Малоизвестные факты об Илье Муромце и его родине

1 января — день памяти преподобного Ильи Муромца. Церковь чествует его как святого, а народ — как главного богатыря Русской земли.
Слово «богатырь» ассоциируется у нас с недюжинной силой и смелостью, но если всмотреться в него, мы легко увидим там кое-что еще — слова «Бог» или «богатый». Русский народ подбирал слова с тщанием, так, что и через много столетий они открывают нам важные смыслы. Слово «богатырь» появилось в летописях в XIII веке и стало обозначать человека, одаренного богатством, божественным изобилием сил. До него славяне использовали более однозначные слова: “храбр” или “хоробр”, то есть “удалец”. Говорят, что сила богатырей по своему происхождению не только физическая. Они превосходят врага в том, что стоят на стороне правды. А Бог, как известно, «не в силе, а в правде». А тридцать лет, которые герой провел «на печи», следует понимать не как годы безделья и праздности, а как время научения смирению и подготовки к служению.
 Из былин известно, что все свое детство и отрочество Илья Муромец просидел на печи. Сообщается, что в 30 лет «не имел Илья во ногах хождения». Ученые, исследовавшие мощи святого, отметили в поясничном отделе искривление позвоночника вправо и явно выраженные дополнительные отростки на позвонках. Это значит, что в юности святой действительно мог страдать параличом. «Калики перехожие», которые явились в былине к Илье, могли быть, по одной из версий, народными целителями, вправившими Илье позвонки и отпоившими его целебным отваром. А по другой, исцеление и сила — чудо, дарованное Илие Богом.
«Илья Муромец» звучит куда серьезнее и впечатляюще, чем «Илья Чоботок». Тем не менее, оба этих прозвища принадлежали святому преподобному Илие Печерскому. Чоботок — это, как известно, сапожок. Прозвище это получил Илия Муромец после того, как ему пришлось однажды оборонятся от неприятелей сапогом, который он надевал на ногу в момент, когда на него напали. Вот как повествует об этом документ Киево-Печерского монастыря: «Есть также один великан или богатырь, называемый Чоботка, говорят, что на него напало однажды много неприятелей в то время, когда он надевал сапог, и так как второпях он не смог захватить никакого другого оружия, то начал защищаться другим сапогом, который еще не надел и им одолел всех, отчего и получил такое прозвище». Но это был не первый случай, когда Илье приходилось обороняться подобным оружием. В одной из былин разбить разбойников без числа богатырю помог шлем: И он начал тут шеламом помахивать, Как в сторону махнет — так тут и улица, Ай в другу отмахнет — дак переулочек.
Не все связывают образ былинного Ильи Муромца со святым Илией, чьи мощи покоятся в пещерах Киево-Печерской Лавры. Такое разделение — на сказочного Илью и реально существовавшего человека — во многом произошло из-за советской власти, приложившей немалые усилия для того, чтобы сделать из святого сказочного героя-воина. Необходимо было секуляризовать этот образ, дехристианизировать его. Например, именно в это время был искажен эпизод былины, в котором «калики перехожие» исцеляют Илью. В дореволюционном издании былины значилось, что «каликами» были Христос и два апостола. Советское же издание умалчивает об этом.
Село Карачарово сейчас входит в состав города Мурома. А на месте, где стояла изба Муромца, недалеко от Троицкой церкви, куда герой таскал с Оки на гору мореный дуб, который не могла тащить лошадь, стоит дом сестер Гущиных. Улица Приокская, 279. Сестры Гущины считают себя потомками Ильи Муромца в 28 колене. Прапрадед сестер Гущиных Иван Афанасьевич наследовал богатырскую силу Ильи Муромца. Он мог легко тянуть на себе воз, если лошадь не справлялась. А местные власти в свое время запретили ему участие в кулачных боях из-за смертельной силы удара. По другой версии, в боях этот человек все же участвовал, но с одним ограничением: связанными руками. Интересно, что недавно при чистке Оки нашли еще несколько древних мореных дубов в три обхвата каждый. Но не смогли вытащить на берег!
Удивительно, но святого Илию Муромца знают и на Западе, ведь он является главным героем не только русских былин, но и, например, германских эпических поэм XIII века, основанных, конечно, на более ранних сказаниях. В этих поэмах его тоже зовут Ильей, он тоже богатырь, тоскующий, к тому же, по своей родине. В германском эпосе Ломбардского цикла, в поэме об Ортните, повелителе Гарды, дядя повелителя — Илья Русский (Ilian von Riuzen). Он участвует в походе на Судере и помогает Ортниту добыть невесту. С женой и детьми Илья не виделся почти год, и в поэме говорится о его желании вернуться на Русь. Другой пример — скандинавские саги, записанные в Норвегии примерно в 1250 году: «Вилькина-сага» или «Тидрек-сага» из северного свода повествований о Дитрихе Бернском. У правителя Руси Гертнита было два сына от законной супруги Озантрикс и Вальдемар, а третий сын от наложницы — Илиас. Таким образом, Илья Муромец согласно этим сведениям не более и не менее, а кровный брат Владимира — впоследствии Великого киевского князя.
Город Муром носит название фино-угорского племени мурома, этническая территория которого охватывала нижнее течение Оки: «А по Оце реце, где втечеть в Волгу, мурома языкъ свой…» (ПВЛ, 1, 1950, с. 13).

