Чиновники проснулись. А ведь их 1,5 года просили о помощи. Почему только сейчас работают?

То, о чём в военном Рунете говорили не менее полутора лет, наконец, дошло и до чиновников – необходимо, чтобы дроны-перехватчики стали массовым инструментом русской армии. Проснулись, получается? Почему только сейчас?

Недавно первый вице-премьер Денис Мантуров провёл совещание, на котором поставил задачу начать серийное производство беспилотных летательных аппаратов, унифицировать их элементы и снизить себестоимость. Особое внимание было уделено интеграции с системами обнаружения и управления для того, чтобы, как подчеркнул Мантуров, "быть на шаг впереди оппонентов", говорится в статье Царьграда.

А ведь чиновников полтора года просили о помощи. Почему только сейчас работают? Публицист и военный волонтёр Алексей Живов сформулировал претензии, которые копились у военной общественности:

Почему речь о массированном производстве дронов-перехватчиков зашла только в июле 2026 года? В России до сих пор не разработана простая и понятая "система бустов" для производителей подобного вооружения. От разработчиков требуют результата, но не дают ресурсов - вместо этого они получают "бесконечные чемоданы обещаний".

Алексей Живов с досадой пишет:

Как так получается, что в стране полно денег на плитку и бордюры, но не хватает на дроны, ИИ, спутники и науку?

Гендиректор НПЦ "Ушкуйник", который производит для фронта легендарные дроны "КВН", Алексей Чадаев отмечает: отечественные дроны-перехватчики есть, причём разного форм-фактора, с разными тактико-техническими характеристиками и для разных дистанций поражения врага. Парадокс в другом – применять всё это добро некому.

У военных, особенно у ПВО-шников, жёсткий некомплект кадров, в БАРСы народ идёт разный и своеобразный, его ещё учить и учить. А гражданским "все нельзя". А антидронка, особенно зональная, – это сложная инженерная деятельность, требующая высокой квалификации кадров и не менее высокого уровня организации процесса,

- говорит эксперт. Успешное применение автоматизированных комплексов, говорит Алексей Чадаев, зависит от качества обучения боевых расчётов и качества организации управления этими расчётами.

Разработчик убеждён: отстоять объект от вражеских дронов с помощью лишь одного пояса защиты невозможно. Он настаивает: "защита должна быть зонально-объектовой – большинство целей должно сбиваться на дальних эшелонах, а объекты – это несколько поясов "средств последнего шанса". Но и эти эшелоны должны быть разными".

Разработчик представляет для этих целей простую схему:

Дрон-перехватчик самолётного типа – для дальних и средних эшелонов, 50-20 км. Перехватчики FPV – для ближних эшелонов, до 10 км. Стрелковое оружие (турели, спарки, "калитки" и зенитные установки) – в зоне прямой видимости. Мобильные огневые группы (МОГ) на "земле" – не только чтобы сбивать, но и чтобы отогнать повыше, где лучше работают радиолокационные станции (РЛС).

Алексей Чадаев выступает за развитие воздушного пуска дронов-перехватчиков с малой авиации, дронов-маток и аэростатов. Но главное - нужны обученные кадры, иначе так мы долго не победим.