Кто сказал «Moore»?
Каталог классического рока обогатился замечательным релизом: «Moore Blues for Gary: a Tribute to Gary Moore». Отдать дань уважения Муру почли за честь многие знаменитые музыканты: Гленн Хьюз и Джо Линн Тернер, Стив Морс и Дон Эйри, Стив Люкатер и Эрик Сингер. Собрал всю эту честную компанию прославленный бас-гитарист Боб ДЕЙСЛИ, работавший с Гэри Муром на протяжении долгих лет. Корреспондент «Культуры» пообщался с организатором данного амбициозного, но при этом весьма трогательного альбома.
культура: Расскажите, как возникла идея записать альбом-посвящение Гэри Муру?
Дейсли: После того, как Гэри покинул нас в 2011 году, я поймал себя на мысли, что в отношении одного из величайших музыкантов всех времен было сказано и сделано до обидного мало. В 2013-м я задался целью создать собственный трибьют-проект. Обратился с предложением к артистам, которым в разные годы посчастливилось работать с Гэри. Они откликнулись с таким искренним энтузиазмом, что мне стало ясно: дело необходимо довести до конца.
культура: Что представлялось наиболее важным при составлении окончательного списка песен?
Дейсли: В каталоге Гэри огромное количество прекрасных композиций, но я хотел сделать акцент прежде всего на блюзовой составляющей, потому что именно она принесла Муру всемирную славу, любовь поклонников и уважение коллег. Конечно, не все песни с пластинки — блюзы в прямом смысле этого слова: например, «Empty Rooms», «The Loner», «Parisienne Walkways» или «Don’t Believe a Word». Но они напрямую ассоциируются с фигурой Гэри Мура. Я просто не мог не включить их в программу, постарался лишь сделать такие аранжировки, чтобы они гармонично уживались с остальным материалом диска.
культура: Вы работали с Муром на протяжении двух десятилетий и, очевидно, знали его лучше, чем многие другие коллеги-музыканты. Каким он был человеком?
Дейсли: Гэри был очень добродушным и искренним. Что же касается его замкнутости — это не совсем верно. Ему было свойственно ценить уютное уединение и оберегать свою частную жизнь. При этом у него было превосходное чувство юмора, порой мы хохотали до упаду, да и вообще, почти всегда находились на одной волне. Однако когда дело касалось музыки, он был очень серьезен и скрупулезен, внимательно следил за тем, чтобы все было исполнено в лучшем виде.
культура: Связываете ли Вы с проектом «Moore Blues for Gary» большие надежды? Есть ли планы отправиться в турне, или это единовременная, сугубо студийная акция?
Дейсли: Понимаете, в чем штука. В проекте принимали участие 28 человек. Таким огромным коллективом, состоящим из нескольких гитаристов, вокалистов, барабанщиков и клавишников, в турне не ездят. Для более-менее полноценного тура нужно набрать постоянный состав из пяти-шести участников. Но если пойти на это — значит, обидеть тех, кого оставил «за бортом», а мне бы этого не хотелось, учитывая, с какими прекрасными людьми мне довелось сотрудничать.
Возможно, решимся как-нибудь устроить большое шоу в престижном зале, вроде «Ройал Алберт Холла», соберем всех участников проекта.
культура: В уходящем году любители классического рока отметили сорокалетие программного альбома группы Rainbow «Long Live Rock’n’Roll». Какие у Вас сохранились воспоминания о пластинке, название которой стало одним из главных слоганов популярной музыкальной культуры? И каково было работать с Ричи Блэкмором?
Дейсли: Я прекрасно ладил с Ричи. Да, он перфекционист до мозга костей, но если ты делаешь свою работу на достойном профессиональном уровне, никаких проблем с Блэкмором не возникает.
