Девушка с татуировкой стрекозы

Российский фильм «Медея» завоевал приз влиятельного Международного кинофестиваля в итальянском Локарно. Что нужно знать о картине с блистательной Тинатин Далакшвили в роли «сумасшедшей дуры» (прямая цитата из фильма) в костюмах Татьяны ПарфеновойМировая премьера фильма Александра Зельдовича «Медея» состоялась в рамках основной конкурсной программы 74-го Международного кинофестиваля в Локарно — одного из самых престижных в Европе. Картину отметило молодежное жюри кинофестиваля (что особенно ценно как точное попадание в новое поколение), вручив режиссеру награду «За эффектную современную версию трагедии Эврипида, не искажающую ее поэтики. За эстетическую скрупулезность режиссуры, чистоту и отточенность изображения, суровую красоту пейзажей, которые соответствуют трагическому величию оригинального текста. В „Медее“ смело сплетаются современные темы с нестареющей нитью мифа, предлагая беспрецедентный аудиовизуальный опыт». Что вселяет надежду на то, что блестяще интерпретировать мифы древней Греции умеет не только гений Йоргос Лантимос.Одного тизера картины достаточно, чтобы немедленно добавить ее в «Избранное» или «Буду смотреть» и дождаться российской премьеры. Безумие, пронзительную красоту ленты и колоссальную женскую драму ты чувствуешь даже по этому мимолетному ролику. Символично, что в оригинале Медея происходит из страны Эета, западногрузинского царства. И играет ее в новом прочтении неподражаемая молодая грузинка Тинатин.Помните, как в школе часто читали те самые мифы в кратком изложении? Освежим память похожим образом: царевна Медея появляется в мифе об аргонавтах, которые отправились на поиски золотого руна под предводительством Ясона. В него-то и влюбляется непокорная красавица, готовая заплатить за эту любовь непомерную цену — совершить ряд страшных преступлений, в том числе, принести в жертву брата и еще с десяток героев на пути к новому дому.Дальше в мифе содержатся спойлеры к новому фильму, действие которого режиссер переносит в современный Израиль, роль Ясона/Алексея примеряет к Евгению Цыганову (и она ему очень идет!), а «великую» любовь делает «великим» проклятьем, на подобии тех, которыми пугают мифы.Важным героем «Медеи» становится музыка, дополняющая, но не заглушающая женскую мутацию и категорический отказ стареть. Оригинальный саундтрек записан оркестром MusicAeterna под управлением Теодора Курентзиса. Попадание невероятно меткое! Дирижер и сам «балуется» на сцене родными греческими мифами, а звучание оркестра неизменно кажется не менее тревожным и беспокойным, чем судьба «дуры» в кадре.