Радиант Пильмана (ОКОНЧАНИЕ)
Сон Огненного Шара
Он не очень хорошо помнил, что было в Начале…. Тьма, окутывала Его со всех сторон, такая тьма, что чернее всякой ночи. И теснота, что-то так сдавливало со всех сторон, что не было никакой возможности пошевелиться. Однако какое-то движение вокруг всё же ощущалось. Но было совершенно непонятно, что движется и куда.
А потом, вдруг, яркий свет и неожиданная свобода, и Он летит куда-то с огромной скоростью. Первое время всё вокруг сияло таким ярким светом, что невозможно было ничего разглядеть, но постепенно свет становился не таким ярким, и уже можно было разглядеть какие-то тени, проносившиеся мимо с огромной скоростью.
Наконец, однажды Он увидел, что это не тени летят куда-то, а, наоборот, груды света разлетаются стремительно во все стороны, а отдельные тени, соединились в одну тёмную угольно-чёрную бархатистую пустоту и только подчёркивали яркость этих летящих кусков света.
Он не понял, что именно произошло, но по какой-то причине Он начал вращаться, вначале медленно, а затем всё быстрее и быстрее. И тоже самое происходило и с другими летящими грудами света. Постепенно все они начали превращаться в шары разного размера. От некоторых из них отрывались светящиеся куски и тоже постепенно превращались в шары.
Он не мог понять, сколько прошло времени, да и было ли это время вообще, но как-то Он заметил, что вблизи него осталось только несколько небольших светящихся шаров, а все остальные оказались так далеко, что превратились в небольшие диски и Он уже не мог разглядеть подробно, что с ними происходит. Тогда он начал наблюдать за своими спутниками, которые кружились вокруг Него и, видимо, не могли или не хотели никуда улетать.
Время от времени Он ощущал, что внутри Него что-то происходит, какая-то невидимая сила вливалась в Него, и тогда он вспыхивал очень ярко, а иногда из него даже вырывались раскалённые струи. При этом Его спутники тоже становились более яркими. Наконец, однажды Он обратил внимание на то, что Его спутники начали темнеть, их свет становился всё слабее и слабее, а потом они перестали светиться совсем. Хотя, время от времени, на поверхности некоторых из них что-то вспыхивало, разливаясь чем-то багрово-красным, и летало яркими круглыми искрами. Но это было совсем не похоже на Его свет, который оставался таким же ярким, как и прежде.
Много раз Он видел, как где-то далеко, среди ярких светящихся дисков, неожиданно вспыхивал ещё один, который был намного ярче всех остальных. Тогда до Него доходили волны какой-то силы, которая связывала Его со всеми остальными, и Он уже не ощущал своего одиночества. Наоборот, Ему казалось, что Он и они – это одно целое, объединяемое этой неведомой силой.
Постепенно Он научился различать силы, которые притекали к Нему с разных сторон, и даже научился определять от кого, именно, исходила эта сила. Но как-то раз сила начала уходить из Него. Он растерялся. Такого ещё не было. Странно было то, что Он не видел того, кто отбирал Его силу. Всё было как всегда, но сила уходила от Него к кому-то неведомому. А потом Он разглядел, что с одной стороны пустота стала несколько темнее, чем была раньше и исчезли некоторые светящиеся диски, которые Он видел до этого в той стороне. Как будто там была какая-то тёмная пропасть. И тут Ему стало страшно по-настоящему.
К счастью всё обошлось. Откуда-то появилось что-то очень большое и светлое, оно светилось не так ярко как Он, каким-то матовым, мерцающим светом, но зато тёмная пропасть тут же сдвинулась с места и неспешно потянулась за этим огромным светлым пятном.
Постепенно Он привык к этой размеренной неспешности. К тому, что Ему приходилось делиться своей силой с Его переставшими светиться спутниками, но это было даже приятно. Они не брали лишнего, а только то, что им было необходимо, а Он, освещая их, мог получше разглядеть, что там происходит. Правда, некоторые из них были чем-то окутаны, и это что-то скрывало то, что находилось у них на поверхности.
