«Будем дружить вечно»
Такое пожелание на фотографиях довоенных лет можно встретить часто. То ли у фотографа фантазии на большее не хватало, то ли было ощущение, что впереди их ждут немалые испытания и такая дружба будет не раз востребована жизнью, не раз выручит в трудный час.
Моргаушцы Зосим Костин и Захар Кольцов до войны жили по разные стороны оврага. Зосим — за оврагом на Колхозной (Анаткасы), дом 20, а Захар — по левой стороне, на Чапаева, что в центре села. Вместе играли в мальчишечьи игры, учились в Моргаушской школе чуть ли не в одном классе. И позже не раз приходилось сталкиваться и решать насущные вопросы.
На фронт первым ушел Захар — 5 сентября 1941 года, уже через полтора месяца после начала войны. Вряд ли Зосим зафиксировал это в своей памяти — уходили на войну десятками. Зосиму повестка пришла следующей весной, и 8 марта 1942 года он вместе с другими односельчанами отправился в Большой Сундырь, где тогда были райцентр и военкомат.
Оба, и Зосим, и Захар, воевали достойно, за спины боевых товарищей не прятались, потому и пули-осколки нередко достигали их.
Раскроем хранящиеся в деле № 1721 фонда 33 Центрального архива Министерства обороны РФ наградные документы красноармейца Костина.
Командир 104-го стрелкового полка 82-й стрелковой дивизии 12 июня 1944 года пишет в представлении Костина З.Г. к награде: «Красноармеец Костин З.Г., участвуя в Отечественной войне с марта 1942 года, в боях с немецкими захватчиками имеет 3 ранения. Два легких осколочных ранения, полученных 22.8.1942 г. под г. Ленинградом. Тяжелое осколочное ранение, полученное в наступлении с 14.11.43 г. под городом Оршей. За неоднократное участие в боях с немецкими захватчиками, проявленные при этом доблесть и мужество, красноармеец Костин представляется к правительственной награде — ордену «Красная Звезда».
Через две недели, 26 июня 1944 года, приказ о его награждении был подписан.
Осенью того же года красноармеец Костин отличился снова. И тот же подполковник Жупанов выдвигает его к правительственной награде:
«В период наступательных боев в районе деревни Гальбуновка 10.10.44 года товарищ Костин проявил мужество и отвагу при отражении контратаки противника. Огнем из ручного пулемета расстрелял 19 вражеских солдат и, ведя по противнику интенсивный огонь из пулемета, сорвал вражескую контратаку, в результате чего дал возможность закрепиться нашей стрелковой роте на выгодном рубеже.
В районе деревни Появы 17.10.44 года в период наступления одним из первых ворвался в траншею противника, где уничтожил четырех вражеских солдат и одного офицера, чем способствовал выполнению боевой задачи своего подразделения.
За проявленные отвагу и мужество товарищ Костин достоин правительственной награды ордена Отечественной войны III степени.
Командир 104 стрелкового Неманского полка подполковник Жупанов».
Но командир 62-й стрелковой Борисовской Краснознаменной ордена Трудового Красного Знамени дивизии 31-й Армии 3-го Белорусского фронта гвардии полковник Левин не согласился с таким представлением и приказом № 0105 от 1 ноября 1944 года наградил его более высокой наградой — орденом Славы III степени: «От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество награждаю… красноармейца Костина Зосима Григорьевича — стрелка 1-го стрелкового батальона».
Не менее достойно воевал и Захар. Как говорится, пулям не кланялся. Потому и в одном из боев был ранен и отправлен в полевой госпиталь.