Сведения письменных источников о муроме скудны. Под 862 г. ПВЛ сообщает, что мурома составляла дославянское население одноименного города, являлась его «первыми насельниками».

Многочисленные топо- и гидронимические данные позволили отнести мурому к фино-угорскому племени, по языку близкому к мордве, но отличавшемуся значительным своеобразием.

Большая часть археологических памятников муромы расположена на левобережье Оки, между ее притоками Ушной и Унжей и правобережьем Клязьмы. Памятники муромы занимали и левобережье Клязьмы, соседствуя на северо-западе по р. Тезе с могильниками и селищами меря.

Мордва была восточным и юго-восточным соседом муромы, мещера — южным.
Памятники раннего железного века Владимирской области принадлежат двум близким археологическим культурам: дьяковской и городецкой.

Носителей дьяковской культуры принято считать предками летописного народа меря, а племена городецкой культуры – предками муромы и мордвы.
Наиболее распространенным типом поселения муромы являлось селище.
Располагаются селища обычно на высоком плато коренного берега небольших рек, в пойме которых имеются заливные луга.

Этнически определяющими предметами для муромских женщин являлись головной убор, пояс, обувь, реконструируемые по сохранившимся металлическим деталям и украшениям. В состав головного убора входили жгуты, венчики, ремни, височные кольца, накосники.

Муромские украшения ног типологически отличны от мордовских. Одежда муромки изготовлялась из льняных и шерстяных тканей, меха. О покрое ее трудно судить. Возможно, подпоясанная одежда типа рубахи носилась с напуском, и подол ее с нашитыми шумящими привесками доходил до середины голени, открывая богато украшенные ноги. Женское убранство муромы постепенно эволюционировало.

В Х в. бронзовые украшения покрывали женщину буквально с головы до ног. Все они, начиная от височных колец, крупнее и массивнее, чем в предыдущее время. Так, среди шейных гривен преобладают гривны глазовского типа. В составе ожерелья увеличивается число металлических шумящих привесок различного рисунка.

Основу хозяйственной деятельности муромы в V—VIII вв. составляли животноводство (особенно коневодство) и земледелие. Вероятно, добыча и обработка железа уже выделились в самостоятельное производство. Литейное дело находилось в руках женщин.

Льячки муромы имеют форму овального ковшичка с односторонним сливом. Мастерицы этого времени выполняли работу не только на заказ, создавая настоящие шедевры ювелирного искусства, но и производили многие типы украшений серийно, по упрощенной технологии, заменяя кропотливую наборную работу отливкой. Такие изделия предназначались для продажи на рынке.

