Обломки империи: старый Ташкент на грани разрушения
В 2012 году ныне покойный президент Узбекистана Ислам Каримов подписал указ о реконструкции, благоустройстве и развитии так называемого старого города в Ташкенте. Помимо мечетей и культурных сооружений, которые обычно реставрируются (хотя иногда качество реставрации оставляет желать лучшего), это обновление должно было коснуться и ветхих саманных построек. Эти кварталы строились еще до того, как царская Россия завоевала Среднюю Азию, а теперь им грозит полное уничтожение.
Отголоски огромной империи Тамерлана теперь ютятся за зелеными заборами, которыми нынешние городские власти стыдливо прикрывают старые глиняные постройки. Жители ждут, когда их переселят в новые дома, и тогда культура и быт этих улочек, которые веками пропитывались солнцем, уйдет в небытие.
Возраст многих домов в этой части узбекской столицы достигает ста пятидесяти лет. Их построили еще до того, как в 1865 году сюда пришел генерал русской армии Михаил Черняев со своим отрядом и присоединил эти территории к Российской империи.
Тогда Ташкент окружала длинная глиняная стена, которая была снесена с приходом русской армии. Новый, «русский» Ташкент стал застраиваться на незаселенных землях за каналом Анхор. Центром нового Ташкента стала Константиновская площадь, которую ташкентцы сейчас называют просто Сквером.
Европейская часть Ташкента разрасталась, а старые глинобитные кварталы жили своей жизнью с устоявшимся бытовым укладом. Даже во времена СССР здесь не занимались реконструкцией.
Многие дома в старом городе устояли даже после разрушительного землетрясения 1966 года, когда восстанавливать Ташкент съезжались специалисты со всех концов СССР. Сейчас старый город — неотъемлемая часть нового, хранитель его колорита и традиций.
Главные улицы по сравнению с переулками довольно широкие. Газовые баллоны по обочинам вкопаны для того, чтобы машины не задевали стены домов при поворотах. Ведь в советское время легковые автомобили в этой части города попадались довольно редко, зато постоянно проносились туда-сюда грузовики. Тяжелые ЗИЛы могли нанести непоправимый ущерб глинобитным стенам.
С советских времен здесь остались деревянные столбы фонарей, которые внизу подпираются чугунными рельсами. В этих районах электричество появилось только в конце 1950-х годов, при Хрущеве.
В этих местах соседи хорошо знают друг друга, постоянно общаются и собираются за одним столом во время традиционных праздников. Таким отношениям с соседями можно только позавидовать.
В отличие от современной части Ташкента, где большинство носит европейскую одежду, в старом городе часто встречаются женщины с покрытой по мусульманскому обычаю головой. Большая часть мужчин здесь регулярно ходит в мечеть.
Люди, живущие здесь много лет, очень гордятся, что они именно из старого города, считая себя настоящими коренными ташкентцами. Они называются «старогородскими», противопоставляя себя «областным» и «понаехавшим» — переселенцам из других городов и деревень.
В глинобитных стенах старого Ташкента все еще попадаются деревянные дверные проемы на уровне второго этажа, украшенные старинной резьбой. Зачем делать дверь так высоко, не имея балкона? Местные жители предлагают несколько вариантов объяснения этого загадочного явления.
Согласно одной из версий, поскольку раньше мусульманские женщины не имели права покидать стены дома, они могли смотреть на происходящее на улице только из этих дверей.
Другое предположение заключается в том, что так выглядело обычное окно, когда не было стекол: воздушный узор резьбы заменял стекло и через него проникал свет. К тому же через него можно было посмотреть, что происходит на улице.
Еще одна версия — окна-двери сделаны так высоко, чтобы удобно было брать товар с телеги странствующего торговца, не выходя со двора.
Как же строились эти удивительно прочные глинобитные дома? Фундамент выкладывали из обожженного кирпича, а поверх него укладывали пояс из древесины арчи — разновидности хвойного дерева, которая считается очень прочной. Затем к деревянной балке над фундаментом под наклоном крепились другие брусья, а с обеих сторон такого деревянного каркаса укладывали глиняные кирпичи под названием «гувала».
Гувала — это не просто большие саманные кирпичи. Во-первых, они гораздо компактнее, а во-вторых — в них не добавляют солому.
Гувала клали двойным рядом между деревянными брусьями, оставляя в стенах воздушное пространство. Глину вперемешку с соломой наносили в самом конце вместо штукатурки. Получалось, что зимой внешний слой стен из глины с соломой защищал от холода, а пространство в стенах удерживало тепло. Летом эти же воздушные камеры служили для сохранения в доме прохлады даже в самые жаркие месяцы. Кроме того, натуральные строительные материалы защищали дом от сырости и образования плесени.
Что еще уникального в этих с виду неказистых ветхих постройках? Раньше при строительстве домов не использовалось ни одного гвоздя, так как деревянные детали идеально подгонялись одна к другой. Возможно, именно поэтому они выдержали не одно землетрясение.
Уникальный район Ташкента со своей атмосферой, тот самый теплый Ташкент, принявший немало переселенцев из самых разных уголков СССР, сейчас на грани исчезновения, ведь в простых крестьянских жилых домах государство не видит особой ценности.
На месте снесенных частей старого Ташкента уже появляются новые дома. Скорее всего, жителям в них будет более комфортно, но от уникального быта старого города не останется и следа.