Оказалось, Зосим и Захар воевали совсем рядом. Захар лежал в госпитале уже не первый день. Вернее, уже не лежал, а находился, так как его перевели в команду выздоравливающих. Уже было время и побалагурить с медсестрами, и помочь по хозяйству (все-таки Захар до фронта был хорошим плотником), с удовольствием помогал санитарам — шли тяжелые бои, раненые поступали с передовой иногда по несколько раз в день. Захар внимательно всматривался в их искаженные болью и залитые кровью лица, силясь встретить знакомых бойцов. Раз за разом перечитывал списки поступивших раненых. Какова же была его радость, когда среди десятков фамилий его взгляд зацепился за знакомое имя — Зосим Костин! Сомнений не было, это его земляк и друг детства! Ну не такое распространенное имя Зосим, чтобы могла быть путаница! Но радость Захара была омрачена сообщением, что красноармеец Костин не выжил и его спустили в морг. Захар рванул туда. Возможно, хотелось самому закрыть глаза покинувшему этот мир другу и товарищу. Возможно, он уточнил у санитаров, где тело умершего Костина. Но случилось невероятное чудо: услышав свою фамилию, Зосим Костин пришел в себя и застонал! Захар сделал все, чтобы сразу же перенести Зосима из морга в операционную. Врачи сделали все возможное и невозможное, чтобы окончательно спасти вернувшегося с того света бойца. Было это, видимо, 26 марта 1945 года. Захар еще несколько дней ухаживал за своим другом Зосимом и написал его семье, что Зосим тяжело ранен, но жив. Это письмо пришло в Моргауши через несколько дней после похоронки на Зосима Костина, после того как его жена Ольга Степановна уже оплакала своего любимого мужа.
А Захар Кольцов практически на следующий день убыл в составе очередной маршевой роты на передовую и снова вступил в ожесточенные бои с противником. А через несколько дней попал в списки пропавших без вести. Долго ждали его жена и дочь известий о муже и отце. Лишь в один из августовских дней 1947 года Раиса Кольцова из села Моргауши получила извещение Моргаушского районного военкомата №6/72 от 14 августа 1947 года о том, что ее отец, солдат Кольцов Захар Степанович, пропал без вести в марте 1945 года.
Красноармеец Зосим Костин встретил День Победы в госпитале — том самом, где он таким невероятным образом остался в живых, практически вернулся с того света. В конце лета 1945 года он инвалидом второй группы вернулся к себе домой, в Моргауши. Старался достойно прожить жизнь, фактически подаренную ему другом детства Захаром Кольцовым. Когда позволяло здоровье, работал в колхозе. И сына, и дочь (в войну они с супругой удочерили племянницу) он воспитал такими же трудолюбивыми. Сын окончил лесотехникум в Мариинском Посаде, работал в лесном хозяйстве. Внук и две внучки, четверо правнуков, шестеро праправнуков несут по жизни память о поступке Захара Кольцова. Знают про это и в семье Захара — трое внуков, десять правнуков, праправнуки… Две семьи фактически переплелись, породнились. Одна из сестер жены Захара стала бабушкой по матери для внука Зосима Михаила. Его семья сегодня дружит с семьей внука Захара Владимира — они приходятся друг другу троюродными братьями.
Михаил Костин, внук Зосима Костина, майор в отставке, вышедший на пенсию с должности начальника штаба Моргаушского РОВД, не перестает восхищаться поступком Захара Кольцова: «Он действовал как настоящий русский, советский солдат. Своими действиями он спас моего деда от верной смерти. Дед мой постоянно с благодарностью вспоминал его, заходил, интересовался делами и жизнью семьи единственной дочери и жены Захара».
А красноармеец Зосим Костин числится убитым 25 марта 1945 года и захороненным в 100 метрах северо-западнее деревни Шенфельд Алленштайского округа Восточной Пруссии (ныне Ольштынское воеводство Польши, с 1999 года — Варминьско-Мазурское воеводство).
Также Зосим Костин проходит и в Книге памяти Чувашской Республики. Правда, в его имени появилась еще одна буква — Изосим.
ОТ РЕДАКЦИИ
Дорогие читатели!
Если вы знаете о каких-то событиях Великой Отечественной войны и готовы рассказать о ее участниках, об их мужестве и доблести, о проявлении ими во время тяжелых испытаний войны высоких человеческих качеств, поделитесь с нами. Мы постараемся рассказать о них в нашей газете.