Черное и Белое: Двушечка за лайк

Число осужденных по экстремистским статьям в России за последние 5 лет выросло втрое. Особенно рьяно правоохранители взялись за раньше бесконтрольные соцсети. Но вскоре обнаружилось, что закон имеет недостаточно четкие формулировки – отсюда и абсурдность некоторых дел.+

Белое:

Сторонники сильной руки считают, что наша безопасность напрямую зависит от этого закона и тщательности исполнения наказаний по нему. А те, кто орет про полицейское государство и двушечку за экстремизм, ничего не понимают. Пусть лучше взглянут, как их любимая Европа, так гордившаяся своей гласностью, загибается от терроризма. Там не следят за соцсетями, как результат – вербовка новых сторонников. У нас же благодаря слаженным действиям силовиков терактов не было уже давно.

Россия только-только расправила плечи и начала восстанавливать былое величие, зачем нам сограждане, которые подрывают вновь обретенное чувство патриотизма и гордости? Они пытаются раскачать лодку и охаять все, что делает наша легитимная власть. Им не место в новой сильной России, если они чем-то недовольны или с чем-то не согласны – пусть уезжают. Россиянам неприятно, когда пытаются оправдать фашизм на Украине, обливают грязью «Бессмертный полк» или оскорбляют чувства верующих.

Западники так хотели правовое государство, так вот же оно! Есть закон, который работает и защищает общество от попыток осквернить нашу историю, умалить значение подвига русских во Второй мировой и назвать присоединение Крыма аннексией.+

То, что соцсети перестают быть территорией, где можно безнаказанно плевать в наши ценности – это логичное развитие интернет-сферы. А несколько громких случаев, так сказать, неправильных приговоров - не более чем очередная страшилка пиндосов о борьбе кровавого режима с оппозицией.

Градус русофобии растет с каждым днем, а значит, и вбросов от пятой колонны в интернете будет все больше. Нельзя путать инакомыслие и вседозволенность. В цивилизованном мире принято устанавливать флажки, за которые заходить нельзя. И пусть в Европе причитают о репрессиях в России, мы знаем, что на правильном пути, к которому рано или поздно и Запад все равно придет.

Черное:

Вечные оппозиционеры и критиканы считают, что закон излишне суров и призван помочь кровавому режиму бороться с проявлениями свободы слова. Они напоминают, что Россия подписала Шанхайскую конвенцию «О борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом», и там экстремизм понимается как деяние, «направленное на насильственный захват власти». Но Кремль приравнивает к насилию любое волеизъявление - всех, кто представляет опасность для его авторитета. Сталинизм вернулся, и «врагов народа», читай несогласных с властью, начали сажать в кутузки. Недалеко до ГУЛАГа.

Чем авторитарнее власть, тем больше экстремизма она находит. Плюс не надо забывать, как силовики любят выслужиться и полизоблюдствовать: чем больше они найдут провокационных постов во «Вконтакте», тем им больше премия. Мать-одиночка из Екатеринбурга сделала репост в поддержку Украины - получи-ка за «возбуждение ненависти и вражды к представителям власти» 320 часов исправительных работ. Девушку из Перми отметили на экстремистском видео, она отметку не отклонила - все, значит, тоже экстремист.

Раньше интернет оставался единственно свободной площадкой для выражения мнений во тьме тоталитаризма, теперь до тебя и там доберутся. А чего еще ждать от полицейского государства? Здравомыслия, верховенства закона и международного права? Это вы не по адресу, у нас тут своя, посадочная атмосфера.

Вывод:

Закон об экстремизме – необходим. Однако сейчас он содержит слишком расплывчатые формулировки. А если прибавить к ним еще и рвение силовиков, получается совсем уж глупость и перегибание палки. Бороться с экстремизмом нужно, но с холодной головой, а не рубить с плеча направо и налево. Сажать за репост или лайк – глупо и непродуктивно. Вряд ли федеральные власти одобряют такие действия судов и прокуроров, потому что это скорее во вред их репутации.

Посадки несогласных, о которых так любят рассказывать либералы, – это, конечно же, преувеличение, но абсурдность некоторых дел по антиэкстремистским статьям все-таки присутствует. Закон нужно усовершенствовать, дать четкое определение экстремизму, ведь неправильно, когда судья лично определяет, похоже это изображение на фашистскую символику или нет.

И все заверения о том, что это всего лишь кельтский крест, останутся неуслышанными. Важно, чтобы закон работал эффективно и не превращался в карательные меры для людей, которые всего лишь хотят высказать свое мнение. Но также важно, чтобы люди понимали, что они несут ответственность за свои слова в интернете и есть рамки, за которые нельзя выходить.

Даже в такой стране, как США, есть ограничения: нельзя называть чернокожих неграми, вести пропаганду ненависти по национальному или религиозному принципу и вообще призывать к насилию. А уж попытки смещения законной власти или конституционного строя познакомят желающего с прелестями методов ФБР.

Так почему же у нас путают свободу слова и вседозволенность? Не стоит забывать и про безопасность. Терроризм сегодня координируется через интернет, и это реальная угроза, с которой нужно бороться.

Так что ничего такого антидемократического в отслеживании соцсетей и борьбе с экстремизмом нет. Проблема, как обычно, в головах некоторых чиновников.