«Красный флаг, но не критично»

Показатель дефицита федерального бюджета за январь-март выглядит устрашающе: 4,57 трлн рублей (1,9% ВВП) — это сильно выше уровня в 3,78 трлн рублей (1,6% ВВП), ожидаемого по итогам всего года. Однако аналитики призывают не беспокоиться. По их словам, Минфин прав в главном: ситуация обусловлена «оперативным заключением контрактов и авансированием отдельных контрактуемых расходов».Между тем по сравнению с тем же периодом прошлого года (1,96 трлн рублей или 0,9% ВВП) дефицит вырос более чем в два раза как в денежном выражении, так и в отношении к ВВП. Доходы казны за первый квартал составили 8,30 трлн рублей, тогда как расходы — 12,88 трлн.«Динамика поступления доходов и финансирования расходов в течение января–марта 2026 года свидетельствует об исполнении федерального бюджета в соответствии с целевыми параметрами структурного дефицита, утвержденными в законе о бюджете», – заявляет Минфин. Мы спросили экспертов: насколько критичен нынешний показатель в 4,57 трлн рублей, каким образом правительство будет его компенсировать, и с какими объективными рисками может столкнуться?Денис Астафьев, предприниматель, глава финтех-платформы SharesPro:«Да, дефицит за первый квартал в 4,576 трлн рублей (1,9 % ВВП) – это, скажем так, красный флаг. В январе–феврале показатель уже достиг 3,5 трлн, так что тренд был понятен заранее. Но критично ли это? Нет, не критично. Основная причина такого роста – опережающее финансирование: государство авансирует расходы и оперативно заключает контракты, чтобы не тормозить важные проекты. По сути, это плановые траты — просто они пришлись на начало года. Да, цифры выглядят внушительно, но они во многом объясняются сезонностью и уже заложенными обязательствами. Что касается причин, то тут два главных фактора: с одной стороны, резко упали нефтегазовые доходы – на 45,4% по сравнению с прошлым годом (до 1,44 трлн рублей) из-за снижения цен на нефть и санкций; с другой – расходы выросли на 17% (до 12,88 трлн рублей), а общие доходы сократились на 8,2% (до 8,31 трлн рублей). Частично ситуацию сгладил рост ненефтегазовых доходов на 7,1%, но этого оказалось недостаточно.Как будет компенсироваться дефицит? В целом все предсказуемо: государство пойдет стандартными путями. Размещение ОФЗ – это основной инструмент: уже в первом квартале привлекли 1,37 трлн рублей, во втором планируют еще 1,5 трлн рублей. Использование ФНБ – изначально на 2026 год это не закладывалось, но в текущих условиях такой вариант вполне возможен. Повышение налогов – не самый приятный сценарий для бизнеса, но вероятный: могут ввести налог на сверхприбыль или повысить нагрузку на отрасли с высокими доходами (например, добычу драгоценных металлов).Какие риски? Они тоже понятны: рост госдолга к концу года может достичь 43,66 трлн рублей; если начнут прибегать к эмиссии, это разгонит инфляцию; секвестирование расходов может замедлить экономику и ударить по зарплатам в частном секторе. Но в целом картина управляемая. Скорее всего, бюджет пересмотрят, и итоговый дефицит на конец года окажется в районе 6–7 трлн рублей – выше плана, но не катастрофично. Ситуация хоть и требует внимания, но не выходит из-под контроля. Правительство будет балансировать между заимствованиями, налогами и оптимизацией расходов, чтобы минимизировать негативные последствия для экономики и граждан. В текущих реалиях показатель в 4,5 трлн рублей – это вызов, но вполне решаемый».Максим Гмыря, основатель Агентства по управлению рисками «Секвойя Групп»:«Рост дефицита бюджета в текущих условиях выглядит вполне логичным и ожидаемым. Если смотреть на абсолютную цифру – 4,57 трлн рублей, – она, безусловно, выглядит значительной, особенно на фоне того, что годовой план ниже. Но в относительном выражении ситуация не выглядит критичной: дефицит остается на уровне менее 2% ВВП, а это по мировым меркам довольно умеренный показатель, далекий от кризисных значений.Ключевой момент здесь – не столько сам уровень дефицита, сколько то, как государство будет его компенсировать и какие инструменты для этого использует. Видно, что акцент делается на ужесточении фискальной политики, повышении прозрачности и собираемости налогов. Этот процесс идет не первый год и будет только усиливаться: современные технологии позволяют более точно отслеживать операции, а пространство для работы «в серую» постепенно сокращается.Для бизнеса это означает заметное изменение правил игры. Любые операции требуют гораздо более внимательной проработки, документального подтверждения и выбора контрагентов. Практика будет складываться так, что любые сомнения с высокой вероятностью будут трактоваться в пользу государства, и сначала последуют доначисления и штрафы, а уже потом – длительное разбирательство. При этом, если перегнуть с администрированием, это может привести к обратному эффекту: часть компаний начнет сворачивать деятельность или уходить в более глубокую теневую зону. Поэтому ключевой вызов – сохранить баланс, при котором бюджет получает дополнительные доходы, а экономика при этом продолжает развиваться, а не сжиматься под избыточным контролем».