Нужно ли было Владимиру насиловать Рогнеду
Повествуя об истории взаимоотношений Владимира и Рогнеды, монах сообщает, что сближению предшествовал конфликт: Рогнеда отказала Владимиру, когда тот к ней сватался, сославшись на то, что князь рабского происхождения. Вдобавок, полоцкая княжна дала понять, что её избранник – киевский князь Ярополк, брат Владимира.
Оскорблённый жених собрал войско, штурмовал Полоцк и убил отца Рогнеды Рогволда вместе с его сыновьями. Рогнеду же Владимир сделал своей женой. «Повесть временных лет» в очередной раз упоминает Рогнеду, уже как «мати Ярославля» (будущего великого князя киевского Ярослава Мудрого), рассказывая о 1000 годе – в этом году жена Владимира скончалась.
Откуда пошла весть
Современные историки выяснили, что впервые о случае с изнасилованием полоцкой княжны упоминается в Лаврентьевской летописи, датируемой 1370-м годом. Позже, в Радзивилловской летописи этот эпизод был воспроизведен в том же виде, а некоторые «факты» из «жития» Рогнеды даже проиллюстрированы красочными миниатюрами. В этой летописи говорится, что Владимир после захвата Полоцка по совету дяди Добрыни унизил насилием Рогнеду на глазах родителей и братьев, а потом её отец с сыновьями были убиты.
В Лаврентьевской летописи существуют ещё два эпизода из биографии Рогнеды, которые прежде не находили отражения в иных трудах летописцев – несостоявшееся покушение «обесчещенной» жены на Владимира и заступничество их общего сына Изяслава, когда князь решил покарать строптивую супругу за намерение убить. Именно эти сюжеты рассказаны в Радзивилловской летописи (XV век).
Лаврентьевская летопись при внимательном изучении выглядит как частичная компиляция «Повести временных лет», в отдельных частях – практически дословная. К примеру, фраза «не хочю розути робичича но Ярополка хочю» встречается и там, и там. В переводе на современный язык, княжна отказывалась «скидовать сапоги» с мужа, рожденного от рабыни (с «робичича») – обычай, к слову, переживший многие века – традиция, когда супруга помогает разуться главе семьи, бытовала в России (правда, в семьях низших сословий) вплоть до ХХ века.
Словом, создается впечатление, что автор Лаврентьевской летописи, взяв за основу реальный эпизод неудавшегося сватовства Владимира и взятия Полоцка с последующей женитьбой на Рогнеде, описанный задолго до 1370 года в «Повести временных лет», несколько «приукрасил» его, придав князю веса.
Так насильничал князь
Известный русский историк Карамзин не стал помещать рассказ об изнасиловании Рогнеды в свою знаменитую «Историю». Однако его коллега Соловьев в своей «Истории России с древнейших времен» данному сюжету посвятил несколько страниц. Специалисты отмечают, что этот труд Соловьева, особенно если речь идет об изложении допетровского временного периода представлен описательной частью: автор просто излагает содержание тех же древнерусских летописей и от случая к случаю «расширяет» повествование своими комментариями по тому или иному поводу. Тем не менее критического анализа, сопоставления и противопоставления фактов в «Истории» Соловьева нет.
Древнерусские летописи довольно пресны для восприятия: в них практически нет драмы, страсти, эмоций и женских страданий, постельных сцен, крови и красиво описанной жестокости – этакой сериальной составляющей, которая так любима публикой. Все эти детали по удивительному стечению обстоятельств присутствуют в истории с изнасилованием Рогнеды. К сожалению, на подобную удочку клюют и многие историографы, которые вместо того, чтобы подвергать исследуемый текст вдумчивому анализу, сравнению и сопоставлению, бездумно тиражируют одну и ту же информацию, не подкрепленную документальной фактурой.
С исторической точки зрения Владимир пошёл на Полоцк не потому что хотел во что бы то ни стало овладеть именно Рогнедой. На тот момент он уже был женат и имел сына (Рогнеда впоследствии стала одной из восьми жен киевского князя), более того у него было огромное количество наложниц.
Дело в том, что Полоцк достался бы сопернику, если бы брак княжны и Ярополка состоялся. Владимир хотел взять город добром (женитьбой), а пришлось силой. В итоге Рогнеда родила Владимиру семерых детей. От этого союза пошел род Рюриковичей, к которому, к примеру, относился Иван Грозный.
Так что унижение княжны и всего ее рода после захвата Полоцка, когда город и так был в руках победителя – скорее легенда, чем достоверный факт.
via