Дискусионный клуб: Перспективы встречи Путина и Порошенко в Минске
Минск — как много в этом звуке для сердца русского слилось, как много в нем отозвалось! В последние два десятилетия я никогда не думал о стольном граде Александра Лукашенко в особо лирическом ключе. Но ход событий на Украине настолько ужасен, что это заставляет судорожно хвататься за любую надежду — какой бы слабой она ни была.
«То, что нам удалось уломать Украину на такой формат разговора, — это хорошо уже само по себе. Поверьте, что это было достаточно непросто», — так мой высокопоставленный собеседник в Кремле прокомментировал намеченное на 26 августа большое рандеву в Минске с участием Путина и Порошенко.
Но витающий в московских коридорах власти оптимизм носит строго ограниченный характер. Шансов на то, что встреча в белорусской столице закончится ничем, как минимум не меньше, чем шансов на что-то даже относительно благоприятное.
Почему Петр Порошенко согласился на угодный Москве минский формат встречи? Чтобы указать на главную причину «сговорчивости» президента Украины, не надо быть светочем мудрости, царем Соломоном. Положение в государстве, которым руководит Порошенко, становится все более катастрофическим.
«Ничто не остывает так скоро, как энтузиазм», — сказал некогда французский поэт эпохи великой революции XVIII века в этой стране Пьер Буаст. Украинский революционный энтузиазм по-прежнему горяч. Но он не может вечно заслонять процессы саморазрушения украинской экономики.
Это жарким летом можно убедительно провозглашать: подавитесь вы своим москальским газом! Мы сделали европейский выбор и поэтому запросто проживем без него! Чем ближе осень и зима, тем менее убедительными становятся подобные лозунги. Европейский союз и США готовы оказывать Киеву эмоциональную, моральную, политическую и ограниченную экономическую поддержку. Но Запад не собирается брать Украину на содержание — не говоря уже на содержание по классу люкс, на что явно надеялись в Киеве.
Логика, прагматизм, здравый смысл, реальные национальные интересы Украины — все это объективно подталкивает Петра Порошенко к попыткам хоть о чем-то договориться с Москвой. Если президент Украины будет механически продолжать свой нынешний курс, основанный на конфронтации с РФ и физическом уничтожении «смутьянов» на юго-востоке, то рано или поздно его непременно ждет бесславный конец. Устав от постоянных лишений ради «идеалов Майдана», граждане Украины просто вышвырнут его из президентской резиденции.
Но вот «гримаса судьбы»: если Порошенко всерьез начнет делать то, чего требуют национальные интересы Украины, — договариваться с Москвой и «бунтарями» с юго-востока, — то вероятность досрочного окончания его президентской карьеры тоже резко увеличится.
За последние месяцы украинские СМИ намертво впечатали в сознание местного населения тезис: Россия — страшный, коварный, отвратительный враг. Остановить этот «механизм зомбирования» и заставить его крутиться в обратном направлении крайне непросто — даже если допустить наличие у Порошенко подобного желания. Договариваясь с Москвой, президент Украины делает себя мишенью для обвинений в «братании с врагом» и «предательстве национальных интересов».
Другие основные участники минской встречи — Путин, Лукашенко и Назарбаев — полностью контролируют политический процесс в своих странах. Про Петра Порошенко этого не скажешь. Он среди прочих киевских лидеров всего лишь первый среди равных, эдакий председатель коллективного руководства.
Часть этого руководства живет по принципу «кому война, а кому мать родна»: им не просто не особо нужен мир. Мир для них будет означать существенное сокращение собственного влияния и возможностей для собственного обогащения. В глазах этих деятелей официальный президент страны — не авторитет, а аргументы про реальные национальные интересы Украины не стоят и ломаного гроша.
Конечно, сила, которая могла бы заставить украинскую политическую элиту перестать заниматься уничтожением собственного государства, в принципе существует. Эта сила — Вашингтон. Но в чем заключается реальная политика США на украинском направлении? Направлена ли она на прекращение катастрофы в сердце Европы или по-прежнему нацелена на нанесение максимального политического ущерба России?
В заявлениях американских официальных лиц можно найти указания и на тот, и на другой вариант. Но реальная стратегия США до сих пор сводилась к использованию официального Киева в качестве орудия в геополитической борьбе против Москвы. Убедительных признаков того, что эта стратегия поменялась, я пока не вижу. Ответные санкции Москвы оказались болезненными для ЕС, но не для Америки. А война за чужой счет, чужими силами и при нулевом количестве собственных потерь — это «игрушка», от которой политики обычно отказываются лишь с очень большим трудом.
Подведем итог. Скорее всего, Петр Порошенко в Минске будет усиленно маневрировать и действовать по принципу «и вашим, и нашим». Возможно полное отсутствие любых конструктивных договоренностей. Возможно достижение договоренностей, которые потом просто не будут исполнены украинской стороной, — подобное поведение является для украинской политической элиты чем-то вроде «любимого вида спорта». Не исключено и использование переговоров исключительно для перегруппировки сил и пиаровского эффекта — такое тоже уже не раз бывало в ходе нынешнего украинского кризиса.
Но, как писал великий римский оратор Цицерон, «пока у больного есть дыхание, говорят, что есть надежда». Поэтому я надеюсь. Кроме надежд у нас, похоже, ничего больше не осталось.