Прапамять, правера моя...

* * *
Случайно? Да нет, не случайно
Возникнет из небытия
Мирская великая тайна:
Прапамять, правера моя.
Качая звезду на ладошке
Лампадкой в бессонной ночи,
Незримый великий художник
Начнёт рисованью учить.
Овалы лица, силуэты…
Бессовестность в ранг возводя,
Фарфоровых статуэток
И бюстовости вождя,
Создаст абсолют из абсурда,
И горести выльются в смех.
Откроются полог у юрты
И райского яблока грех,
Стоянки людей первобытных,
Скиты у нехоженых троп…
Услышу вой в камере пыток,
Увижу, как бьётся о гроб
Прабабка… Прапамять, правера:
Вкруг абриса рыскает рысь,
В котором беснуется серна,
Готовая вырваться ввысь.
Расправив слова за спиною,
Крылатым коньком на рысях,
Промчится в ночи надо мною,
О памяти вечной прося.
Я помню. Забыть невозможно
И не рассказать не смогу
О том, как опутанных ложью
Затравливали на бегу.

* * *
Мы замыкаем небо
В скобки оконных проёмов,
Сосредоточив взгляд свой
На облаках и крышах.
Слышишь?
Переговариваются шторы
Со шпорами и скакунами,
Которые споро рвутся
К высшим свободным нишам…
В оседлости насекомой,
В плену заобойных трещин
Не разглядеть искомое,
Не долететь, хоть тресни!

* * *
У ненастья холодные руки дождя
И слезящихся стёкол усталая бледность…
И бравурная дробь, без которой нельзя
Испытать одиночество и бесполезность…

* * *
Было пасмурно, сыро, стыло,
Да вот бабочка-махаон
С неба ангелом пестрокрылым
Опустилась в мою ладонь
И, сложив два крыла в молитве,
Замерла. И молитве той
Заподскрипывала калитка,
Заподдакивал хмель витой.
Что просила она у Бога
За неделю до холодов?
Не в бессмертие ли дорогу?
Не Эдемовых ли садов?
Может, в крыльях перетирая
Летних дней золотой песок,
Сокрушалась, что чашу Грааля
Не родил ни один цветок.
Видно, тщетно взбивала воздух
Из настоя цветущих трав…
Что осталось? В куколки поздно,
И с огнём позади игра…

* * *
Ангел вчера подарил мне своё крыло:
– На, – говорит, – шальная душа, пари!
Я бы с любым заключила любое пари,
Что и с одним взлечу! Только что потом?

Монокрыло – бесполезная, в общем, вещь!
Таинства неба оно не даёт постичь.
Что мне с ним делать? В лопатку впилось, как клещ.
Встану-пойду – принимается пыль мести…

Лебеди, пролетая, курлычут вслед,
Будто жалеют, подранка видят во мне.
Сколько ещё крыло мне доставит бед,
Видно, им, сердобольным, видней извне.

Ангел и я горюем на берегу –
Лодки и те бесполезны с одним веслом…
Ангел, ты знаешь, я без крыла смогу!
Мне и бескрылой с крылатым тобой везло!

День и ночь
Лета полярного разве что ночь длинней…
Стаду оленьему брюхо-то подвело!
Пара теней в остывающей тундре: по ней
С юной волчицей вожак бежит тяжело.
– Не промахнись, Акелла, не промахнись!
Если бежать от утренних звёзд на закат,
Можно прочесть по следу всю твою жизнь –
С первой строки была она нелегка.

Морда сама задирается в небеса:
Воет не воет, молит не молит Луну.
Нынче не просто волчья судьба на весах…
Стая готова пряник сменить на кнут.
– Не промахнись, Акелла, не промахнись!
Поторопись – эти сутки решают всё!
Если не прыгнешь вверх – опрокинут вниз,
Где не один до тебя в снегах занесён…

Завтра наступит день, налетит мошка,
Ласково солнце погладит сопок хребты…
Будет ли завтра, если кишка тонка,
Если на волчьи законы равнялся ты?
– Не промахнись, Акелла, не промахнись!
Перепроверь траекторию для броска!
Знаешь, звериным богам молись не молись,
Лишь на себя надейся, бежишь пока!

* * *
На диалог не опускаюсь,
Боясь до чёртиков, похоже.
Себя ругаю, но терзаюсь
Бессмысленною моноложью.
И виртуальные беседы
заканчиваю позитивом,
согласно выбранному кредо
с оптимистичным лейтмотивом.

Финал служебного романа,
Где роль моя второго плана
Страшней, чем ломка наркомана,
К развязке переходит плавно.
Мой выбор ничего не значит,
Мой голос не услышит зритель.
Я автора прошу: «Иначе
Сценарий ваш перепишите!»
Герои главные на сцене
Любовь играют, ждут оваций.
Брак в тридцать лет под три процента
Сдан на закупку декораций.

Сеть и разбитое корыто,
Кусок атласа – гладь морская,
Акула – золотая рыбка,
Старуха жадная и злая…
Старуха на меня похожа,
Корыто – это бабье счастье.
И правда в том, что сказка с ложью
Не может хорошо кончаться.

* * *
Наполни памятью воды
Пустые глиняные чаны,
Водою Рейна или Чада,
Дождями, каплями росы!
Хозяин Вод, Су Анасы
Из хляби нам даруют клады:
Горсть, капли знаний и пуды.
А людям – только то и надо!
Мы ловим с помощью уды
Столетьями сказанья, байки –
Их в водах косяки и стайки.
Ерши, акулы и киты
Философичны и просты
От гор Уральских до Ямайки.
Сирены, Нжери, Лореляй…
Запоминай! Запоминай,
Лей память вод – мы все из глины
Замысловатых форм кувшины…