И вот, как-то раз, эта монотонность была нарушена. Он не сразу понял, что произошло, а когда понял, то начал очень внимательно наблюдать за одним из своих спутников и увидел то, что Его поразило. Всё началось с того, что Он ощутил слабое движение силы, притекавшей к Нему откуда-то. Вначале Он подумал, что опять где-то вспыхнул новый диск, но внимательно оглядев всё вокруг, Он ничего нового не увидел.
Затем Он понял, что это слабенькое движение силы исходит из чего-то, что находится совсем рядом. Приглядевшись, Он обратил внимание на то, что один из спутников светится более ярко, чем обычно. Понаблюдав некоторое время, Он, вдруг, увидел, как на поверхности этого спутника вспыхнули и тут же погасли два огненных шара. И хотя это длилось всего мгновение, Он ни с чем не мог спутать этот огонь. Это был тот же огонь, который пылал в Нём самом.
После этого события, Он начал наблюдать за этим спутником постоянно и замечал знакомые вспышки ещё много раз, а приток силы от этого спутника увеличился. В этом не было бы ничего особенного, если бы не одно но. Сила, притекавшая от этого спутника, была не то, чтобы лишней, просто она была несвоевременной, она сбивала привычный порядок, вмешивалась в размеренный ритм, искажая его. А это вызывало какие-то непонятные движения силы уже внутри Него, а от Него это передавалось всем остальным и слаженное взаимодействие стало нарушаться.
Он подумал, что надо бы что-нибудь предпринять, что-то придумать, чтобы Его спутник перестал нарушать общий порядок.… Но тут раздался какой-то звонкий звук, Его качнуло, потом ещё раз…. А затем Он увидел вокруг себя всё те же стенки из металла с матовым жирным блеском и понял, что Его опять несут на встречу с Человеком.
«Посещение» или «рыжие карлики и одурманенные девицы» как кванты поля сил…
- Послушайте, земляк. Радиант Пильмана - это совсем простая штука. Представьте себе, что вы раскрутили большой глобус и принялись палить в него из револьвера. Дырки на глобусе лягут на некую плавную кривую. Вся суть того, что вы называете моим первым серьёзным открытием, заключается в простом факте: все шесть Зон Посещения располагаются на поверхности нашей планеты так, словно кто-то дал по Земле шесть выстрелов из пистолета, расположенного где-то на линии Земля-Денеб. Денеб - это альфа созвездия Лебедя, а точка на небесном своде, из которой, так сказать, стреляли, и называется радиантом Пильмана.
Аркадий и Борис Стругацкие. «ПИКНИК НА ОБОЧИНЕ»
Однажды, во время очередного перекура, кто-то упомянул в разговоре профессора Мартина Шварцшильда, одного из основателей теории звёздной эволюции, который как-то очень точно подметил, что:
«Если Вселенная управляется простыми универсальными законами, то разве чистое мышление оказалось бы не способным открыть эту совокупность законов? Тогда не нужно было бы опираться на наблюдения, которые приходится производить с таким трудом. Хотя законы, которые мы стремимся открыть, быть может, и совершенны, но человеческий разум далёк от совершенства: предоставленный самому себе он склонен заблуждаться, чему мы видим печальное подтверждение среди бесчисленных примеров прошлого. Действительно, мы очень редко упускали возможность впасть в заблуждение; только новые, полученные из наблюдений данные, с трудом отвоёванные у природы, возвращали нас на правильный путь».
Вслед за этим припомнили, что о звёздах и вселенной хорошо писал и Иосиф Самуилович Шкловский, дальше кто-то припомнил, что вот недавно совсем и кто-то из атомщиков, что-то такое высказал похожее и даже упомянул имя Александра Чистозвонова.
В общем, возник повод для того, чтобы перечитать и освежить в памяти работы М. Шварцшильда и И.С. Шкловского.
Преобладающее количество звёзд имеют в составе наружного слоя водород, причём в огромных количествах, затем следует гелий. Соотношение впечатляет на 10 000 атомов водорода всего одна тысяча атомов гелия. Обо всех остальных элементах можно не говорить. Их количество по отношению к водороду исчисляется десятками и единицами атомов. Есть исключения – это касается лития, углерода, редких земель и технеция.
