Палата номер 666
Примеряю на себя сюжеты из медицинской практики, которые составили внушительную часть недельной новостной ленты. Причем примеряю то халат врача, то одежку больного. Если это сюжет, что имел место в Норильске, чувствую себя неудобно. Что-то жмет в груди. А, так то ж пуля!
Получил ее от пациента, который являлся ко мне с деликатной проблемой. «Доктор, — говорил он уже полгода, приходя на прием, как на работу, — а дайте еще какую-нибудь таблетку. Та не подействовала». И смотрел собачьими глазами.
На самом деле доктором там была женщина, и она знала досконально, как обстояли его дела. Нерадостно обстояли. Плохо. Можно сказать, совсем никак не обстояли. И вообще не к урологу-венерологу ему было надо, а в кабинет напротив. Но понимать это больной отказывался: при чем тут психиатр? Я, говорит, не голову хочу вылечить, а то, что по вашему ведомству.
Ответ, думаю, прозвучал такой: нету у меня больше таблеточек для вашего случая. А он посмотрел на меня тяжелым взглядом, вышел в ярости, вернулся с травматикой, переделанной под боевой, — да и жахнул. Теперь в нашей больничке (и еще в трех соседних, где я подрабатывал) нету уролога. Ребенок — сирота. А мужик сидит в СИЗО.
Следствие, конечно, разберется, что там на деле произошло. Но с точки зрения нервического пациента бездушный робот в халате, который мало того, что ничем не помогает, так еще и посмеивается (видел, видел, как за ширмой рот кривил) над трагедией его жизни, заслуживает своей участи. Не будет усмехаться. Могло такое быть? Да запросто.
После норильской трагедии и ряда похожих случаев активизировались разговоры о законопроекте, каковой приравняет наказание за покушение на врача к покушению на полицейского. Но мне в роли того доктора от этого не легче — это раз. А два... А два — то обстоятельство, что не все беды лечатся директивами и законами. Пусть даже правильными.
Защитить врача надо. Но давайте разберемся: а что там у подзащитного под халатом? Есть ли сердце? Вот пришли бы ко мне в кабинет герои еще одной истории, живо обсуждавшейся на этой неделе. Из Дальнегорска, где девочку-инвалида собака укусила. На месте доктора я бы первое, что спросил: когда прискорбное это происшествие случилось? И если бы услышал то, что услышал он — «укушена неделю назад, лечились подорожником», не факт, что я не сказал бы в порыве саркастического издевательства над дремучей мамашей: «Так пойдите теперь и поставьте свечку, чтоб собака бешеная не была!» Мог и сказать. Сорваться. Взять грех на душу. Нет, ну правда: твердим-твердим мы, медики, что при подозрении на укус бешеного животного надо бежать к нам сразу — нет, тянут.
А с другой стороны, если я припозднившаяся с обращением в клинику мамаша, то рассуждаю так: допустим, я темная. Подорожник, гусиный жир. Но когда даже до меня дошло, что ситуация критическая, врач не издеваться должен, а все что положено сделать. Уколы, прививку. Дьявольская жуть ответа про свечку и молитву в том, что, появись пациентка на неделю раньше, результат ничуть не изменился бы: вакцины в больнице нет. Там наводнение помножилось на нерасторопность. Не завезли.
Слушайте, граждане Эскулапы, мистеры Хаусы и товарищи Пилюлькины! Кроме сарказма и надежды на счастливый случай, есть еще кое-какие способы помочь несчастной девочке. Приморский Дальнегорск, где все это происходит, не на Марсе расположен, туда можно долететь, доехать за полдня из краевого центра. Надо бить в колокола, звонить по экстренному, будить начальство. А не производить на свет очередной скандальный интернет-мем «Поставьте свечку за собачку».
Но останемся верны эксперименту до конца — попробую опять влезть в шкуру доктора. Знаете, что бы я в этом случае ответил журналисту-морализатору? Лететь, говоришь, звонить, будить? А может, лучше пусть не будут спать те, кто, получая на порядок больше моего, не обеспечивает лечебницы необходимым, живя при этом как олигархи-лайт? На днях много шуму наделала история о том, как руководители республиканской больницы Симферополя установили себе миллионные оклады. Сплошь и рядом начальство подобных клиник полагает себя основным акционером доставшихся в удел учреждений, зачастую государственных — со всеми причитающимися дивидендами.
Мы же с болячками приходим не к главврачу, он на конгрессе в Майами, не к доктору Хаусу, тот вообще миф и легенда. Мы во многих случаях (к счастью, далеко не во всех — есть, есть там сердца под халатами) приходим к не особо удовлетворенному жизнью, усталому, погрязшему в таких, как и наши с вами, заботах, человеку.
И видим в его глазах равнодушие и тоску. А он в нас — дремучих и эгоистичных надоед. В какой-то момент это может наложиться на душевный срыв — и тогда новостная лента наполняется броскими заголовками.
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции