«Я читаю лекции в разных странах. И по всему миру те, кто изменил, говорят мне одно и то же слово – они говорят, что чувствуют себя живыми. И часто рассказывают, что недавно пережили утрату, что умер кто-то из родителей, слишком рано погиб друг или что они сами узнали от врача тревожные новости. В тени измены часто скрывается мысль о собственной смерти, которая заставляет задуматься: что, вот это и все? или есть что-то большее? Собираюсь ли я прожить точно так же и следующие 25 лет? Почувствую ли я то, что чувствую сейчас, когда-нибудь снова? Из-за таких вопросов, как мне представляется, мы однажды и переступаем запреты. И еще я думаю, что некоторые измены – это попытка вступить в бой со смертью, своего рода противоядие от нее.
Измены гораздо меньше связаны с сексом, чем можно было бы думать, и гораздо больше с желанием – желанием почувствовать себя особенным, важным, заслуживающим внимания. Особенность неверности в том, что вам, возможно, никогда не удастся соединиться с возлюбленным, и это обстоятельство подстегивает вашу жажду. В неверности есть встроенный генератор желания, потому что незавершенность и неопределенность заставляют вас снова и снова желать того, чего вы не можете получить.

Может показаться, что в открытых отношениях измены невозможны, но и это не так. Во-первых, моногамия и неверность – это не одно и то же. Во-вторых, даже когда нам дана свобода иметь других сексуальных партнеров, нас по-прежнему прельщает запретное, и если мы делаем то, чего делать не должны, то у нас появляется чувство, будто мы делаем то, что нам действительно хочется сделать. Многим своим пациентам я говорю, что если бы они привнесли в свои отношения с партнером одну десятую часть той дерзости, изобретательности и вдохновения, которые они вкладывают в роман на стороне, им никогда не понадобилось бы со мной встречаться.
Как же мы исцеляемся от измены? Желания далеко нас заводят. А предательство глубоко ранит. Но от этого можно оправиться. И если в некоторых случаях измена звучит как погребальный колокол над отношениями, которые уже давно мертвы, то в других она становится выходом на новый путь. Большинство пар, в которых произошла измена, все же остаются вместе – и это факт. Некоторые просто пытаются как-то выживать, зато другим удается превратить кризис в новую возможность, в опыт, который создаст новое поведение, отношения, взгляды. И я думаю, что это даже в большей степени верно для обманутых партнеров. Они могли бы сказать: «Думаешь, мне не хотелось большего? И все же не я это сделал(а)». Но когда измена открывается, это позволяет им заявить вслух о своих желаниях, ведь им больше нет нужды поддерживать существующее положение дел, которое их, вполне вероятно, тоже не устраивало.
Измена разрушает привычный уклад – но это может стать началом нового порядка вещей, и я замечала, что во многих парах непосредственно после измены происходят глубокие разговоры, исполненные такой честности и открытости, каких у них до того не было десятилетиями. И давно уже сексуально равнодушные друг к другу партнеры вдруг обнаруживают в себе ненасытное желание и не могут понять, откуда оно взялась. А это все страх потери – он разжигает страсть и прокладывает путь к совершенно новой правде.
Что может сделать пара, когда измена открывается? Мы знаем, что исцеление от травмы начинается в тот момент, когда обманщик признает свою вину. Тому партнеру, у которого был роман на стороне, предстоит сделать два важных дела: первое – завершить этот роман, и второе, не менее важное, – признаться партнеру в том, что виноват(а), и выразить сожаление, что заставил(а) его страдать.
Но вот что я заметила: многие неверные супруги винят себя за то, что они причинили боль партнеру, но при этом совершенно не испытывают вины за измену как таковую. И это различие имеет значение. Тот, кто изменил, должен позаботиться об отношениях. Именно он должен стать на время защитником границ пары, взять на себя ответственность за это, чтобы избавить другого от тревог и сомнений. Это само по себе начинает восстанавливать доверие.
А для обманутых партнеров самое важное – восстановить ощущение своей ценности, почувствовать любовь к себе, окружить себя друзьями и погрузиться в занятия, которые вернут им радость и чувство собственной значимости и напомнят им о том, кто они есть. Но еще важнее – обуздать свое любопытство, не позволять себе выспрашивать другого: где ты был? Где ты это делал? Насколько часто? Точно ли она лучше меня в постели? Эти вопросы только усиливают боль и не дают заснуть по ночам. Вместо этого полезно переключиться на вопросы, которые я называю исследовательскими, – о значении и мотивах: что этот роман значил для тебя? Что тебе удалось высказать или почувствовать, чего уже не удавалось со мной? Как ты себя чувствовал, когда возвращался домой? Что ты ценишь в нашей совместной жизни? Доволен ли ты тем, что все закончилось?