Кроме того, несмотря на то, что концентрация межзвёздного газа чрезвычайно мала, в космосе нет вакуума, поскольку размеры объёма, в котором этот газ находится, гораздо больше, чем длина свободного пробега частиц. Таким образом, межзвёздный газ – это среда, которая полностью подчиняется законам газовой динамики. По этой среде могут распространяться волны, в том числе и ударные, и она подвержена турбулентности, а также имеет зоны полностью или частично ионизированные. В общем, как говорили когда-то – это эфир, а не просто пустота.
Эти факты известны достаточно давно, во всяком случае, Иосиф Самуилович Шкловский опубликовал свою книгу с изложением этих фактов ещё в далёком 1984 году. Если учесть время на подготовку к публикации и другие технические моменты, то эти данные были известны до 1980 года, а уж после 1984 года за два рубля с этой информацией мог ознакомиться каждый школьник, благо тираж был сто тысяч экземпляров.
Однако мы знаем, что уже в то время человек прямоходящий выводил в космос аппараты с ядерными источниками питания на борту, ничуть не заботясь о том, что с ними будет в дальнейшем. Главной проблемой было не допустить их падения на Землю, хотя и это случалось. Падение их на другие небесные тела, кроме двух-трёх избранных, мало кого беспокоило вообще.
И вот, теперь озвучивается мысль о том, что, поскольку мы не знаем, как поступить с той рукотворной радиоактивной грязью, которая накопилась на Земле, а часть её летает вокруг Земли, то, может быть, стоит превратить дальние космические подступы к Земле в свалку радиоактивных отходов. Вдруг, со временем, они превратятся в ценную руду. Как сказал незабываемый Павел Кадочников: «Тегрпение, мой дгруг, тегрпение! Ещё немного и Ваша щетина пгревгратится в золото».
Предлагается «выведение их за границу экологических притязаний человечества». А что будет, если Природа или ещё кто-нибудь, заявит свои права на эту же территорию? Будем защищать эту «границу экологических притязаний» очередным «глубокоэшелонированным бревенчатым щитом»? Особенно умиляют ссылки на природный реактор Окло, как на веский аргумент, подтверждающий безопасность накопления радиоактивных отходов.
Хотелось бы напомнить, вдруг, кто запамятовал, что: во-первых, реактор Окло существовал в эпоху, когда человек на Земле ещё только планировался, и работал он в течение шестисот тысяч лет, во-вторых, все его семнадцать зон работали на глубине четыре километра и в-третьих, его общая мощность находилась в пределах 25 киловатт.
Вон на Солнце и сейчас проходят термоядерные реакции, а на некоторых звёздах и ядерные тоже, о чём свидетельствует наличие технеция, давайте лучше на них ссылаться. Горят себе и ничего.
В связи с этим вспоминается древняя байка об охотнике, который аукнул в большую нору, а оттуда вылетела… электричка. Господа, прошу Вас, не аукайте без надобности в норы, содержание и принадлежность которых Вам доподлинно неизвестны. Может вылететь такое, что мало не покажется никому.
Давным-давно…. Зимними февральскими вечерами 1970 года на пустынных, заснеженных улочках дачного посёлка Комарово, что в пригороде Ленинграда, можно было встретить двух, несколько странного вида мужчин, которые неспешно прогуливались, что-то оживлённо обсуждая.
Если бы мы, незаметно приблизились к ним и прислушались, то услышали бы странные слова «сталкер», «обезьяна и консервная банка», «старатели-колдуны»,… «авторитет науки упал»,… «ожившие мертвецы»,… «брошенные биосистемы и разряженные батарейки». Эти непонятные слова и выражения изрядно перемежались «сволочами» и «дерьмами». Так, что внешне это было похоже на обсуждение некоей скандальной истории.
Однако мужчины, а это были два брата Аркадий и Борис Стругацкие, обсуждали вовсе не скандальную историю, а сюжет новой повести.
Через год, в январе 1971 года, там же в Комарове был составлен детальный план повести и начат черновик, а уже в ноябре того же года был закончен чистовой вариант повести. Эта повесть называлась «Пикник на обочине».
Затем через два года, в апреле 1973 года, писатели задумали ещё одну повесть, сюжет которой был определён реальными событиями в жизни братьев Стругацких. Нравственно-философская проблема, затронутая в повести отнюдь не была тривиальной.
Вот как описывает ситуацию один из авторов:
«Миллиард» стал для БН (и, разумеется, – по закону сообщающихся сосудов – и для АН тоже) повестью о мучительной и фактически бесперспективной борьбе человека за сохранение, так сказать, «права первородства». Против тупой, слепой, напористой силы, не знающей ни чести, ни благородства, ни милосердия, умеющей только одно – достигать поставленных целей, – любыми средствами, но зато всегда и без каких-либо осечек. И когда писали мы эту нашу повесть, то ясно видели перед собою совершенно реальный и жестокий прообраз выдуманного нами Гомеостатического Мироздания, и себя самих видели в подтексте, и старались быть реалистичными и беспощадными – и к себе, и ко всей этой придуманной нами ситуации, из которой выход был, как и в реальности, только один – через потерю, полную или частичную, уважения к самому себе. «А если у тебя хватит пороху быть самим собой (как писал Джон Апдайк), то расплачиваться за тебя будут другие».
Повесть была закончена в декабре 1974 года и вскоре опубликована, а называлась она «За миллиард лет до конца света».
К тому времени уже произошли события в Озёрске и в Уиндскейле. Но вряд ли братьям Стругацким об этом было что-либо известно. Разве слухи какие-нибудь. До событий на Тримайл Айленд и в Чернобыле было ещё очень далеко, а сверхновая Лебедя вспыхнет только через полгода.
Афонские монахи говорят, что случайностей не бывает, так как наличие случайностей означало бы, что Бог не всемогущ, а это недопустимое умаление Бога.
Нечто похожее, правда, несколько иными словами, говорят и в некоторых школах. Например, «если Вы на своём пути дважды встретили одного и того же незнакомого человека, немедленно «сворачивайтесь» и валите оттуда, как можно быстрее».
Ввиду того, что сговор этих учителей с афонскими монахами, равно как и получение взятки, кем бы то ни было из них, совершенно исключены, а их высказывания основываются на многовековом опыте, можно считать, что мы имеем доказанный факт – случайностей не бывает.
В повести «Пикник на обочине» братья Стругацкие написали: «Представьте себе, что вы раскрутили большой глобус и принялись палить в него из револьвера. Дырки на глобусе лягут на некую плавную кривую».
Так вот, если нанести координаты всех точек, где произошли аварии, начиная с 4 уровня по шкале INES и выше, на глобус, то они хорошо лягут на некую плавную кривую с очень небольшим разбросом. Обычно, инструктор по стрельбе в таких случаях говорит: «Метко, но есть проблемы с кучностью, надо поработать».
Для желающих убедиться в этом, приводим текущие координаты этих объектов с указанием, высоты над уровнем моря, дат и местного времени. В двух случаях не удалось найти в открытых источниках точного числа и местного времени, когда произошла авария, поэтому вместо числа проставлено «00», а время не указано.
1. 16:22, 29.09.1957 год, СССР, г. Кыштым (Озёрск), СШ 55* 45’ 22,00” ВД 60* 42’ 54,57” 230 м над у. м., 6 уровень INES
2. 11:00, 10.10.1957 год, Великобритания, Уиндскейл, СШ 54* 24’ 41,14” ЗД 03* 30’ 16,22” 23 м над у. м., 5 уровень INES
3. 04:00, 28.3.1979 год, Тримайл Айленд, США, СШ 40* 08’ 52,50” ЗД 76* 43’ 25,84” 91 м над у. м., 5 уровень INES
4. 00.03.1980 год, Сен Лоран дез О, Франция, СШ 47* 43’ 12,30” ВД 01* 34’ 48,45” 85 м над у. м., 4 уровень INES
5. 01:24, 26.04.1986 год, Чернобыль (Припять), СССР, СШ 57* 23’ 22,00” ВД 30* 05’ 59,00” 123 м над у. м., 7 уровень INES
6. 10:45, 30.09.1999 год, Токаймура, Япония, СШ 36* 27’ 58,69” ВД 140* 36’ 23,93” 20 м над у. м., 4 уровень INES
7. 00.08.2006 год, Флёрюс, Бельгия, СШ 50* 29’ 00,16” ВД 04* 32’ 43,53” 54 м над у. м., 4 уровень INES
8. 14:46, 11.03.2011 год, Фукусима, Япония, СШ 37* 25’ 13,96” ВД 141* 01’ 59,99” 35 м над у. м., 6 уровень INES
Если зависнуть над Чернобылем (Припятью) или над Кыштымом (Озёрском) на геостационарной орбите, то, начиная с некоторого расстояния от Земли, все точки будут видны одновременно. Этот эффект сохранится даже если орбита будет не геостационарная, то есть несмотря на вращение Земли.
Фотография отражает момент, когда наблюдатель находится на нормали, точно над точкой Чернобыль (Припять), 26.04.1986 года в 1 час 24 минуты местного времени на расстоянии 31 105 км от земной поверхности.
Попробуем, хотя бы приблизительно, определить область звёздного неба, где мог находиться стрелок. Для того чтобы выстрел оказался наиболее эффективным, траектория выстрела должна пересекать плоскость мишени под углом 90 градусов. То есть снаряд должен подойти к мишени по нормали.
Если перенести это условие на небесный свод, то точка, из которой лучше всего стрелять по некоей мишени на земной поверхности должна находиться в зените, либо, с учётом поправок на движение стрелка и мишени, проходить по некоей траектории как можно ближе к зениту.
При наблюдении метеорных потоков астрономы используют понятие радиант – это точка на звёздном небе из которой, как кажется наблюдателю, вылетают метеоры, попадающие в земную атмосферу. Часто эта точка имеет некоторые размеры в плане, тогда она называется областью радиации.
Существуют графические и математические методы определения радианта при помощи координат метеоров, полученных во время наблюдений звёздного неба. Очень часто вычисления дают размытые результаты, и тогда лучшим подтверждением наличия радианта метеорного потока является наличие в этой области стационарного метеора, то есть летящего прямо на наблюдателя. Стационарный метеор наблюдатель видит на небесном своде в виде точечной вспышки.
Воспользуемся ещё одним условием, которое подтверждает, что радиант не фиктивный. В круге радиусом 1…2 градуса должны пересекаться пути не менее трёх метеоров.
Таким образом, мы должны определить объекты, которые будут находиться в зените или в круге радиусом 1…2 градуса вокруг зенита в течение суток до и после момента аварии. Ну, что же начнём, пожалуй.
В северном полушарии на небосводе в течение года можно наблюдать восемьдесят восемь созвездий.
Если сопоставить время и даты аварий с кульминацией созвездий в эти дни, то выяснится, что через зенит, или близко к нему, в дни аварий, над всеми точками проходят три созвездия из восьмидесяти восьми. Это созвездия Ящерица, Персей и Лебедь.
Но над всеми точками, в дни аварий, кульминируют в зените звёзды только из созвездия Лебедя. Вот карты области зенита звёздного неба над пунктами, в которых произошли аварии, кульминирующая звезда отмечена кружком с перекрестием. Ближайшая к зениту окружность имеет радиус 10 градусов.
Кыштым (Озёрск), 29.09.1957 года, К–Лебедя подходит к зениту
Уиндскейл, 10.10.1957 года, К–Лебедя подходит к зениту.
Тримайл Айленд, 28.03.1979 года, одна из главных звёзд созвездия, Садр или Г–Лебедя подходит к зениту.
Сен-Лоран-дез-О, март 1980 года, Т–Лебедя подходит к зениту.
Чернобыль (Припять), 26.04.1986 года, К–Лебедя подходит к зениту.
Токаимура, 30.09.1999 года, Э–Лебедя подходит к зениту.
Флёрюс, август 2006 года, Т–Лебедя подходит к зениту.
Фукусима, 11.03.2011 года, Э–Лебедя подходит к зениту.
Итак, подведём некоторые итоги.
1. Кыштым (Озёрск), Уиндскейл, Чернобыль (Припять) – над этими пунктами в дни аварий кульминирует К(каппа) – Лебедя.
2. Тримайл Айленд – над ним в день аварии кульминирует Садр или Г(гамма) – Лебедя.
