Разве их мы хотели видеть на Красной площади?
Как Сталин сохранил Францию для послевоенной Европы.
В столице северного Мордора беда и трагедь! Правители Фрохана и Гермории отказались. Железная Меркель и плюшевый Олланд не приедут в Москву на 9-е мая. Парад Победы пройдёт даже не мимо них (как планировалось), а вообще – без них. «Мистрали» гордым строем не проследуют по Москва-реке, новенькие «Леопарды-2» со свежезаклеенными крестами не проедут по брусчатке Красной площади под радужными знамёнами Евросоюза.
Ликуют и упиваются горилкой незалежные хоббиты Междуземья, давятся на радостях хот-догами заокеанские эльфы, запасаются попкорном. Саурон заперся у себя в башне и в десятый раз смотрит фильм про самого себя. Мрак с Запада надвигается…
… А жаль. Жаль, что французские ветераны Вермахта и СС не поднимут боевые «сто грамм» с теми, кто не додавил их танками семьдесят лет назад на улицах Берлина, кто не доморил их голодом в лагерях для военнопленных (а только Красной армии сдалось свыше 20 тысяч французских солдат и офицеров Вермахта и легионеров СС, что, к слову сказать, больше, чем всё французское антигитлеровское «Сопротивление» вместе взятое).
Ну и, конечно же, жаль, что представители научной (хотя бы исторической) и политической (хотя бы консервативной) элиты Франции не поднимут в Москве бокалов с коньяком, не поблагодарят русских (и, посмертно – тов. Сталина) за то, что такая страна, как Франция – сохранилась на карте мира и Европы. Именно как государство.
И виноваты в этом прежде всего – мы! Ведь именно русские придумали и растиражировали миф о «сопротивляющейся Франции».
Как же — как же, Генерал де Голль, «Нормандия-Неман», война от Кутюр, сильвупле, мадам – можно ли ромашку в петлицу? И вперёд-вперёд, воевать ala Russ!
А на самом деле в петлицах было гораздо больше «Железных крестов», чем ромашек. Куда больше. И об этом нужно помнить. И напоминать.
Потому что (на самом деле) – Франция с 1940 года была крупнейшим союзником Германии и Италии во Второй мировой войне. И доблестно сражалась с союзниками по антигитлеровской коалиции. В Вермахте воевало свыше 300 тысяч французов (не считая ВМС, хотя последние очень даже отметились в Северной Африке, пустив на дно не один британский эсминец и десантный корабль).
За все пять лет войны, по данным Б. Урланиса, автора уникального труда «История военных потерь», во Франции из 40 миллионов населения погибли 20 тысяч человек (включая евреев). Для сравнения: в Югославии из 16 миллионов населения погибли 300 тысяч человек – это к разговору о сопротивлении. В то же время в войне на стороне Германии погибли свыше 50 тысяч французов.
Итак, кого мы хотели видеть на Параде Победы?
С июля 1941 по июнь 1944 года с просьбой о вступлении в Легион французских добровольцев обратились 13 тыс. человек, первая партия французов прибыла в Польшу уже в сентябре 1941 года — из 2,5 тыс. человек сформировали двухбатальонный французский 638-й пехотный полк под командованием полковника Роже Лабона. Французы носили форму Вермахта с сине-бело-красной нашивкой на правом рукаве. Знамя полка также было трехцветным, приказы отдавались на французском языке.
В бой на Восточном фронте, по иронии судьбы, французы впервые вступили в декабре 1941-го – на памятном их предкам Бородинском поле. Через неделю 1-й батальон понёс тяжёлые потери в бою, 2-й – от обморожений. 9 декабря французский 638-й полк был полностью отведен. Потери составили 65 человек убитыми, 120 — ранеными и более 300 человек больными и обмороженными.
Нет, такие зольдатен нам на передке не нужны, решили немцы, и отправили французов в тыл, оттачивать боевое ремесло на местных жителях – это у них называлось «контрпартизанскими действиями».
С 1942 года легион, имевший уже три батальона по 900 человек, использовали на Украине и в Белоруссии. В 1943 году его возглавил полковник Эдгар Пуо, бывший офицер Иностранного Легиона, получивший звание бригадного генерала, за успехи в противопартизанской борьбе он был награждён двумя Железными Крестами…
Ну, а самым известным подразделением французских добровольцев стала 33-я гренадерская бригада СС (затем дивизия) «Шарлемань» – названа так в честь «Карла Великого» (фр. Charle Magne).
