Об этически допустимых способах протеста
В Украине этот принцип сначала был нарушен в Киеве, на Майдане, когда 19 февраля 2014-го со сцены призывали киевлян прийти на площадь в как можно большем количестве, потому что... "беркутовцам" выдали оружие.
Дальше - больше. В Киеве сочувствующие "майдану", хотя бы, сами пришли и некоторые полегли потом под огнём "неизвестных снайперов". А на Донбассе решившие "подняться и взять в руки оружие", по сути, взяли в заложники несколько миллионов людей, не спрашивая, хотят они этого или нет. Тем более, не спрашивали об этом российские добровольцы, "отпускники" и "ихтамнеты".
Пример того, как допустимо протестовать, если уже совсем невмоготу, дал сегодня уважаемый российский учёный Альберт Разин:
"Кандидат философских наук, заслуженный деятель науки Удмуртии и защитник малых народов Альберт Разин совершил самосожжение перед входом в здание госсовета республики. По словам очевидцев, мужчина пришел с плакатом, на котором была написана цитата из стихотворения дагестанского поэта Расула Гамзатова "И если завтра мой язык исчезнет, то я готов сегодня умереть".
...
Альберт Разин - один из создателей Лаборатории национальных отношений Удмуртского государственного университета (УдГУ), был директором Института человека УдГУ до практически полного сокращения штата сотрудников. В последние годы Разин работал в Союзе ученых Удмуртии. Он также долгие годы был активистом удмуртского национального движения "Удмурт Кенеш" и придерживался порой "весьма радикальных взглядов", сообщил изданию один из участников движения Владимир Байметов."
В Бизнес-газете пишут:
"К зданию Госсовета Разин пришел не только с плакатом, но и двумя письмами. Одно из них, адресованное депутатам Госсовета Удмуртии, он и его помощники раздавали на улице. «Удмуртский этнос исчезает. В ваших силах спасти его», — такой призыв проходит лейтмотивом через все 8 страниц печатного текста. В письме ученый вспоминает, что, согласно переписи 1929 года, все удмурты владели родным языком, на котором велась не только документация, но и преподавались предметы в школах. «Такова была ленинская национальная политика. Но Сталин отошел от нее и пошел по пути русификации, удмуртский перешел в разряд „кухонных“, „второстепенных“ языков», — пишет он. Далее Разин утверждает, что сейчас эта пагубная политика продолжается, а в результате только треть удмуртов владеют родным языком. Ученый категорически не соглашается (и надеется, что любой здравомыслящий человек его поддержит) с изменениями в законе «Об образовании», которые сделали изучение национальных языков необязательным. С его точки зрения, такой шаг противоречит Конституции РФ. «Этих аргументов уже достаточно, чтобы сказать: стоп! Чтобы не допустить правового нигилизма, произвола», — подчеркивает Разин.
Что же делать? На этот вопрос Разин также сам отвечает. Например, предлагает вернуть обязательное изучения удмуртского языка в школах и детсадах, а при поступлении в вузы разрешить вместо экзамена по русскому и литературе выбирать изложение на удмуртском языке. Помимо этого, советует перенимать опыт Татарстана и Башкортостана и ввести круглосуточное теле- и радиовещание на удмуртском языке, а также дублировать на нем вывески с названиями улиц. Также среди предложений ученого — прекратить выставлять лапти в качестве удмуртского бренда, поскольку «древние удмурты жили богато, в лаптях не ходили», а заодно возрождать деревню, в Москву направлять лишь треть налогов.
...
Второе письмо Разин адресовал депутатам Госдумы от Удмуртии и председателю Госсовета УР Алексею Прасолову, в котором задается вопросом: «Есть ли у меня Отечество?» В нем он решает просветить парламентариев, кто же такие удмурты и чем они отличились от других этносов. Далее следует блок с претензиями к каждому из депутатов. Например, Игорю Сапко Разин припоминает случай, когда тот в бытность мэром Перми предлагал присоединить к краю Удмуртию, а Прасолова упрекает в том, что не принял и не дал высказаться. В письме ученый предрекает, что все империи обречены на распад, и призывает элиту России и Удмуртии присмотреться к опыту решения национального вопроса в Финляндии, Швейцарии и других странах.
Разин был одним из тех ученых, кто в июне прошлого года обращался к Госсовету Удмуртии, требуя не поддерживать законопроект о добровольном изучении родных языков в школах. «Это прямой путь к исчезновению родного языка, снижению этнического самосознания и ликвидации этнокультуры. Появление данного законопроекта свидетельствует о негативных симптомах в национальной политике нашего государства, о возрождении имперского менталитета», — писали тогда ученые клуба «Тодосчи».
Привлёк Альберт Разин внимание к проблеме уничтожения удмуртского языка и этноса, негативным симптомам в национальной политике России, возрождению имперского менталитета? Несомненно. Подвергал ли он опасности кого-то и унёс с собой из жизни? Нет.
Если эта проблема волнует достаточно большое число людей, мы увидим митинги и прочие акции протеста. Может, и самосожжения. Массовое голосование за кандидатов в местные органы власти, разделяющих такие взгляды, наконец. А если всех всё устраивает в этом плане и люди видят проблемы совсем в другом, то не увидим... Для того и демократия придумана, по большому счёту.