3. Сен Лоран дез О, Флёрюс – в дни аварий над ними кульминирует Т(тета) – Лебедя.
4. Токаимура, Фукусима – в дни аварий над ними кульминирует Э(эта) – Лебедя.
5. Все перечисленные объекты образуют область в виде треугольника с вершинами [Садр или Г(гамма) – Лебедя] – [К(каппа) – Лебедя] – [Э(эта) – Лебедя].
Желающие могут легко подсчитать вероятность такого совпадения событий.
Что же это за созвездие такое? Чем оно интересно? Вот оно во всей своей красе, по форме напоминает огромный крест.
Арабы, которые и дали названия основным звёздам созвездия Лебедя, были людьми практичными, и не отличались романтическим настроем, несмотря на их пристрастие к яркой и полной всяческих украшений речи. У арабов это созвездие называлось созвездием… курицы. А главная звезда созвездия по-арабски называлась «дгенеб эд-дажа жех», что в переводе означает опять-таки «хвост курицы». Отсюда и её современное название Денеб. Находящаяся в центре созвездия, звезда Садр – это «грудь курицы». И замыкает линию Денеб – Садр – Г-Лебедя, звезда Альбирео или В-Лебедя, что в переводе означает «глаз курицы». Вот как изображали когда-то созвездие Лебедя на картах. Лебедь летит по небосводу вниз к Земле.
Греки и римляне, были гораздо более романтичными – это они дали этому созвездию поэтическое название Cygnum, по-русски – Лебедь, в честь легендарного лебедя, под видом которого летал к своей любовнице, красавице Леде, Зевс-громовержец.
Несмотря на столь прозаическое первое название, созвездие Лебедя таит в себе много интересного. Так, впервые после 1934 года, 29 августа 1975 года в северной части звёздного неба именно в созвездии Лебедя вспыхнула сверхновая звезда. По яркости она была ярче Денеба, хотя светила очень не долго, всего три-четыре дня.
Годом ранее в 1974 году в созвездии Лебедя был обнаружен источник мощного рентгеновского излучения Лебедь Х-1 – двойная звезда. Предположительно, рентгеновское излучение вызвано падением нагретого газа на предполагаемую «чёрную дыру».
А в сентябре 1972 года в созвездии на несколько дней засияла рентгеновская звезда Лебедь Х-3, неожиданно увеличив поток радиоизлучения в 2000 раз. Через две недели вспышка повторилась. Необычным оказалось то, что рентгеновское излучение при вспышке совершенно не изменилось. Причём таких источников в созвездии Лебедя целых три Х-1, Х-2, Х-3.
Кроме того, в созвездии Лебедя находится очень мощный источник радиоизлучения Лебедь А. Эта двойная галактика, находясь от нас на расстоянии 600 миллионов световых лет, излучает на Землю радиоизлучение такой же мощности как наше спокойное солнце. И это происходит в течение миллионов лет.
Интересный объект 61-Лебедя – двойная звезда, состоит из двух оранжевых карликов. У одного из этих карликов есть невидимый спутник в восемь раз больший по массе, чем Юпитер. Система удалена от Солнца на расстояние 11 световых лет. Все перечисленные объекты помечены на звёздной карте красными стрелками.
Вообще у звёзд, кульминирующих над точками аварий, есть ещё одно общее интересное свойство – все они расположены достаточно близко к Солнцу. Например, каппа-Лебедя расположена на удалении 123,17 световых года, тэта-Лебедя – 60,65 световых лет, а эта-Лебедя на удалении 139,38 световых года от нашего Солнца.
Кроме того, следует сказать, что в созвездии Лебедя вообще достаточно много объектов, расположенных близко к нашему Солнцу. Так в окрестностях эта-Лебедя находятся объекты b1-Лебедя – 78,90 световых лет и b3-Лебедя – 133,84 световых года, 17Лебедя – 68,03 световых лет, вот их удаление от нашего Солнца. А Гиена (?-Лебедя) отстоит от нашего Солнца на удалении 72,06 световых лет. Все эти объекты есть на звёздной карте, и Вы без труда найдёте их.
