Мария Бутина, Алкогольный фактор преступности
Сторонников расширения прав на оружие часто критикуют с позиций того, что наш народ много пьёт и потому друг друга перестреляет. Другой, более радикальный вариант – гражданское оружие не имеет значения, вместо того чтобы заниматься фигней, лучше добивайтесь «сухого закона» в России.
Общее сопоставление уровня потребления алкоголя и преступности в мире показывает «парадокс» - чем больше пьют в стране, тем меньше криминальных убийств. Объясняется он, конечно, тем, что и на тот и на другой фактор влияет уровень жизни, например показатель ВВП на душу населения. Когда он высок, люди могут позволить себе большее потребление тех или иных продуктов и убивать друг друга при этом меньше хочется.
Нам могут напомнить, что в России около 80% убийц и 60% жертв находились в состоянии алкогольного опьянения в момент совершения преступления. Когда люди приводят этот факт, они, вероятно не в курсе, что в США, например, около 60% всех лиц, осужденных за нападения, потребляли алкоголь непосредственно перед преступлением. В Швеции около половины убийц и их жертв находились под воздействием алкоголя. При этом в США уровень убийств на душу населения, по меньшей мере, в два раза ниже, чем в России, а в Швеции он ниже в 9 раз. При этом, например, в Пакистане самый низкий в мире уровень потребления алкоголя, фактический «сухой» не только закон, но и привычки, укоренённые в местной религиозной традиции, однако уровень убийств немногим ниже, чем в России, существенно выше, чем в США и почти в 8 раз выше, чем в Швеции.
Списывать проблему криминальных убийств и насилия на алкоголь с учётом этого не очень корректно. Это подтверждает опыт «сухого закона» в США, который действовал с 1920 по 1933 гг. и, хотя и привёл к двукратному снижению потребления алкоголя (которое, однако вышло на старый уровень к 1940 году), но не только сопровождался ростом криминальных убийств, но и позволил разрастись организованной преступности, получавшей на его нарушении сверхприбыль. В качестве эффективности «сухого закона» часто приводят опыт позднего СССР, однако и там вместе с позитивными изменениями произошёл рост организованной преступности, а многие положительные тенденции можно объяснить общим энтузиазмом общества на фоне надежд на Перестройку.
Всё это, конечно не оправдывает потребление алкоголя и не преуменьшает заслуг движения трезвости, даже необходимость общественной политики направленной на ограничение потребления алкоголя это не отменяет. Потребление алкоголя в любых количествах, несомненно, вредно для организма и общества. Вопрос в том, что преступность и потребление алкоголя – это параллельные проблемы, хотя и взаимосвязанные, но не обязательно взаимозависимые, так как это кажется сторонникам «сухого закона». Более того, например, в условиях политики «сухого закона», неизбежно активизируется организованная преступность, поэтому личное оружие законопослушных граждан становится ещё более актуальным.
Уровень потребления алкоголя на душу населения выше, чем в России и в Молдавии и в Литве, однако там ниже уровень преступности и легальны для ношения граждан пистолеты и револьверы. При этом в Молдавии даже доля потребления крепких спиртных напитков выше, а уровень жизни несопоставимо ниже. Незначительно меньше чем в России пьют в Чехии, Словакии и Финляндии, а эти страны являются радикально более вооружёнными в гражданском отношении и уровень насильственных убийств там по нашим меркам ничтожен.
Если в России будут меньше пить (а уровень потребления алкоголя у нас действительно аномально высокий, особенно с учётом структуры потребления с преобладанием крепкого алкоголя и относительно низким уровнем жизни) – это будет очень хорошо для нашего общества, однако, как показывает печальный опыт Пакистана, это будет не панацея от всех бед. В отличие от гражданского оружия, которое тоже не сможет решить всех проблем, однако не только позволит гражданам лучше защищаться, предоставив им на стрельбищах интересную альтернативу алкоголизму, но и создаст условия для модернизации страны в целом. Так как слезам не верит не только Москва, но и государственные институты, чего не скажешь об отрезвляющем действии силового сдерживания.
Проблема алкоголизма в России сама по себе является наглядным подтверждением этого тезиса. Исторически наш народ пил очень мало, чуть ли не меньше всех в Европе. Однако сначала царизм, а потом компартия, решили подзаработать на продаже алкоголя, в рамках чего происходил разгром трезвеннических движений и административное вытеснение разнообразных и относительно цивилизованных алкогольных напитков унифицированной и низкокачественной «водкой». С ней, на фоне закупорки каких-то социальных альтернатив в условиях тоталитарной системы, люди стали массово и искусственно спиваться и мы получили то, что получили. С по-настоящему массово вооружённым народом такие социальные эксперименты бы не получились, а мы должны хотя бы создать условия, чтобы этой социальной катастрофы не повторилось.