Превращение литейного дела в ремесло совпадает с появлением в X-XI вв. погребений литейщиков-мужчин.

Развитие ремесла у муромы не достигло своей высшей стадии — ремесла городского. Оставаясь деревенской, материальная культура муромы долго сохраняла этническое своеобразие. Значительно более поздняя, чем у меря, встреча со славянами также сказалась на длительном переживании традиционных приемов в кузнечном и гончарном деле, продолжительности бытования местных типов орудий труда, оружия, украшений. Так, муромские кузнецы еще в конце Х в. продолжали изготовлять наиболее распространенные орудия — ножи — по примитивной технологии: из цельного железа. Появление в конце Х в. славянских калачевидных огнив не вытеснило в быту традиционных огнив — пластинчатых.
Наиболее отчетливо этнические традиции муромы проявились в длительном бытовании глиняной посуды, которую женщины-муромки в XI в. изготавливали без гончарного круга. Посуда обычно выделывалась с большой примесью кварца, реже — шамота, отчего стенки ее шероховаты.

Ведущую роль в торговле мурома отводилась славянам, которые, начали колонизационное движение не только на Среднюю, но и Нижнюю Оку в IX в. Проникновение славянских вещей в инвентарь муромских могильников для IX в считается значительным. Также указывается на участие в окской торговле булгарских купцов. Это были «основные агенты» торгового движения по Оке и предположительно, что они могли не ограничиваться кратковременными наездами, но осуществлять постоянные и тесные связи с местным населением, получая от него пушнину, воск, мед. Булгарская керамика найдена на многих муромских селищах. В свою очередь, представители муромы бывали в Булгарах.

С участием славян в земле муромы ускорился рост ремесла и торговли, успешно развивался процесс градообразования, получила новый импульс восточная торговля.

Хорошее вооружение (поголовное у мужчин, женские погребения с конями) и устойчивый характер племенной организации муромы сыграли немаловажную роль в мирной адаптации славян в муромскую среду в X-XI веках: свидетельства о военных конфликтах дославянского периода в землях Поочья не известны. Причинами были близость этносов на окских территориях, плодородность земли и ее природные богатства, редкие вторжения иноземцев. Окский путь представлял собой стабильную артерию, связывавшую арабский мир через посредство Волжской Булгарии со славянскими землями и Западной Европой.

К XII веку мурома уже не упоминались в летописях, так как были ассимилированы и полностью вошли в состав Древнерусского государства, составив основу населения нижнеокских земель, имевших для Руси важнейшее стратегическое и экономическое значение.
Археологически установлено, что переселение славян на земли Нижней Оки, начавшееся в X веке, проходило в несколько этапов. Вначале новгородские словене и кривичи селились на окраинах муромских селищ, активно смешивались с автохтонами, создавая синтетическую славяно-финскую культуру, о чем свидетельствуют материалы раскопок. Причины этого были в общности жизненного уклада и способа ведения хозяйства, сходство религий и культов, юридических норм общества и военного устройства.

Появление славян на территории муромы относится к Х в. В это время в могильниках муромы появляются погребения с западной ориентировкой в отличие от фино-угорской северной ориентировки и набором славянских вещей. К концу XI в. процесс ассимиляции муромы славянами был в основном завершен.

(Источник: Л. А. Голубева. Мурома. АРХЕОЛОГИЯ СССР. М., 1987. 510 с. С. 81-92.)

Вот так из ассимилировавшейся муромы и появился русский богатырь Илья Муромец, также как и Алёша Попович из части ассимилировавшегося племени меря, но это уже другая история, не менее интересная и неизвестная для многих.

Поздравляю всех авторов, комментаторов и Глагне с наступившим 2016 годом!
Всем увколам и феечкам желаю в Новом Году чтобы «лежание на печи» принесло больше знаний и мудрости , здоровья Всем как у Ильи Муромца, да и побольше закидывать интересных статей из своих шеломов и чоботков на вентилятор TOPRU!