Однажды швейцарский физик-теоретик Вольфганг Эрнст Паули высказал смелую гипотезу о существовании частицы с ничтожно малой массой покоя, «нейтрино», что и подтвердилось на практике через 25 лет, когда частицу обнаружили в лабораторном эксперименте. Оказалось, что у нейтрино, как и у других «приличных» частиц, имеется двойник «антинейтрино».
Вскоре академик Бруно Максимович Понтекорво предсказал, что существует два вида нейтрино – «электронные» и «мюонные», а также показал важность нейтрино для изучения звёздных недр. Поскольку нейтрино обладает ничтожно малой массой покоя, то эта частица способна проникать, без заметного поглощения, через стальную плиту толщиной в сто раз большей, чем расстояние от Земли до ближайших звёзд. Однако в этом и заключалась основная сложность, и Б.М.Понтекорво в 1946 году предложил идею эксперимента по обнаружению нейтрино.
Впрочем, первые эксперименты по обнаружению нейтрино, поставленные физиком-экспериментатором Раймондом Дэвисом младшим, были направлены на обнаружение нейтрино, которые излучались ядерными реакторами в огромных количествах. Цель этих опытов состояла в том, чтобы научиться различать нейтрино и антинейтрино.
Для нас частица нейтрино интересна тем, что, несмотря на огромное количество нейтрино, испускаемых Солнцем, детектор Р.Дэвиса, в дальнейших экспериментах, зафиксировал гораздо меньшее количество нейтрино, чем должно было быть согласно расчётам.
В попытках объяснить такие результаты эксперимента, было выдвинуто несколько гипотез. Так Уильям Альфред Фаулер предположил, что это связано с процессами, которые происходят в толще Солнца. То есть, если в силу каких-то причин понизится температура ядра Солнца, то соответственно уменьшится и поток нейтрино. Возможно, что такое понижение температуры ядра Солнца носит циклический характер.
Иосиф Самуилович Шкловский предположил, что если Фаулер прав, то это означает, что нынешний уровень солнечного излучения значительно ниже, чем в периоды более высокой температуры солнечного ядра. Но при уменьшении светимости Солнца должна понизиться и температура Земли. С учётом воздействия облаков и атмосферы, температура Земли сейчас ниже на 10…15 К, чем это было бы при обычном уровне светимости Солнца.
Такое предположение совпадает с данными геологов о том, что в настоящее время Земля переживает ледниковый период, который длится уже почти два миллиона лет. Кроме того, поскольку доказано, что оледенение Земли происходило на обоих полушариях, то это означает – причина ледниковых периодов находится в космосе. Ведь мало кто сомневается в том, что погода на Земле формируется под влиянием солнечной активности.
Да и оледенения Земли тоже носят периодический характер, примерно, каждые 200…300 миллионов лет. Впрочем, мы, кажется, ушли в сторону…. Нет никакой возможности передать полностью содержание дискуссии в помещении для курения нашего подразделения, для этого понадобилось бы и слишком много времени, и слишком много места. Поэтому ограничимся тем, что уже сказано, но добавим некоторые замечания.
То, что сейчас будет сказано, не принято говорить в обществе «зелёных» или любых других «защитников природы» - Человек это тоже Природа, поэтому говорить однозначно о том, что вся деятельность человека прямоходящего относительно остальной биоты носит только отрицательный характер, совершенно неверно и для этого нет никаких оснований.
В самом деле, возьмём, хотя бы, тот самый углекислый газ, который всех сейчас так беспокоит. Ведь когда-то его содержание в атмосфере было намного выше, чем теперь, но при этом биота переживала расцвет. Со временем содержание углекислого газа в атмосфере снизилось, парниковый эффект ослабел и понизилась температура. Соответственно уменьшилось количество питания для биоты.
Теперь же человек возвращает углекислый газ в атмосферу, что может привести к повышению температуры и, как следствие, к возможному улучшению условий для растений. Правда, сейчас углекислый газ возвращается в атмосферу намного быстрее, чем когда-то он из неё выводился.
Но однозначно сказать, что это плохо для биоты нельзя, хотя для человека – это не очень хорошо, так как человек появился уже при низком содержании углекислого газа в атмосфере и теперь ему придётся как-то приспосабливаться.
