Начальнику орского СИЗО-2 и начальнику оперотдела продлили меру пресечения

Начальнику орского СИЗО-2 и начальнику оперотдела продлили меру пресечения. Вчера, 19 июля 2017 года, Ленинский районный суд Оренбурга вынес решение о продлении срока содержания под стражей начальника оперативного отдела СИЗО № 2 Виталия Симоненко до 20 сентября. Днем ранее Советский районный суд Орска также продлил срок содержания под домашним арестом начальника этого СИЗО Евгения Шнайдера до 20 октября. Основанием для продления меры пресечения должностным лицам СИЗО послужили запланированные следственные действия по расследованию смерти осужденного Владимира Ткачука. (Источник фото: http://www.orskeparh.ru)Напомним, в сентябре 2013 года в межрегиональную общественную организацию «Комитет против пыток» за юридической помощью обратилась мать осужденного Владимира Ткачука Надежда Чертовских. Она сообщила правозащитникам, что 5 сентября ей позвонил неизвестный и рассказал, что ее сына до смерти забили сотрудники СИЗО № 2 города Орска Оренбургской области, куда Ткачук был прикомандирован для отбывания наказания из колонии-поселения № 11 в качестве хозяйственного работника.Расследование по факту смерти Ткачука изначально велось вяло и безынициативно: об этом выразительно свидетельствует тот факт, что следователь следственного отдела по городу Орску СУ СК РФ по Оренбургской области Анастасия Чичина шесть раз выносила постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые впоследствии по жалобам правозащитников признавались незаконными и отменялись. Полгода следователь утверждала, что полученные многочисленные травмы у Ткачука – результат падения на него доски. Кстати, о том, что именно такой будет официальная версия и сотрудников СИЗО, рассказал Надежде Чертовских в ходе телефонного звонка неизвестный 5 сентября 2013 года.Следователя, по всей вероятности, устраивала такая картина происшедшего: якобы у стены стояла доска шириной 30 и толщиной 5 сантиметров, которыми осужденные стелили полы в помещении. Длину доски следователь почему-то не определила, обозначив её «примерно в 2-3 метра». Собственно, «доску-убийцу» следователь и не видела, а просто поверила сотрудникам СИЗО № 2 на слово. И вот эта доска, будто бы, возьми да и упади на голову Владимира Ткачука. Вот только судя по характеру и количеству повреждений, доска эта падала несколько раз…Позднее заключением специалиста ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Минобороны России было установлено, что «характер закрытой черепно-мозговой травмы у Ткачука В.И. указывает на то, что она образовалась в результате неоднократных ударов тупым твёрдым предметом (предметами) с преобладающей травмирующей поверхностью в лобную, теменные, височную и затылочную области головы».– По версии сотрудников СИЗО, Ткачук получил травму на производстве второго сентября, потом его водворили в ШИЗО якобы за то, что он отказался встать по команде «подъем». Согласно показаниям свидетелей, Ткачук, находясь в ШИЗО, просил оказать ему медицинскую помощь, высказывал жалобы на головную боль и очень плохое самочувствие, а в течение последних суток перед смертью он уже был в бреду, не понимал, где он находится. Однако врачи прибыли к нему лишь в 00.45 5 сентября, когда тот уже был в коме. В 02.50 того же дня медики зафиксировали смерть осужденного, – рассказывает юрист Комитета по предотвращению пыток Тимур Рахматулин, представляющий интересы матери погибшего.Уголовное дело по этому факту было возбуждено лишь спустя полгода, но и даже после этого следователи ни на йоту не приблизились к установлению лиц, виновных в смерти Ткачука: дело шесть раз прекращалось, и каждый раз правозащитники обжаловали подобные постановления следователей. Вместе с тем, 4 мая 2016 года юристы Комитета по предотвращению пыток подали в Европейский суд по правам человека жалобу в интересах Надежды Чертовских. В декабре того же года эта жалоба была коммуницирована – российским властям были заданы вопросы об обстоятельствах смерти Ткачука, а также об эффективности проводимого расследования на национальном уровне.7 июня этого года в рамках расследования уголовного дела по факту смерти Владимира Ткачука были задержаны двое высокопоставленных сотрудников орского СИЗО № 2: начальник Евгений Шнайдер и начальник оперативного отдела Виталий Симоненко.Позднее Евгений Шнайдер признал свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий с применением насилия») – он нанес несколько ударов в область рук и грудной клетки осужденному Владимиру Ткачуку. Главным виновным в избиении Ткачука следствие считает Виталия Симоненко. Ему предъявлено обвинение в совершении преступлений по двум статьям: превышение должностных полномочий с применением насилия, повлекшее тяжкие последствия, и причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.«Симоненко и его адвокат возражали против продления срока содержания под стражей, однако суд, изучив материалы дела, усмотрел, что ранее по делу уничтожались доказательства и есть основания полагать, что обвиняемый может уничтожить доказательства, а также воздействовать на свидетелей. При этом согласно материалам дела, большая часть свидетелей согласилась давать показания только при условии применения к ним мер безопасности. А вот Шнайдер и его защитник в ходе процесса не возражали против продления домашнего ареста, разве что просили разрешить один час прогулок в день, но суд отказал», – рассказывает член Комитета по предотвращению пыток Вячеслав Дюндин, представляющий интересы Надежды Чертовских.