт-Петербурга графом Михаилом Милорадовичем. Поэту пришлось держать ответ по поводу содержания его обличающих власть стихотворений (эпиграмма на Аракчеева, архимандрита Фотия и самого Александра I). Власти посчитали, что такое вольнодумство не может себе позволить молодой государственный служащий. Наказание светило нешуточное. Дерзкого стихотворца могли заточить в Соловецкий монастырь или сослать в Сибирь.
В этой ситуации Пушкина не бросили друзья и прежде всего Николай Михайлович Карамзин. Они добились того, что поэта отправили служить в канцелярию генерала Ивана Инзова в Кишинёв. Отношения с новым руководством складывались хорошо, и Александр Сергеевич мог позволить себе много путешествовать, при этом оставалось и время для творчества. В это время он создаёт поэмы «Руслан и Людмила», «Бахчисарайский фонтан», «Кавказский пленник» и начинает «Евгения Онегина».
Летом 1823 года Пушкина перевели в Одессу, где он должен был продолжить службу (ссылку) в канцелярии генерал-губернатора Новороссийского края графа Михаила Воронцова. Граф считался либералом и чуть ли не поборником свободомыслия. На него постоянно следовали доносы в столицу. Чтобы оправдаться, Воронцов решил избавиться от Пушкина.
Ответственное задание
В письме канцлеру Карлу Нессельроде граф пишет: «Удаление Пушкина отсюда будет лучшая услуга для него». Не добившись ответа из Петербурга, он весной 1824 года отправил поэта в города Херсон и Елисаветград для сбора сведений о саранче. Пушкин должен был подготовить доклад о её передвижении, о количестве и мерах, которые принимаются по её уничтожению.
Пушкин воспринял это назначение без восторга, но вынужден был выполнить распоряжение. Опыта в такой работе у молодого человека не было, но по итогам командировки он представил в канцелярию следующий отчёт:
« Саранча:
23 мая – Летела, летела;
24 мая – И села;
25 мая – Сидела, сидела;
26 мая – Всё съела;
27 мая – И вновь улетела.
Коллежский секретарь Александр Пушкин».
Доклад вызвал шок у начальника канцелярии полковника Александра Казначеева. Он передал доклад губернатору Воронцову, который на следующий день устроил разнос Пушкину, объясняя ему правила дисциплины и принципы государственной службы. Губернатор, впрочем, не смог ответить на вопрос строптивого подчинённого, почему нельзя писать рапорт в стихах. Пушкин привёл пример, когда великий Суворов отправил самой императрице рапорт в стихах.
Месть губернатора
Прошло несколько месяцев, и Пушкин отличился вновь. Он написал на Воронцова несколько эпиграмм, вот самая злая из них:
«Полу-милорд, полу-купец,
Полу-мудрец, полу-невежда,
Полу-подлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец».
В Одессе сразу поняли, в чей огород этот камень. Дело в том, что Воронцов пребывал в ожидании присвоения звания полного генерала. Прочитав эпиграмму, друзья Пушкина серьёзно обеспокоились. Пётр Вяземский срочно пишет Пушкину: «Сделай милость, будь осторожен на язык и перо. Не играй своим будущим…». Но совет опоздал. В Петербурге приняли решение сослать поэта в его псковское имение – в Михайловское, где сейчас знаменитый музей. В июле 1824 года Воронцов принудил Пушкина лично написать и подписать обязательства о незамедлительном выезде из Одессы во Псков. Саранча в итоге великому поэту вышла боком.