Когда-то Станислав Лем сказал, что «в космосе ничего не пропадает». Совершенно точно известно, что частицы космических лучей, достигшие верхних границ атмосферы, не исчезают бесследно, они оказывают значимое влияние как на среду обитания человека, технологии, созданные человеком, так и на самого человека, и любые другие биологические структуры на Земле.
Известно, что некоторое время тому назад проводились исследования космических частиц, в которых детектором служил человеческий мозг.
Поэтому, вполне правомерно будет задать вопрос: «А вот те нейтрино, которые в огромных количествах «печатают» блоки АЭС, независимо от страны нахождения, они бесследно исчезают из нашей жизни?»
Представим, что некий наблюдатель где-то там, на расстоянии «сюсюсят» световых лет вдруг обнаружил, что какая-то область его небесной сферы начала усиленно излучать нейтрино. Причём больше в этой области ничего не видно, ведь Земля очень мала и обладает очень малой светимостью. А по его наблюдениям поток нейтрино предваряет вспышку «сверхновой». Вот этот наблюдатель, он, что должен подумать?
Или вот та «тёмная материя», которой во Вселенной очень много, но мы о ней совершенно ничего не знаем, она как на наши нейтрино реагирует?
Что и где мы упускаем? Чьё воздействие или поле, каких сил и с какими «рыжими карликами» или «одурманенными девицами» в виде квантов, до сих пор нами не замечено?
Конечно, эти вопросы в известной степени носят риторический характер, но это совершенно не значит, что ответ на них не имеет значения. Как сказал в своё время Бенджамин Эмерсон: «Под всякой бездной раскрывается другая, ещё более глубокая».
Эпилог или «Нейтрино, нейтроны и Бруно Понтекорво»
Закончить это не очень весёлое повествование хочется небольшим рассказом известного математика Владимира Игоревича Арнольда.
«Недавно Академия рысей (Линчей)* посвятила заседание памяти скончавшегося в 1993 году Бруно Понтекорво — физика, жившего с 1950 года в России, работавшего долгие годы в Дубне в Институте ядерной физики.
Докладчик рассказал о происшествии, случившемся с Понтекорво много лет назад. Блуждая по окрестностям Дубны, Понтекорво заблудился, но к вечеру нашёл трактор, и тракторист взялся его подвезти. Желая быть любезным, тракторист спросил, чем именно Бруно занимается в Институте. Тот честно ответил «нейтринной физикой» (одним из создателей которой Понтекорво стал уже в 30-е годы).
Тракторист вежливо сказал:
— Вы хорошо говорите по-русски, но всё же есть некоторый акцент. Физика не нейтринная, а нейтронная!
Рассказывая в Италии об этом происшествии, Бруно добавлял:
— Надеюсь, я доживу до времени, когда уже никто не будет путать нейтроны с нейтрино!
Комментируя этот рассказ, докладчик заметил:
— Теперь, хотя Бруно до этого не дожил, его предсказание, пожалуй, сбылось: сегодня люди ничего не знают не только о нейтрино, но и о нейтроне!
Читая в Дубне в 2000 году лекцию для учителей «Нужна ли в школе математика?», я, ссылаясь на описанное выше предсказание Понтекорво, добавил: «Видимо, все эти прогнозы относятся не только к нейтрино, но и ко всей науке, в том числе и к математике — наши сегодняшние дискуссии о преподавании математики станут скоро бессмысленными потому, что никто в мире не будет уже знать, чем отличается треугольник от трапеции!».
Правительства всех стран наступают сейчас на науку, культуру и образование (этот процесс американизации часто неправильно называют глобализацией). Л. Н. Толстой писал: «Сила правительства держится на невежестве народа, и оно знает это, а потому всегда будет бороться против образования».
*) Название этой важнейшей Академии Италии происходит от представления о необыкновенной зоркости рысей.
По традиции должен сказать, что при написании данного опуса было израсходовано: клея канцелярского – одна банка, 100 грамм; ножниц – одна пара; некоторое количество варенья и банка кофе – дюжина.
В основу были положены следующие открытые источники:
1. Книга Моисея первая. Бытие.
2. Точное изложение православной веры. Творение