Как ревизионист холокоста Роман Юшков бодался с россиянским кривосудием

Отрицание, гнев, торг, депрессия и оправдание. Реабилитация нацизма в Пермском краевом суде.

Как шел процесс пермяка Романа Юшкова — единственного россиянина, который предстал перед судом присяжных из-за слов в интернете. ​

Холокост и ревизионист

В большинстве громких процессов с участием присяжных подсудимые обвиняются в преступлениях опасных и тяжких — убийствах, бандитизме или сбыте наркотиков. Но среди статей российского УК, отнесенных к компетенции присяжных, есть две, которые устанавливают уголовную ответственность исключительно за слова — это статьи 354 (публичные призывы к развязыванию агрессивной войны) и 354.1 УК (реабилитация нацизма).

«Пропаганда войны, в какой бы форме она ни велась», была уголовно наказуема еще в советское время (статья 71 УК РСФСР). Наследница 71-й — современная статья 354 — на практике почти не применяется: согласно статистике судебного департамента при Верховном суде, за последние пять лет по ней был вынесен всего один приговор.

Статья о реабилитации нацизма появилась в российском УК только в 2014 году. С тех пор виновными по ней признали восемь человек, и лишь один добился оправдания.

Это — 49-летний сотрудник Пермского регионального правозащитного центра Роман Юшков. «Известный пермский активист, эколог, журналист и писатель — всегда придерживался националистических взглядов, а в начале 2010-х годов вообще ударился в национализм "климовского" толка, замешанный на конспирологии и евгенике. В результате он отвратил от себя значительную часть местного сообщества», — писало о нем городское издание «Звезда», называя Юшкова «иконой местных неформалов».

Дважды суды признавали его виновным в экстремизме за публикации в интернете; по словам Юшкова, из-за этого он лишился должности доцента Пермского государственного национального исследовательского университета. Осенью 2017 года публицист стал фигурантом очередного уголовного дела.

Первый эпизод, который ему тогда вменили — отрицание фактов, установленных приговором Нюрнбергского трибунала; именно так звучит диспозиция статьи о реабилитации нацизма. Юшков опубликовал в соцсетях ссылки на статью блогера Антона Благина «Евреи! Верните немцам деньги за мошенничество с Holocaust Six Millions Jews!», добавив от себя эмоциональное предисловие:

«Уж сколько раз твердили миру… что так называемый холокост — бесстыдная разводка для гоев, немецких, русских и всех прочих по списку. И документы показывали, и кинохронику, и монографии научные Юрген Граф и другие европейские историки писали… Да только все не впрок. Продолжают с нас стричь моральные и материальные купоны».

Основываясь на архивном документе об освобождении Освенцима, который выложен на сайте министерства обороны, Благин писал, что советские военные насчитали в лагере всего «сотни тысяч» убитых, и делал из этого нелогичный вывод, что сведения о шести миллионах жертв в целом — «великий обман».

Историки называют разное число евреев, убитых нацистами, однако в России установлена уголовная ответственность именно за отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси. Шесть миллионов жертв в тексте вынесенного в Нюрнберге приговора упоминаются дважды. В первый раз — в пересказе показаний Рудольфа Хесса, коменданта Освенцима:

«Имеются показания об эвакуации 110 000 евреев из Румынии для ликвидации. Адольф Эйхман, которому Гитлер поручил проведение этой программы, подсчитал, что в результате проводившейся политики было убито шесть миллионов евреев, из которых четыре миллиона было убито в пунктах для истребления людей».

Второй раз это же число приводится в пересказе показаний Эрнста Кальтенбруннера, экс-начальника Главного управления имперской безопасности СС (РСХА):

«РСХА играло руководящую роль в "окончательном разрешении" еврейского вопроса путем истребления евреев. Для обеспечения выполнения этой программы был создан специальный отдел РСХА, входивший в ведение AMT-IV. По его указаниям было убито, приблизительно, 6 миллионов евреев, из которых 2 миллиона были убиты айнзатцгруппами и другими частями полиции безопасности».

Второй эпизод — возбуждение ненависти к евреям (статья 282 УК) — появился из-за того, что, в комментариях на фейсбуке публицист назвал одного из своих оппонентов Владимира Клейнера «гнидой семитской»; именно по заявлению Клейнера и было возбуждено уголовное дело.

Впоследствии в нем появился еще один эпизод по 282-й статье — за публикацию «ВКонтакте» и на фейсбуке статьи под названием «Хватит кормить чужаков». Юшков писал, что СССР был «большим банкетом исключительно за русский счет», ссылаясь на статистические данные за 1990 год, взятые из «Комсомольской правды».

Присяжные и стороны

Судили Юшкова в Пермском краевом суде в августе-сентябре 2018 года — по всем трем эпизодам.

Присяжным пришлось выносить вердикт, основываясь на публикациях в соцсетях, комментариях и лингвистических экспертизах — в отличие от отпечатков пальцев на пистолете или следов крови, оценка таких доказательств требует определенных интеллектуальных усилий. Да и отношение к тем преступлениям, которые вменялись публицисту, в обществе куда менее однозначное, чем, например, к убийству. Согласно исследованиям «Левада-центра», до трети россиян в той или иной степени разделяют антисемитские и ксенофобные стереотипы, а 10% считают свидетельства о Холокосте «сильно преувеличенными».

Все эти обстоятельства защите и обвинению пришлось учесть на стадии отбора — из 31 кандидата нужно было оставить восьмерых членов коллегии и трех запасных на случай, если кого-то из основных заседателей исключат.

Отбор кандидатов проходил так: сначала судья Олег Ахматов объявил, что двое кандидатов привлекались к уголовной ответственности, еще двое — к административной, потом пять человек взяли самоотводы.

Из ответов на вопросы, которые защитник Юшкова Иван Хозяйкин задал кандидатам, выяснилось, что только 17 из них знают, что такое репост, а три человека относят себя к народам, за неприязнь к которым и судят публициста; одна из кандидаток отметила, что исповедует ислам.

Следующая стадия отбора коллегии — обсуждение кандидатур и заявление мотивированных отводов. В деле Юшкова прокурор Максим Шадрин попросил отвести восемь претендентов — два из них высказались против уголовного преследования за слова. Об отводе восьми кандидатов попросила и защита, но суд прислушался к ней только в одном случае.

После отводов присяжными становятся первые восемь человек из списка кандидатов, следующие трое — запасные. Список формируется не в алфавитном порядке. По итогам отбора в коллегии, рассматривавшей дело Юшкова, остался всего один заседатель, который не знал, что такое репост, и процесс начался.

На всем его протяжении защита настаивала, что подсудимый просто анализировал сведения из открытых источников, а его трактовка исторических событий может не совпадать с общепринятой.