Профсоюз против всех. Репортаж со встречи таксистов, недовольных агрегаторами
Поздним вечером у московского кафе с диодной вывеской «Шашлычок-24» припаркованы два десятка такси. Люди с усталыми лицами курят у входа, спорят, громко ругаются матом, иногда смеются. Впрочем, им совсем не весело. Большинство из них приехали на эту встречу после 14-часовой рабочей смены. Денег заработали мало.
Внутри во главе длинного стола сидит лысый крепкий мужчина в тельняшке под рубашкой — блогер и общественный деятель Олег Амосов.
— Подъезжаю утром к Балашихе, приложение дает заказ (его нельзя не принять, иначе вас заблокируют. — Прим. ред.), — рассказывает Амосов историю, которая уже три дня происходит со всеми. — Приложение обсчитывает поездку — ехать примерно 1 час 10 минут. Это еще до пробки. Пока я смотался за клиентом, собралась пробка. Мы ехали два с половиной часа, — Амосов выдерживает небольшую паузу, — и сколько мне начислили? 547 рублей!
Собравшиеся смеются.
— И с этих денег «Яша» (так таксисты зовут агрегатор. — Прим. ред.) забрал 27 процентов!
— Двадцать пять тысяч, что остаются, — это нормальная зарплата?
Двухметровый кабардинец Алим сидит справа от Амосова. Он не смеется. В Москве Алим с декабря 2016-го. Он приехал подзаработать на новогодние праздники, но понял, что заработал вполовину меньше, чем в предыдущие годы. Всему виной — «уберизация, которая, как вирус, скоро доберется» и до его семьи, уверен он. Тогда Алим остался в Москве и решил бороться: «Ради благополучия граждан РФ, которых сотни тысяч, у которых семьи».
Средний московский таксист, арендующий машину, зарабатывает «грязными» сто восемьдесят — двести тысяч рублей в месяц. Для этого ему нужно работать каждый день, без выходных. Сорок тысяч уходит на бензин. По пятьдесят — на аренду (по словам Алима и других таксистов, 90% арендуют машины. — Прим. ред.) и процент агрегатору. Плюс связь, мойка, мелкий ремонт и расходники. Алим спрашивает меня:
— Двадцать пять тысяч, что остаются, — это нормальная зарплата?
Алим и другие водители не доверяют журналистам, потому что думают, что все куплены «Яндексом». Николай — бородатый молодой блогер встречает меня вопросом, почему я пришел без пресс-секретаря «Яндекс.Такси» Элины Ставиской?
Они долго разглядывают пресс-карту и задают вопросы: с какой целью я пишу о них, кто мне заплатил и вообще, в чем мой личный интерес. Они не верят никому, потому что все — против них.
Прогресс
Один из таксистов, Сергей, уверен — их хотят уничтожить:
— Цель «Яндекса» и «Убера» в том, чтобы сделать машину без водителя. Поэтому вам проще головой разбить столб, чем с ними договориться, — говорит он. — В Японии в «Макдональдсе» знаешь сколько человек персонала? Ноль! Выбрал, оплатил картой, выехал поднос! Вот вам и ответ!
— Но есть же человеческий фактор! Фактор! — кричит мужчина с гарнитурой в ухе.
— Нам нужно создать такой механизм, когда будут полноценные налоговые отчисления, — урезонивает всех Олег. — Тогда государству будет это выгодно. У меня есть ООО. Я отдаю 64%.
— Да это будет второй «Платон»! — кричат ему.
Так получается: если не нравится работать — вставай и уходи. А мы кормим семьи. Мы зависимы. Мы люди
— Да, кто работать-то будет? Тебе тогда даже на бензин не будет хватать, — возмущается Сергей.
— Наша цель не убить «Яндекс»! Нам надо семью прокормить! — Евгений качает головой.
— А я готов посидеть месяц, чтобы убить «Яндекс», — говорит лысый мужчина со сломанным передним зубом. Его зовут Саша. — И ящички где-нибудь потаскать. И потоптаться на ихней могиле. Через неделю после того, как у них не будет водителей, они сами сдохнут.
— Саня, да они за месяц миллиард заработали! Они на этом миллиардике полтора года просидят, — опять пытается урезонивать Олег. — Поэтому насрать на сто тысяч таксистов, двести и на триста. Ездить будут таджики, а ты будешь ящички носить. А они на миллиарде сидеть.
— Короче, так получается: если не нравится работать — вставай и уходи, — грустно говорит Евгений. — А мы кормим семьи. Мы зависимы. Мы люди. У шахтеров есть Трудовой кодекс, у кого угодно. А мы вообще предоставлены сами себе.
Таксисты рассказывают, что иногда у них вскипает ярость и они начинают писать в службу техподдержки матерные письма. Но там все предельно вежливы.
— Электронно они отвечают, шаблонно! Пиши, и может быть тебе ответят. У меня 300 рублей за сорок минут езды, — говорит Николай. — А они пишут: «К сожалению, мы не можем повлиять на ситуацию». Или, как они еще говорят, это «единоразовая ошибка». Третий день уже продолжается эта единоразовая ошибка.
