Кто тут фрик. Захар Прилепин
В свете недавнего скандала вокруг Зои Космодемьянской, мне уже сорок раз написали разные оптимистичные товарищи: «а кто такой Бильжо?» В смысле: зачем его обсуждать?
Раньше те же товарищи мне писали: «а кто такая Улицкая? а кто такой Быков? а кто такая Собчак? Да это просто фрики».
Слушайте, что я вам скажу. Фрики тут вы, если вы считаете достоинством написать: я не знаю, кто такой Быков.
Все выше (и ниже) названные определяют сознание, как минимум, российского студенчества, для которого мнение Улицкой-Собчак-Быкова в несчётное количество раз важнее вашей нелепой и неразумной снисходительности. О вас они просто не знают. Истина для 90% российского студенчества — там, меж Бильжо и Акуниным.
А студенчество — это, простите за банальность, — наше с вами будущее.
Вот вам две недавние цитатки для размышлений.
Вера Полозкова:
«Мы спорим о Янагихаре и Навальном, составляем рождественские плейлисты, отправляем друзьям ссылочки на дешевые билеты к морю с подмигивающим смайлом, скупаем разный мерцающий в темноте душеспасительный новогодний стафф, полоскаем горло с солью и содой, потому что на улице минус двенадцать, и мы накануне вернулись с ледяными ногами, варим глинтвейн с гвоздикой и дал с имбирем, привозим лучшим друзьям с гастролей смешные сувениры и сравниваем с землей самый большой сирийской город, мешая детей с бетоном. Прямо вот сейчас в эту самую минуту; бомбят так, что живых не останется. Большей частью молчим об этом, потому что непонятно, что сказать: ну, вот так, не мы это выбрали. Мы неплохо отпразднуем, мы всех обнимем. Мы соберем отличную компанию и съездим к морю. Мы никогда не отмоемся».
Глеб Павловский:
«Сегодня в России деревня правит городом. Дремучая, невежественная прослойка населения пытается авторитетно учить страну, как жить. А им бы сперва в баню сходить… Глубоко деревенская стилистика жизни навязывается гигантской стране. Тут и царь-батюшка, и толпы каких-то якобы церковных старушек, у которых из-под косынок торчат усы… И все они чего-то требуют, вымогают, призывают. Где уж тут великая держава? Уже не похоже на то, чтобы Россия поднялась с колен. Это мир Кабанихи, мир Островского. Во всей этой массе ощутима недопереключенная сексуальная энергия, какие-то запертые желанные похотливые устремления. Несомненно, это симптом. И этот симптом — извращенный. Форма психического извращения, которая проявляется так широко и поощряется на массовой основе из циничных соображений. Потому что власть ведет игру на понижение.
Ничего — зато у нас в наших элитах ускоряется процесс размежевания. Мы его видим по таким сюжетам, как атака Михалкова на «Ельцин Центр». Возникают разные мнения, и эти разные мнения выходят в публичное пространство. Есть же пределы. Человек устает и говорит всему этому — «Хватит!». Сокуров по многим поводам молчал, прежде чем заговорил в лицо президенту. Этот процесс тоже сейчас нарастает. И это не так называемая оттепель, а усталость людей от того, что ими пытаются руководить невежды и идиоты, которые пытаются указывать нам, как жить в их деревенской общине.
Страна воюет в Сирии — это тоже не шутка. Вот, Алеппо освободили. Но методы освобождения Алеппо сирийской армией как минимум проблематичны. Теперь в свободном Алеппо предстоит расследовать обвинения в массовом убийстве детей и гражданского населения. И важно его расследовать на международной основе — зачем нам отвечать за преступления Асада, если это преступления Асада?"
На вопрос, кто такие Полозкова/Павловский, отвечу сразу, для всех фриков.
Полозкова — самая известная поэтесса в России, настоящая звезда, гастролирует по всей стране. И хорошая поэтесса, между прочим, прекрасная.
А Павловский — центральный персонаж в околовластной политологии в период с условного 1996 по 2006-й. Человек, который управлял (в числе нескольких избранных) медийной и смысловой повесткой дня очень и очень долго.
Финальный вопрос прост и наивен: проявляли ли Павловский/Полозкова хоть минимальную озабоченность в связи со зверскими бомбёжками Донецка?
Нет. Нам ничего об этом не известно. Вера не переживала, что не отмоется от этого, Глеб не повышал суровый голос, ссылаясь, чёрт, на русскую классику, стоящую рядом с подносом, чуть склонившись.
Их картина мира в любую минуту может перевесить вашу. Нашу.
Потому что в элитах действительно есть процесс размежевания, и не в нашу пользу. А культурные элиты всех вас в гробе видели, как донецких. Даже слово не обронят. Здесь вам не Алеппо. Здесь отмываться не придётся. Они здесь чистые от природы.