Кого можно преследовать, а кого нет: Запад не реагирует на арест Кирилла Вышинского. Андрей Бабицкий

Ангеле Меркель отдельная благодарность. На фоне всеобщего молчания, она нашла в себе силы солидаризоваться с президентом России Владимиром Путиным, резко осудившим арест Кирилла Вышинского, руководителя информационного портала «РИА Новости-Украина»Беспрецедентная реакция, вернее ее полное отсутствие на вопиющий случай преследования журналиста требует отдельного рассмотрения. За Вышинского не вступились ни западные медиа, ни многочисленные правозащитные организации, среди которых немало тех, кто специализируется именно на проблемах, связанных с ограничением права на свободу выражения. Здесь и специальные комитеты ООН и ОБСЕ, и «Репортеры без границ» и «Международная ассоциация журналистов». К слову сказать, когда главой комитета ОБСЕ по свободе СМИ была Дунья Миятович (летом прошлого года истек ее срок), упреки в адрес украинских властей следовали каждый раз, когда в стране грубо попирались права журналистов.Справедливости ради отмечу, что «Репортеры без границ» все же выразили обеспокоенность арестом и попросили у украинских властей дополнительных подтверждений того, что Вышинский виновен в государственной измене.В чем причина заговора молчания? Может быть, дело не очень удобное? Как, например, у украинского кинорежиссера Олега Сенцова, имеющего в активе умысле на совершение теракта. Да нет, освобождения Сенцова добивается весь демократический мир, а что касается умысла, так ведь, — говорят нам, — ему его так и не удалось реализовать. Но руководствовался он самыми благородными намерениями — собирался протестовать против незаконной аннексии Крыма.Посмотрим, что вменяют Кириллу Вышинскому. Заместитель главы СБУ Кононенко говорит об «информационном сопровождении» то же самой аннексии. Не о поддержке, не об оправдании, а о таинственном «сопровождении». Бредовая формулировка понадобилась для описания обычной профессиональной работы — журналист просто рассказывал о происходящем, передавал новости, но вот взмах волшебной палочкой — и появляется это самое «сопровождение». Никаких статей УК Кононенко не приводит — выдвигаемое обвинение к закону не имеет ровным счетом никакого отношения.Или другой не менее Дикий пассаж. Вышинский «изготавливал материалы, как Украина ведет обстрелы» Донбасса. Да, господин Кононенко — в этом и заключается смысл работы журналиста. Если Донбасс подвергается обстрелам, то об этом необходимо рассказывать. Довести таким образом до Цугундера можно вообще кого угодно. Например, кто-то из корреспондентов освещает происходящее в России — это означает, что он «информационно сопровождает» действия государства, являющегося «агрессором и оккупантом». По-моему, звучит вполне убедительно.Ну то есть после брифинга означенного Кононенко стало окончательно ясно, что речь идет о преследованиях за исполнение служебного долга. Вот тут как раз и должны появиться на горизонте правозащитник всех мастей и призвать зарвавшийся Киев к ответу. Но все, как в рот воды набрали. Представьте себе, что в Москве арестован украинский журналист за то, что Федеральной службе безопасности не нравится содержание его корреспонденций. Представили? Нет. Действительно сложно. Украинские репортеры умудряются на пресс-конференции президента России задавать вопросы об аннексии Крыма, об оккупации Донбасса, и после этого никто не тащит их в подвалы Лубянки.Но давайте предположим на секунду, что такое произошло. В теории. Никаких сомнений в том, что Россию закидали бы тоннами воззваний, открытых писем, резолюций, призывов, гневных требований и претензий. И в ход пошли бы абсолютно верные слова и аксиомы о том, что нельзя преследовать человека за его убеждения, что нельзя ставить препоны свободе слова. Кампания зо освобождение Сенцова примерно так и ведется. Что не так в случае с Вышинским?Не так у Кирилла с работодателем. Причем речь даже не о РИА Новости, а в более широком смысле о российском государстве. Всякий сотрудничающий с Россией, которая является сегодня, в глазах международного сообщества, главным врагом демократии, автоматически признается солдатом той самой гибридной войны, а соответственно исключается из списка тех, чьи права необходимо защищать. Глава «Репортеров без границ» Кристоф Делуар в прошлом году в интервью изданию Télérama предельно открыто заявил именно об этом. Вот цитата: «…после принятия резолюции Европарламента, направленной против российской пропаганды, руководитель RT — канала, который должен будет появиться во Франции к концу года, — написала мне и попросила нашу организацию их защитить, ссылаясь на статью 19 Всеобщей декларации прав человека! Мы живем в эпоху, когда враги журналистики пользуются теми принципами, которые некогда служили для того, чтобы защищать журналистику». То есть российские журналисты — это «враги» профессии. На них не должны распространяться принципы защиты, действующие в цивилизованных странах.Это явление уже получило название политического и социального расизма. С его точки зрения, российские граждане, поддерживающие политику своего государства, не являются полноценными людьми, а потому и не обладают всей полнотой гражданских и политических прав. То есть поражение в правах большей части россиян уже давно стало свершившимся фактом. Поэтому взывать к неким «общечеловеческим» нормам, как это любят делать правозащитники и «Западные партнеры» в случаях, когда речь идет о преследовании людей, уже заблаговременно виновных в том, что они не считают Россию преступным государством, бесполезно. Эти нормы работают только тогда, когда в защите нуждаются люди с правильными, «демократическими» взглядами. Остальные могут очередь не занимать — их тут все равно не стояло.Андрей Бабицкий