Коллеги
— Мы хотим, чтобы они не играли тарифами без предупреждения, — говорит Алим. — Мы хотим, чтобы была одна госкомпания, регулирующая тарифы! Уходит «Яша», «Убер», «Гетт». И их процент идет нам! Тарифы от этого не вырастут. Все довольны: государство, клиент, мы. Недовольны десять человек.
— Каким образом это можно сделать? — спрашиваю я. — Вот соберется тут тысяча человек, как вы говорите. Сколько в Москве таксистов? 20 тысяч машин.
— Вы нам и поможете. Они ведь нам не не верят. Как и многие в этой России!
— 27 марта бастовал? — спрашивает Амосов у Алима.
— Да, — как-то неуверенно говорит Алим.
— 27 числа вместе с дальнобойщиками я был здесь. Мы попытались заказать «Яндекс». Примерно в 12 часов ночи, — рассказывает Амосов. — Он пишет: «Нет свободных машин» — и поставил коэффициент 1,5 (увеличивает стоимость заказа. — Прим. ред.). Утром — 2,1. До трех дошел к обеду. Потом упал — потому что после обеда вышли работать люди. В Саратове был митинг. В Йошкар-Оле. В Перми. Это еще мало народу, потому что там совпало с Навальным. Вопрос: когда вы видели коэффициенты у «Яндекса» в последний раз?
— На Новый год! — кричат хором таксисты.
— Если нам начать бастовать? — спрашивает Алим. — Нас уже больше тысячи человек. В чаты посмотрите!
— В чатах *** одни сидят. Что, я неправильно говорю? Он пишет, что не вышел. Смотришь, а он сел и поехал! — спрашивает Евгений.
— Дагестан стоит. Дальнобоев уже гвардия окружила, а они стоят.
Клиенты
Таксист Фархат бьет себя в грудь. Он живет в Москве 15 лет. Последние несколько лет, по его словам, клиенты становятся все хуже.
— Едем, две сучки, значит, — говорит он. — Я не знаю, как их назвать по-другому. Они пьяные. Назвали адрес неправильно. Привез их, они меня давай унижать: ты нам будешь неустойку платить! Повез на другое место. Одна блеванула в машине. Так тихо, спокойно говорю: а кто мне будет за химчистку платить? А они меня посылают.
Фархат считает, что такси должно быть «немного роскошью».
— Они снизили тарифы ниже некуда, и мы скоро бомжей будем возить. Понимаешь? Каждый дурак, у которого есть сто рублей и которому неохота улицу переходить, будет самоутверждаться.
Сильнее пьяных клиентов Фархату не нравятся те, которые ставят ему оценки. Тех, кто ставит двойки втихую после поездки, он просто презирает. Есть и другие.
— Однажды я вез мужика. Все сделал как надо. Он спешил куда-то, я правила нарушал. Успели, он такой довольный. Говорит: давай я тебе пятерку поставлю в приложении. Я просто опешил, честно говоря. Пятерку! Я ему говорю: пошел *** отсюда. Дал бы рублей сто. А он даже не понял, в чем дело.
Государство
Идет уже второй час обсуждения. Таксисты пытаются решить, какая организация будет представлять их протест, но не могут договориться. Таксист Сергей называет себя «человеком-компромиссом» и просит обращаться к нему, если у кого-то между собой вражда. Саша со сломанным зубом явно не человек-компромисс: орет благим матом, что никакая организация не нужна. Обсуждают еще какие-то мелочи, и разговор приходит к главному.
— Они убрали маршрутки из дальних районов, туда фиг доедешь теперь, — кричит Саша. — Это специально было сделано, потому что снимает социальную напряженность. Наше государство это устраивает. Поэтому цены и опустили. Чтобы одни рабы возили других рабов за три копейки. Потому что бюджета нет ***. Он весь в Сирии и Украине!
— Да при чем тут политика? — возмущаются из одного угла.
— Всю Россию обворовал! С Димоном они там шустрят на пару, — кричат из другого.
— От кого вы чего-то ждете? — спрашиваю я
— От самих себя! — кричит мне Саша и добавляет: — Ждем от вас, когда вы уйдете. Нам надо обсудить тактику, а уже полвторого ночи.
Завтра всем снова ехать на работу.
Официальный комментарий «Снобу» пресс-службы «Яндекс.Такси»:
Стоимость поездки рассчитывается, исходя из тарифа (например, «Эконом» или «Комфорт»), расстояния до места назначения и времени в пути. До запуска мы несколько месяцев тестировали фиксированные цены на поездки в «Яндекс.Такси» в нескольких городах. Мы внесли некоторые изменения в мотивационную программу для водителей. Благодаря этим шагам, после введения фиксированных цен на поездки водители смогут сохранить свой заработок, принимая заказы через «Яндекс.Такси».