Кто сломал нос наследнику Акинфеева
Вратарь «Амкара» Александр Селихов, отразивший в минувшее воскресенье пенальти от Халка, рассказал «СЭ» о матче против Егора Титова, нарушениях дисциплины в «Зените» и криминальной истории в родном «Орле».
ТРЕНИРОВКИ НА ПЕСКЕ
— Своей карьерой я обязан троюродному брату и отцу. До 11 лет гонял мяч во дворе в родном поселке Нарышкино в Орловской области и не думал о большом футболе. Часто играл со старшими, поэтому приходилось вставать в ворота — как самому мелкому. Но в какой-то момент брат решил отправить меня в спортивную школу. Честно говоря, я не очень хотел — то ли боялся, то ли не верил в себя. Но они с папой настояли.
— Брат и отец имеют отношение к спорту?
— Нет, но папа ярый фанат «Орла». Ну и, конечно, «Амкара» (улыбается).
— Сейчас в Орловской области футбол в упадке. Какие там условия для тренировок?
— Да, сейчас с футболом катастрофа. Когда я начинал, у нас было одно поле, да и то из песка — только рядом с угловыми флажками трава была. А зимой играли в зале. Через год после моего поступления в школу постелили искусственный газон — первый в Орловской области! Но я на нем тогда недолго поиграл.
— Почему?
— Забрали в «Спартак». Мне было 12 лет, когда пришло предложение из Москвы. Взяли всего трех орловских, но никто из нас до выпуска не доучился. Я через полтора года вернулся обратно: в то время создавался региональный «Спартак», в который набирали ребят из других городов. Мне сказали, что есть вратарь сильнее, поэтому пришлось собирать вещи.
— Неужели не было смысла бороться?
— Не было, поэтому и вернулся. Но в Орле я тоже не хотел сидеть, поэтому папа позвонил в академию «Зенита», тогда она еще называлась «Сменой». Спросил, можно ли приехать на просмотр. Ответили согласием, и вскоре я прибыл в Питер.
ПЕНАЛЬТИ ОТ ПАРФЕНОВА
— Читал, что вам помешал закрепиться в «Зените» квартирный вопрос. Это правда?
— Это неприятно вспоминать, но… Понимаете, я в Питере косячил, нарушал дисциплину… Поэтому, когда спустя два года пришло время, мне сказали: жилье предоставлять не будем, ищи сам. Другим клуб предложил место, а мне — нет. Пришлось снова уехать в Орел. К тому же на тот момент у отца были проблемы со здоровьем. Сейчас, слава богу, все нормально.
— Как именно нарушали дисциплину?
— Опаздывал на тренировки, а иногда совсем не ходил в школу. Но я все проанализировал, сделал выводы. Такое уже не повторится. На «Зенит» я не обижен совсем, а на себя — да.
— Жалеете?
— Сейчас уже не жалею. Может быть, три месяца назад еще жалел (улыбается).
— У вас в Санкт-Петербурге появилась девушка-легкоатлетка. Не тянет к ней?
— А она уже ко мне в Пермь переехала этим летом.
— Вскоре после возвращения в Орел вы сыграли в историческом матче против возрожденного «Арсенала». Помните его?
— Конечно, помню! Там собралось 15 тысяч зрителей, ажиотаж бешеный, эмоции невероятные! Не сравнить с теми, что были в воскресенье в Питере, но тоже приятно. Мы сыграли 0:0, а я взял пенальти в исполнении Парфенова!
— В том матче помимо Парфенова играли Филимонов, Ковтун, Хлестов, Евсеев и Титов. Автограф удалось у кого-нибудь взять?
— Нет, хотя я слышал, что Титов обо мне в интервью лестно отозвался. Честно говоря, мне казалось, что он мог бы поиграть еще несколько лет. В том матче он выглядел достойно, через него шли все атаки, он все время обострял.
РАЗБИТЫЙ НОС
— Чем закончилась страшная история с заместителем гендиректора «Орла» Коршуновым?
— Начну сначала. В январе 2014-го я вернулся из аренды в «Амкаре», но «Орел» не взял меня на сборы, а затем не заявил на сезон. При этом руководство отказывалось продавать меня в другие клубы, выставив очень высокую цену. А предложения были, в том числе от одной команды премьер-лиги. Я подал жалобу в Палату по разрешению споров, «Орлу» это не понравилось, после чего произошел этот случай….
— Давайте восстановим события. Вы пришли в клуб, чтобы получить отметку в трудовой, а в ответ Коршунов сказал, что вместо отметки даст по лицу и сломал вам нос?
— Да… Но, естественно, ничего мне никто не возместил. Позже меня вызвали на заседание КДК, и контракт с клубом был разорван в одностороннем порядке, поэтому я смог перейти в «Амкар». Нос мне вправили, но две недели я не мог тренироваться.
— Коршунов хотя бы уволен из клуба?
— Не знаю, не слежу за ним. Но санкций к нему никто не применял точно. Хочется забыть эту историю поскорей. Уверен: жизнь расставит все на свои места.
РЯЗАНЦЕВ И ПЕЕВ ОТПРАВЛЯЮТ В СБОРНУЮ
— Во многих командах новички перед тренировками исполняют песни. А в «Амкаре» какой обряд посвящения?
— В ресторан сводишь всю команду — вот и посвящение. Если игроков несколько, то они скидываются. Так было и у нас: я, Дзахов, Киреев и Соломатин устроили фуршет для команды, но без алкоголя!
— В августе в матче с «Ростовом» вы дебютировали в премьер-лиге. Это стало для вас сюрпризом?
— Честно — да. В прошлом сезоне я в молодежном первенстве играл, за основу — только в товарищеских матчах. А за день до встречи с «Ростовом» Гаджи Муслимович Гаджиев подошел ко мне и спросил о психологическом состоянии. Позже он объявил состав, и я услышал свою фамилию.
— После игры Гаджиев что-нибудь лично вам сказал?
— Нет. Да в тот день было не до этого — мы ведь проиграли. Он и после «Зенита» ограничился общими словами, поблагодарил за второй тайм.
— Поздравлять вратарей с отраженным пенальти у футболистов не принято?
— Почему? Меня поздравили. Даже Рязанцев после матча сказал: «Ты что, хочешь сразу в первую сборную?».
— Халк руку хотя бы пожал?
— Только перед матчем (улыбается).
— В воскресенье у «Амкара» был еще один герой — Чума Анене. Он за дебютный гол проставился?
— Да он еще даже за приход не проставился, какой там гол! Теперь будем ждать, когда Салугин и Прудников забьют, чтобы они втроем накрыли стол!
— Георгий Пеев сказал, что видит в вас смену Акинфееву. А вы сами видите себя на чемпионате мира через три года?
— Не люблю загадывать. Знаю, что надо постоянно доказывать собственную состоятельность. Два сыгранных матча значат совсем немного. Для вратаря главное — стабильность. Будет стабильность — будет все остальное.