«То, что в нашей власти одни п...дарасы, — это легенда»

В Москве и Петербурге продолжается клинч между бизнесменом Германом Стерлиговым и гражданами, оскорбленных табличками про «пидарасов» в витринах его магазинов. «Афиша Daily» поговорила с людьми, пожаловавшимися на него в госорганы, и с самим православным гомофобом.

На прошлой неделе в Москве открылся очередной магазин «Хлеб и соль» Германа Стерлигова – эксцентричного бизнесмена, основателя первой в стране торговой биржи и бывшего кандидата в мэры Москвы, пишет «Афиша».

 

 

Тринадцать лет назад у предпринимателя появилось новое увлечение — возрождение русского крестьянского производства и продажа сельскохозяйственной продукции. Сейчас в Москве работает уже пять его лавок «Хлеб и соль», еще шесть открыты по франшизе в Санкт-Петербурге, Кирове и Перми. Главное отличие предприятия Стерлигова от конкурентов — высокие цены. За свежий хлеб придется заплатить 1500 рублей, за «черственький» — 600 рублей. Но москвичей и петербуржцев возмутил не ценник заведения, а деревянная табличка в витринах — «Пидарасам вход воспрещен!».

 

 

Москвич Денис Шлянцев и петербурженка Вера Врубель обращались в правоохранительные органы и ряд государственных ведомств — от Роспотребнадзора до Инспекции по контролю за состоянием художественного оформления и рекламы. Вчера утром некоторые таблички убрали, но уже к вечеру на их месте появились новые, написанные от руки.

 

Вера Врубель, редактор:

«Все началось с того, что Герман Стерлигов повесил на моем доме вывеску «Хлеб и соль». Как я понимаю, магазин открылся только сегодня, но за неделю до открытия в его витрине поставили табличку с нецензурной надписью. Я даже не ожидала, что меня можно так сильно разозлить. Я почувствовала невероятное возмущение. Честно скажу, мне все равно, какую категорию граждан Стерлигов хотел оскорбить подобной надписью и кого он не пускает в свою лавку. Лично меня оскорбил тот факт, что на центральной улице Санкт-Петербурга в витрине магазина стоит табличка с бранью.

 

Самый простой способ пресечь подобное правонарушение — обратиться в правоохранительные органы. Поэтому вчера я пошла в отделение полиции № 28. Полицейские, конечно, перемигивались, но без проблем приняли мое заявление, пообещав передать его участковому. Честно говоря, я думала, что они будут громко смеяться, увидев мой опус.

 

Сегодня табличка исчезла. Видимо, после визита участкового. Но у меня есть ощущение, что ее как убрали, так могут так же легко вернуть. Завтра в рабочее время я свяжусь с участковым, чтобы узнать, что он сделал — например, составил протокол, наложил штраф, выдал предписание. Я не собираюсь играть с сотрудниками лавки в пинг-понг. Если они не слушают полицию, обращусь в суд. Не знаю, какой политический подтекст заключен в этой истории. У меня очень локальная цель. Я борюсь только с тем, чтобы в витринах питерских магазинов, тем более в моем доме, не было брани. Вот и все. Понимаю, что могу прослыть городской сумасшедшей, но меня это не беспокоит».

 

Денис Шлянцев, журналист:

«В середине апреля мне попалась запись в блоге Варламова об открытии магазина «Хлеб и соль». Естественно, написанное на табличке в витрине меня оскорбило. Хотя сразу же захотелось открыть прачечную под названием «…» (фигачечная) и пожинать плоды.

 

Я юрист по образованию, но работаю журналистом. Поэтому иногда скучаю по бюрократической лексике и пишу кляузы в различные ведомства. После чего наслаждаюсь неуклюжими отмазками и отписками. На магазин я накатал заявление в вольной форме, приложив к нему фото Варламова, и отправил в Роспотребнадзор. А заодно — на сайт президента РФ.

 

По закону ведомства должны отреагировать на заявление в течение месяца. Роспотребнадзор довольно быстро прислал отписку: «Ничего не знаем, никаких нарушений здесь не видим, передаем вашу жалобу в полицию, так как это мелкое хулиганство». Полицейские пока со мной не связывались, но сегодня пришел ответ из Инспекции по контролю за состоянием художественного оформления и рекламы о том, что табличку демонтировали. Но я не уверен, что ее действительно убрали. Так что это еще не победа. Буду продолжать переписку с ведомствами, что еще делать?»

 

Герман Стерлигов, владелец лавок «Хлеб и соль»:

«Мы не убирали таблички. Их вообще никто не трогал. Более того, не было никаких предписаний от властей о том, что мы должны убрать таблички. То, что в нашей власти сидят одни пидарасы, — это легенда. Большая часть из них нормальные люди. Это извращенцы распространяют слухи про наши власти. Если к нам все-таки придут с предписанием, мы будем решать этот вопрос в правовом поле. Так, как положено.

 

Таблички можно считать фейсконтролем на входе. Мы имеем право на свою территорию пускать только тех, кого считаем нужным. Так в любом клубе. Надпись совершенно цензурная. «Педерасты» — медицинский термин. А «пидарасы» — московский сленг. Слово «педераст» несет в себе четкое негативное отношение к этому явлению. Для детей как раз хорошо называть извращенцев негативными словами. Так они будут понимать, что быть извращенцем плохо. Можно еще называть извращенцев содомитами. Но «содомит» не так понятно — у нас очень необразованное население, «пидарас» ясно всем. Никакой нецензурщины в этом нет.

 

Пускай надпись оскорбляет извращенцев поганых, замечательно! Она как раз пидарасов и оскорбляет. Прекрасно! Они мразь, из-за которой Господь гневается на целые страны. Помните, что произошло с Содомом и Гоморрой? Там Господь уничтожил два города. Причем не только пидарасов, но и всех жителей. Потому что они толерантно относились к мужеложеству и стали их подельниками. Я не хочу, чтобы я или мои дети попали под раздачу, когда Господь будет уничтожать эту мерзость в очередной раз. Поэтому у себя на входе — не важно, в магазине или в «Слободе» — я четко показываю свое отношение к этому. И как бы говорю Богу: «Господи, я не разрешаю им заходить на свою территорию. Я не с ними. Я плюю на них. Я оскорбляю их. Это мразь. Это твои враги и мои враги. Поэтому не наказывай меня вместе с ними». Вот в чем логика».