18+
Совсем недавно белорусский Нобелевский лауреат Светлана Алексиевич назвала наше поколение «поколением секонд хенд». Обидно, конечно, но ах, если бы только поношенное, повытертое и с чужого плеча. Носили бы – не впервой. Стыда в этом никакого нет, как нет стыда в принятии милостыни – больнее тому, кто подаёт. А дело-то похуже. Это скорее мы сами так «перелицевали» их старенькое, что оно глядит пугающей новизной.
Здравствуй, племя младое,
незнакомое...
А.С. Пушкин
Книжки-то последних лет поглядите. Всё чаще они прямо с обложки предупреждают 18+ «содержит нецензурную брань». И пол сочинителей тут не важен – те и другие мастера. И тут мы ИМ, тамошним, не уступаем. Читаю вот в жюри «Ясной Поляны» их и наших соискателей и не знаю, как загородить спиной книжку, если войдёт внучка. И жалко, что Бог не дал таланта к языкам – уж больно интересно, с каких английских, французских, немецких кáлек является у наших переводчиков в чужих книгах родная заборная живопись. Что же мы корили себя, что это только русские матерятся, а там – гармония и воспитание. Откуда же тогда этот мат стеной у Мишеля Уэльбека, Дейва Эггерса, Доны Тартт? А поглядишь наших ребят – Платона Беседина, Андрея Геласимова, Елену Сафронову – перемени имена и «прописку» героев и как раз и выйдет поколение 18+. Что там, что тут – мир един. Да уж ведь там-то, как смеялся Высоцкий, «на четверть бывший наш народ», и не в Израиле только, а уже по всему миру. Улыбнусь: не мы ли и привезли в европейскую и американскую литературу «наше национальное богатство 18+», заразили чистых, воспитанных на Диккенсе английских ребят?
Немудрено, что и театр не хочет отстать от литературы и мой товарищ из Питера пишет, что видел в Александринке «Анну Каренину» и «Дядюшкин сон» и легко определяет стилистику представления как «мягкое порно». На это я ему отвечаю, что это он у Коляды ещё пушкинской «Пиковой дамы» не видал – там порно будет пожёстче. И уж теперь, иди в театр и оглядывайся, не забывай поглядеть в уголок афиши: не 18 ли+, а то искраснеешься перед женой или, сохрани Бог, невестой.
Что значит «свобода»! Словно столетиями были подростками, не знавшими главной тайны жизни, а вот теперь пожалуйста – в каждой постели камера видеонаблюдения. Выросли – можно. Торжество «совершеннолетия».
И как не ущипнуть этих любителей свободы слова, если они, такие независимые, на самом деле работают «на рынок», на осмеиваемое ими государство. Это они – господа литераторы – расставили эти камеры слежения, чтобы государство видело, что, слава Богу, никто не думает и опасности государству не представляет – все «заняты делом», все думают, как бы подтвердить, что они 18+. А теперь вон и дебаты соискателей Президентского кресла торопятся идти в ногу со временем – поглядите-ка, как разговаривает в эфире Жириновский с Ксенией Собчак – какая там стилистика – театр с литературой позавидуют. Уж 18+ так 18+! Не успеешь телевизор выключить. Да-а...
Можно бы и печалиться или хоть укорить, что вот столетиями искусство не прятало человеческие беды и радовалось счастью, не обнажаясь до пояса снизу, а оставляло великие книги, холсты, спектакли. Но никого теперь укором не устыдишь. Видно, надо пережить и этот бесстыдный возраст, как переживает отдельный человек, чтобы войти, наконец, в живое ответственное существование перед Богом, историей, духом.
Ничего, переболеем и «свободой», как переболели деспотизмами, оттепелями, коммунизмами. Спиральное-то развитие, видно, не всегда вверх ведёт, иногда вон и вниз поворачивает, но Бог, даст, ненадолго. Тоже ведь школа. Большая перемена. Ну, значит, впереди и аттестат!
Валентин КУРБАТОВ
г. ПСКОВ