В конце февраля 1945 года командование Вермахта бросило дивизию затыкать брешь в районе города Чарне в Польше, она вступила в бой 25 февраля с частями 1-го Белорусского фронта. 4 марта остатки дивизии перебросили в Берлин, где они в мае 1945 года и закончили свой боевой путь. Французы приняли участие в важнейшей операции войны – обороне Берлина. При этом, согласно воспоминаниям немцев, они дрались до последнего, защищая Рейхсканцелярию совместно с добровольцами из скандинавских стран из дивизии СС «Нордланд» (в этой же дивизии обороняли Берлин несколько десятков англичан из СС).
Больше того, и последним-то кавалером Рыцарского креста в недолгой истории предыдущего Евросоюза (за успешное уничтожение русских танков) в апреле 1945 года стал… французский легионер из «Шарлеманя» Эжен Вало (Следующая и, безусловно, заслуженная награда нашла героя спустя ровно два дня: ею оказалась простая свинцовая пуля калибра 7,62 выпущенная из автомата ППШ).
Такие вот союзнички. Что тут добавить? Лучше Кейтеля не скажешь. Когда главком вооружёнными силами Третьего Рейха вошёл подписывать капитуляцию и увидел среди победителей кого-то из французского командования, он проронил:
– Как, мы ещё и этим войну проиграли?
Поэтому-то, совершенно справедливо полагая Францию союзницей Германии и Италии, в Лондоне и Вашингтоне французские земли собирались причислить к подлежащим оккупации после Второй мировой войны территориям (наряду с Германией).
Только твёрдая позиция Сталина в Ялте спасла Францию от оккупационного режима, именно по его настоянию французов включили в антигитлеровский лагерь. Генералиссимус же настоял на выделении Франции особой французской зоны оккупации в Германии.
А что касается самой Германии, то один из ближайших и влиятельнейших сподвижников Рузвельта, министр финансов США в 1934-1945 годах Генри Моргентау, еще в сентябре 1944-го разработал «план аграризации Германии, имевший целью превращение ее в страну «полей и пастбищ»… «Моя программа ликвидации угрозы германской агрессии, — указывал Моргентау, — заключается в своей простейшей форме в лишении Германии всей ее тяжелой промышленности». Рузвельт и Черчилль одобрили «план Моргентау». И опять же именно по инициативе СССР на Крымской конференции в феврале 1945 года этот план был отвергнут,
… Благодарность и в отношениях между людьми – не так уж часто встречается, а уж в истории стран и народов вообще, кажется, никогда. Вот уж кому, казалось бы, ежедневно красные гвоздики к могиле Сталина у кремлёвской стены носить, ан нет – нос воротят, «Сталин хуже Гитлера» сопят.
via
В столице северного Мордора беда и трагедь! Правители Фрохана и Гермории отказались. Железная Меркель и плюшевый Олланд не приедут в Москву на 9-е мая. Парад Победы пройдёт даже не мимо них (как планировалось), а вообще – без них. «Мистрали» гордым строем не проследуют по Москва-реке, новенькие «Леопарды-2» со свежезаклеенными крестами не проедут по брусчатке Красной площади под радужными знамёнами Евросоюза.
Ликуют и упиваются горилкой незалежные хоббиты Междуземья, давятся на радостях хот-догами заокеанские эльфы, запасаются попкорном. Саурон заперся у себя в башне и в десятый раз смотрит фильм про самого себя. Мрак с Запада надвигается…
… А жаль. Жаль, что французские ветераны Вермахта и СС не поднимут боевые «сто грамм» с теми, кто не додавил их танками семьдесят лет назад на улицах Берлина, кто не доморил их голодом в лагерях для военнопленных (а только Красной армии сдалось свыше 20 тысяч французских солдат и офицеров Вермахта и легионеров СС, что, к слову сказать, больше, чем всё французское антигитлеровское «Сопротивление» вместе взятое).
Ну и, конечно же, жаль, что представители научной (хотя бы исторической) и политической (хотя бы консервативной) элиты Франции не поднимут в Москве бокалов с коньяком, не поблагодарят русских (и, посмертно – тов. Сталина) за то, что такая страна, как Франция – сохранилась на карте мира и Европы. Именно как государство.
И виноваты в этом прежде всего – мы! Ведь именно русские придумали и растиражировали миф о «сопротивляющейся Франции».
Как же — как же, Генерал де Голль, «Нормандия-Неман», война от Кутюр, сильвупле, мадам – можно ли ромашку в петлицу? И вперёд-вперёд, воевать ala Russ!
А на самом деле в петлицах было гораздо больше «Железных крестов», чем ромашек. Куда больше. И об этом нужно помнить. И напоминать.
Потому что (на самом деле) – Франция с 1940 года была крупнейшим союзником Германии и Италии во Второй мировой войне. И доблестно сражалась с союзниками по антигитлеровской коалиции. В Вермахте воевало свыше 300 тысяч французов (не считая ВМС, хотя последние очень даже отметились в Северной Африке, пустив на дно не один британский эсминец и десантный корабль).
