Радость и тернии Русского пути
Мысли по поводу десятилетнего юбилея единения Русской Церкви
Объединение РПЦ МП с РПЦЗ — событие поразительное. Подобное редко бывает. Например, обе старообрядческие иерархии — белокринницкая и беглопоповская (новозыбковская), службы в храмах которых практически идентичны, пока далеки от объединения. Зарубежная Церковь лично мне была знакома задолго до объединения. Помню, еще в советское время прочитал книгу «Политиканы от религии», где можно было получить определенную информацию. В 80-90-е годы доходили книги, брошюры, изданные в Джорданвилле.
Еще до подписания Акта об объединении Первоиерарх РПЦЗ митрополит Лавр стал почетным попечителем нашего храма. Несколько лет тому назад я побывал в США, где неоднократно служил с духовенством зарубежников. Совершал молебны по старому обряду у мощей свт. Иоанна Шанхайского и в его келье в Доме милосердия.
18 мая с.г., в Центре Общества развития русского исторического просвещения «Двуглавый Орел», по инициативе Аналитического центра свт. Василия Великого, прошла конференция «Русская Православная Церковь в Отечестве и за рубежом: смысл, итоги и перспективы воссоединения РПЦ и РПЦЗ».
Прежде чем поделиться своими мыслями по случаю юбилея, расскажу немного об этой конференции. Открыл конференцию председатель Общества, генерал-лейтенант СВР в отставке, кандидат исторических наук Леонид Петрович Решетников. Запомнилось, что на последней встрече с нашим Президентом он услышал из его уст, что монархия — «очень красивая идея».
Приветствия участникам конференции поступили от архиепископов Берлинского Марка и Женевского Михаила. Из докладчиков особенно запомнились трое — Костряков А.А., протоиерей Всеволод Чаплин и диакон Илья Маслов.
В докладе Кострякова А.А., доцента кафедры истории Русской Православной Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ), доктора исторических наук «Начало РПЦЗ — взгляд Патриарха Тихона и Патриаршего Местоблюстителя митрополита Петра (Полянского)» анализировались десять документов, свидетельствующих о том, что правомочия Высшего Церковного Управления зарубежья признавались. Позднее оно было упразднено Патриархом Тихоном. Это, однако, не означало упразднение РЗЦ, квалификации ее как раскола, сомнений в ее каноничности. Большевики требовали большего: лишить сана и анафематствовать духовенство РЗЦ, занявшего непримиримую позицию. В последнем документе — Завещании Патриарха Тихона, которое якобы подтвердил митрополит Петр (Полянский), содержатся выпады против РЗЦ. Докладчик сослался на исследование священника Дмитрия Сафонова, доказавшего, что Завещание не было подписано Патриархом, и что имел место подлог, осуществленный «куратором церковных дел» Тучковым. Причиной ареста митрополита Петра (Полянского) в декабре 1925-го года был его отказ на требование властей поставить вместо митрополита Антония (Храповицкого) другого архиерея в Киев.
Протоиерей Всеволод Чаплин выступил с докладом на тему «Недовостребованное» наследие РПЗЦ: монархический идеал, критика СССР и Запада, неприятие экуменизма». Из доклада запомнилось: «Работает только конкретность и четкость позиций. Аргументы зарубежников против экуменизма более чем убедительны. Важно не заискивать, оставаться самим собой. Будущее не за парижской богословской школой, а за духовным наследием строгого направления в духе святых отцов».
Диакон Илья Маслов в докладе «Традиция и «миролюбие» в Церкви: полемика иеромонаха Серафима (Роуза) с протопресвитером Александром Шмеманом» сетовал на маловостребованность богословского наследия РЗЦ. Между о. Серафимом и о. Александром не было личного контакта и личной неприязни. «Вот настоящий человек и будущее за ним», - говорил протопресвитер об иеромонахе. О. Серафим говорил, что богословие, приспособленное к миру, — безплодно, оно обречено. Что в силу своей обмирщенности оно не может воспитать святых.
Как известно, о. Серафим выступал против поспешного предоставления автокефалии Американской Православной Церкви, так как она молода и есть угроза, что оторвется от корней и традиций и будет разъедаться модернизмом.
В 90-е годы в деятельности Союза Православных братств часто звучала тема РПЦЗ, необходимость ее объединения с Московским Патриархатом. Много было сделано для канонизации Царской Семьи. Была надежда, что благодаря этому объединению в лоне МП укрепится консервативная тенденция. Что будут если не полностью преодолены, то произойдут серьезные подвижки в изживании либерально-экуменическиих уклонов.
Все были рады, что объединение, наконец, наступило и Царская Семья (впрочем, не как мученики, а только страстотерпцы) была канонизирована. Далее, несмотря на некоторые корректировки в экуменической деятельности, из ВСЦ РПЦ до сих пор не вышла. Более того, все сильнее вырисовывается тенденция в сторону сближения с Ватиканом. Хотя в Критском Соборе делегация РПЦ и не приняла участие, но, тем не менее, проекты его документов на Архиерейском Соборе в феврале прошлого года были признаны не нарушающими чистоту православной веры и не противоречащими Преданию. Но среди этих документов есть документ, в котором наряду с Православной Церковью признаются и другие христианские церкви — и как это сочетается с членом Символа веры о нашей вере в Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь? Конечно же, и у зарубежников были моменты, вызывающие смущения. Например, при интронизации митрополитов Анастасия (Грибановского) и Виталия (Устинова) присутствовали инославные епископы в своих облачениях и т.д. Что касается Декларации митрополита Сергия (Страгородского), принятой в 1927-м году, то очевидно, что в ней не просто выражается лояльность к советской власти (это было и в послании соловецких епископов), а просматривается установка на союз и апологию власти, враждебной Церкви.
Да, было заявлено, что в настоящее время Церковь ею не руководствуется, но до конца так и осталось неясным, что это: мудрое оптимальное решение, достойное похвалы, или вынужденная мера, принятая под давлением? А если это так, то где же тогда сожаление и даже раскаяние в следовании путем, предначертанным ею?
В богослужебном плане тоже не все благополучно: службы постоянно сокращаются, все чаще за церковные стены вторгается мирская стихия. Несмотря на определенные подвижки, перелома в сторону доминирования канонического способа совершения крещения через полное погружение, к сожалению, не произошло. И, наконец, не могло не удивить, что Первоиерарх Зарубежной Церкви, духовно окормляющий сотни приходов практически на всех континентах, не вошел в состав Священного Синода.