Дууурыыы!
Сидим с девчонками в кафе. Про сумочки уже поговорили.
- Ко мне тут такой красавец кадрился, - вздыхает Алена. - Я таких и не видывала. Испанский, знаете, такой типаж. Черные кудри, бородка. Ну невозможный весь.
- И чо, и чо? - подпрыгиваем мы.
- На Инфинити, ага. Мы на светофоре рядом стояли, я в левом ряду, он в правом. Светофор длинный там, я чего-то вертеться стала, смотрю - он на меня смотрит и улыбается. Потом окно опустил, здравствуйте, говорит. Ну здравствуйте. Девчонки, реально принц, я прямо оцепенела вся. Неужели, думаю. После всех этих Вадиков и Толиков. Ну вы помните. Неужели наконец приличный человек?! На Сицилию с ним в отпуск поедем, думаю. Будем на террасе вино пить, я такая в зеленом платье, а ему белую рубашку надо, льняную. Я недавно видела. Подарю ему. И тут он такой говорит - может, чаю или кофе? А я сижу как дура молчу, не знаю что ответить. Сказать - да, тут за углом кафе, ждите меня там? Или - езжайте за мной? Или телефон продиктовать? Все как-то глупо. Сижу молча и смотрю, какой он красивый.
- Ну и чем кончилось-то?
- Ну чем кончилось? Зеленый включился, сзади загудели. И мы поехали, я прямо, он направо. Там из правого ряда только направо.
- Да, - вздыхает Марина, - у меня тоже похожий случай был однажды. В аэропорту. Я в отпуск летела, на Кипр, ждала посадки. А рядом ждал франкфуртский рейс, и там такой мужик был - умереть-уснуть. Арабский такой принц, глаза-брови, шарфик такой вишневый. Смотрел на меня все.
- Ну а ты?
- Ну а я что - сижу себе. Не подходить же первой, глупо как-то. Потом думаю - чего я сижу, вон напротив кафе, пойду кофе возьму. Подхожу, стою заказываю, смотрю - он за мной занимает. Сели за один столик, разговорились. Он во Франкфурт в командировку летел, с одним портфелем. А у меня чемодан, шляпы какие-то. В отпуск же. Сидим болтаем, он телефон не просит. А мне самой неудобно. Да и время еще есть, вот объявят посадку - тогда все естественно получится, прилично. Вот, мол, мой номер. Звоните, как вернетесь.
- И чем кончилось? - напрягаемся мы.
- А кончилось тем, что нам поменяли гейт. Объявили по радио или как там это называется. Поменяли на какой-то совсем другой, в другом конце. И весь рейс подскочил и ломанулся туда. А я как увидела это дело, так тоже чемодан в охапку и понеслась за всеми. Как с ума сошла, честное слово. Даже не попрощалась толком, какой уж там телефон. Теперь думаю - лучше бы я на рейс не попала. Черт бы с ним, с Кипром с этим. Мне там и не понравилось совсем.
- А я, - вздыхает Наташа, - вообще уже ни о чем таком не мечтала. Ну вы же знаете мою ситуацию. Из меня развод всю душу вымотал, без таблеток не засыпала. Ничего уже не надо было, ей-богу, только отстаньте все. И тут Лариса, косметолог моя, она энергичная такая, всегда при параде, прическа, все дела. Не то что я. Ну и вот, она заметила, что я полгода уже кверху брюхом плаваю, и уговорила меня на какую-то подтяжку - не подтяжку, полировку - не полировку, короче - лазером чего-то там с лицом. Новая жизнь, говорит, начинается с первого шага. Вот это, говорит, и будет твой первый шаг. А я ничего такого никогда не делала, ну и согласилась. И правда, думаю, надо как-то обратно воскресать. Записалась. Еду на процедуру на эту, звонит Лариса. У нее прямо сейчас машину то ли угнали, то ли эвакуировали, я не поняла, но она едет разбираться, а лазер этот мне сделает коллега. Он из другой клиники, сегодня замещает у них кого-то, взялся ее выручить.
- Ну и как коллега? - смеемся мы. - Выручил?
- Выручил, - говорит Наташа. - Он добрый такой оказался. И симпатичный. Поговорил со мной обо всем. Мы с ним посмеялись даже. Договорились вместе кофе выпить, ну, после процедуры. И делал так хорошо. Ну то есть больно, конечно, но он шутил, отвлекал меня. А я терпела и думала - вот, сейчас встану красивая, кофе пить пойду с доктором. Я ж не знала, что красивая я только через неделю буду. Я ж говорю - я ничего такого раньше не делала. Лежу такая, он мне там выжигает чего-то на лице, а я прямо чувствую - все красивее и красивее становлюсь. Он, наверно, делает, а сам мной любуется. - А потом он сказал, что все, можно вставать, - говорит Наташа. - Я еще встать старалась поизящнее, я ж теперь красавица, и у меня сейчас свидание будет. Встала и подошла к зеркалу... А там...
И никто из нас уже не спрашивал, чем дело кончилось, и был ли кофе. Никто из нас.
Бывало?
Екатерина Марти