За все пять лет войны, по данным Б. Урланиса, автора уникального труда «История военных потерь», во Франции из 40 миллионов населения погибли 20 тысяч человек (включая евреев). Для сравнения: в Югославии из 16 миллионов населения погибли 300 тысяч человек – это к разговору о сопротивлении. В то же время в войне на стороне Германии погибли свыше 50 тысяч французов.
Итак, кого мы хотели видеть на Параде Победы?
С июля 1941 по июнь 1944 года с просьбой о вступлении в Легион французских добровольцев обратились 13 тыс. человек, первая партия французов прибыла в Польшу уже в сентябре 1941 года — из 2,5 тыс. человек сформировали двухбатальонный французский 638-й пехотный полк под командованием полковника Роже Лабона. Французы носили форму Вермахта с сине-бело-красной нашивкой на правом рукаве. Знамя полка также было трехцветным, приказы отдавались на французском языке.
В бой на Восточном фронте, по иронии судьбы, французы впервые вступили в декабре 1941-го – на памятном их предкам Бородинском поле. Через неделю 1-й батальон понёс тяжёлые потери в бою, 2-й – от обморожений. 9 декабря французский 638-й полк был полностью отведен. Потери составили 65 человек убитыми, 120 — ранеными и более 300 человек больными и обмороженными.
Нет, такие зольдатен нам на передке не нужны, решили немцы, и отправили французов в тыл, оттачивать боевое ремесло на местных жителях – это у них называлось «контрпартизанскими действиями».
С 1942 года легион, имевший уже три батальона по 900 человек, использовали на Украине и в Белоруссии. В 1943 году его возглавил полковник Эдгар Пуо, бывший офицер Иностранного Легиона, получивший звание бригадного генерала, за успехи в противопартизанской борьбе он был награждён двумя Железными Крестами…
Ну, а самым известным подразделением французских добровольцев стала 33-я гренадерская бригада СС (затем дивизия) «Шарлемань» – названа так в честь «Карла Великого» (фр. Charle Magne).
В конце февраля 1945 года командование Вермахта бросило дивизию затыкать брешь в районе города Чарне в Польше, она вступила в бой 25 февраля с частями 1-го Белорусского фронта. 4 марта остатки дивизии перебросили в Берлин, где они в мае 1945 года и закончили свой боевой путь. Французы приняли участие в важнейшей операции войны – обороне Берлина. При этом, согласно воспоминаниям немцев, они дрались до последнего, защищая Рейхсканцелярию совместно с добровольцами из скандинавских стран из дивизии СС «Нордланд» (в этой же дивизии обороняли Берлин несколько десятков англичан из СС).
Больше того, и последним-то кавалером Рыцарского креста в недолгой истории предыдущего Евросоюза (за успешное уничтожение русских танков) в апреле 1945 года стал… французский легионер из «Шарлеманя» Эжен Вало (Следующая и, безусловно, заслуженная награда нашла героя спустя ровно два дня: ею оказалась простая свинцовая пуля калибра 7,62 выпущенная из автомата ППШ).
Такие вот союзнички. Что тут добавить? Лучше Кейтеля не скажешь. Когда главком вооружёнными силами Третьего Рейха вошёл подписывать капитуляцию и увидел среди победителей кого-то из французского командования, он проронил:
– Как, мы ещё и этим войну проиграли?
Поэтому-то, совершенно справедливо полагая Францию союзницей Германии и Италии, в Лондоне и Вашингтоне французские земли собирались причислить к подлежащим оккупации после Второй мировой войны территориям (наряду с Германией).
Только твёрдая позиция Сталина в Ялте спасла Францию от оккупационного режима, именно по его настоянию французов включили в антигитлеровский лагерь. Генералиссимус же настоял на выделении Франции особой французской зоны оккупации в Германии.
А что касается самой Германии, то один из ближайших и влиятельнейших сподвижников Рузвельта, министр финансов США в 1934-1945 годах Генри Моргентау, еще в сентябре 1944-го разработал «план аграризации Германии, имевший целью превращение ее в страну «полей и пастбищ»… «Моя программа ликвидации угрозы германской агрессии, — указывал Моргентау, — заключается в своей простейшей форме в лишении Германии всей ее тяжелой промышленности». Рузвельт и Черчилль одобрили «план Моргентау». И опять же именно по инициативе СССР на Крымской конференции в феврале 1945 года этот план был отвергнут,
… Благодарность и в отношениях между людьми – не так уж часто встречается, а уж в истории стран и народов вообще, кажется, никогда. Вот уж кому, казалось бы, ежедневно красные гвоздики к могиле Сталина у кремлёвской стены носить, ан нет – нос воротят, «Сталин хуже Гитлера» сопят.
via