Что касается альбома, то я пришел в Rainbow, когда запись «Long Live Rock’n’Roll» шла полным ходом, и, по сути, сыграл лишь на трех треках, зато на каких: «Gates of Babylon», «Kill the King» и «Sensitive to Light». Эти вещи — ярчайшие на пластинке. К тому же многими поклонниками и критиками тот состав «Радуги» признается классическим: DVD «Rainbow Live in Munich» это наглядно демонстрирует. Я очень горд тем, что был частью той истории.
культура: На протяжении внушительной карьеры с кем из великих Вы только не играли: от Гэри до Оззи и от Uriah Heep до Black Sabbath. Непросто, наверное, работать в коллективах, где уровень эго на единицу площади зашкаливает неимоверно?
Дейсли: Да, такой аспект, несомненно, присутствует. Бьющие через край амбиции, неуемная жажда славы, эмоции на разрыв аорты и, как следствие, постоянные нервные срывы — все это неотъемлемая часть большого музыкального бизнеса. Но, знаете, мне в основном везло. Большинство из тех, с кем я делил сцену и студию, были превосходными исполнителями и весьма приятными людьми.
культура: Существует полушутливая поговорка: «Бас-гитарист — скрытый король рок-н-ролла». И каково это — являться одним из них, ведь Вы не расстаетесь со своей басухой уже без малого полвека? Кто оказал на Вас наибольшее влияние, когда только начинали?
Дейсли: Начинал я, как, наверное, большинство «работников баса», с обыкновенной гитары, в 1963 году. Мне тогда было 13. Услышал одну команду, игравшую в стиле «surf», в их составе был музыкант с электрическим басом. Я моментально влюбился в этот инструмент, хотя паренек играл, как я потом понял, весьма посредственно.
Многое в моем музыкальном становлении значило то, что мама во всем поддерживала. Она купила первую в моей жизни бас-гитару Futurama и небольшой басовый комбик Jason15. Постепенно начал слушать пластинки из коллекции моей сестры и походя снимать басовые линии Пола Макартни и Джета Харриса (первый бас-гитарист британской группы The Shadows. — «Культура»). Я довольно быстро прогрессировал и в скором времени стал открывать для себя других корифеев баса — Джека Брюса из Cream, Пола Сэмьюэла-Смита из The Yardbirds, Билла Уаймена из The Rolling Stones, участника Led Zeppelin Джона Пола Джонса и других мастеров. Все они в той или иной степени повлияли на меня.
Самое сложное в работе басиста — сделать все правильно и стильно. Никогда не лишне учиться у других — так проще выработать собственный почерк. Основная задача человека с басом — усилить впечатление от песни, украсить ее, не перетягивая одеяло на себя. Идеальный бас-гитарист умеет совмещать глубокий «грув» с изящными мелодическими находками. Таков в моем понимании Пол Маккартни. Но, надеюсь, мне тоже кое-что удается.
культура: Каким Вам видится будущее рок-культуры?
Дейсли: Думаю, всегда интересно и волнительно ожидать новых свершений. Какой эта музыка получится — другой вопрос. Но, на мой взгляд, многое в этой области до сих пор продолжает упираться все в тот же блюз: его возможности поистине безграничны и до конца не изучены. Без блюза не было бы никакого рок-н-ролла — даже Элвис это признавал. А один из величайших блюзовых сонграйтеров Вилли Диксон однажды вывел такое обобщение: «Blues is the roots, everything else is the fruits» («Блюз — это корни, все остальное — плоды»). По-моему, прекрасно сказано. Мне кажется, если молодые музыканты будут продолжать исследовать бездонные глубины блюза, точно не прогадают. Это самый прочный и дорогой бриллиант в короне популярной музыки.
культура: Должна ли, на Ваш взгляд, поп-музыка реагировать на события в окружающем мире, или ей следует оставаться на своей, сугубо эстетической территории и никуда не вмешиваться?
Дейсли: Она не то что «должна» или «не должна» — она и реагирует, и вмешивается. Это естественный процесс, и по-другому быть не может. Музыка всегда давала человечеству «голос», она великолепно передает послания самого разного характера. Достаточно вспомнить песни протеста, антивоенные композиции. Они отражали переживания, требования и надежды людей.